28 фраз персонажа «Гэндальф», которые запомнились

Ниже 28 цитат персонажа «Гэндальф»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Доброе утро. — Что вы хотите этим сказать? Желаете мне доброго утра? Или утверждаете, что утро доброе и неважно, что я о нем думаю? Или, может, вы хотите сказать, что испытали на себе доброту этого утра? Или вы считаете, что все должны быть добрыми в это утро?

   — Доброе утро. — Что вы хотите этим сказать? Желаете мне доброго утра? Или утверждаете, что утро доброе и неважно, что я о нем думаю? Или, может, вы хотите сказать, что испытали на себе доброту этого утра? Или вы считаете, что все должны быть добрыми в это утро?

   — Бильбо Бэггинс · фильм
2. «

   — Симбельмини. Они всегда росли на могилах моих предков... а теперь ими покрыта могила моего сына. Горе мне жить в эти чёрные дни... Молодые гибнут, а старики доживают свой век. И теперь мне придётся увидеть последние дни своего рода... — Смерть Теодреда — не на твоей совести. — Не дóлжно родителям хоронить детей.

   — Симбельмини. Они всегда росли на могилах моих предков... а теперь ими покрыта могила моего сына. Горе мне жить в эти чёрные дни... Молодые гибнут, а старики доживают свой век. И теперь мне придётся увидеть последние дни своего рода... — Смерть Теодреда — не на твоей совести. — Не дóлжно родителям хоронить детей.

   — Теоден · фильм
3. «

   Навстречу опасности. И, по возможности, избегая её.

   Навстречу опасности. И, по возможности, избегая её.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
4. «

   Мир вовсе не в твоих книгах и картах, он вон там — за окном!

   Мир вовсе не в твоих книгах и картах, он вон там — за окном!

   — Хоббит: Нежданное путешествие (The Hobbit: An Unexpected Journey) · фильм
5. «

   Со всех сторон — несчастное он существо. Ему опостылела тьма, а свет он никогда не любил.

   Со всех сторон — несчастное он существо. Ему опостылела тьма, а свет он никогда не любил.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
6. «

   Виновен в дурных вестях тот, кто сеет зло, а не тот, кто пришел предупредить и помочь в трудный час.

   Виновен в дурных вестях тот, кто сеет зло, а не тот, кто пришел предупредить и помочь в трудный час.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
7. «

   — Слушайте, мистер Гэндальф, нельзя что-нибудь сделать с этим потопом? — Это дождь, мистер гном, и он будет идти до тех самых пор, пока не закончится.

   — Слушайте, мистер Гэндальф, нельзя что-нибудь сделать с этим потопом? — Это дождь, мистер гном, и он будет идти до тех самых пор, пока не закончится.

   — Дори (гном) · фильм
8. «

   — Если бы я знал это раньше, — жалобно протянул Пиппин. — Я ведь понятия не имел о том, что делаю. — Нет, понятия у тебя хватало, — возразил Гэндальф. — Ты знал, что поступаешь глупо и плохо. Но ты не послушал себя.

   — Если бы я знал это раньше, — жалобно протянул Пиппин. — Я ведь понятия не имел о том, что делаю. — Нет, понятия у тебя хватало, — возразил Гэндальф. — Ты знал, что поступаешь глупо и плохо. Но ты не послушал себя.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
9. «

   — Жаль, Бильбо не убил его, когда была возможность. — Жаль? Жалость остановила руку Бильбо. Многие из живущих достойны смерти, и многие из умерших — жизни. Ты можешь возвращать жизнь, Фродо? Не спеши осуждать на смерть. Даже мудрейшим не дано провидеть всё.

   — Жаль, Бильбо не убил его, когда была возможность. — Жаль? Жалость остановила руку Бильбо. Многие из живущих достойны смерти, и многие из умерших — жизни. Ты можешь возвращать жизнь, Фродо? Не спеши осуждать на смерть. Даже мудрейшим не дано провидеть всё.

   — Фродо Бэггинс · фильм
10. «

    ... в одиночку начать историю невозможно: даже самый великий и могучий герой способен внести лишь крохотный вклад в историю, которая изменяет мир.

    ... в одиночку начать историю невозможно: даже самый великий и могучий герой способен внести лишь крохотный вклад в историю, которая изменяет мир.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
11. «

    Ну конечно! Это же просто до нелепости, как и все остальные загадки, когда найдешь ответ!

    Ну конечно! Это же просто до нелепости, как и все остальные загадки, когда найдешь ответ!

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
12. «

    Всякую хорошую историю не грех и приукрасить.

    Всякую хорошую историю не грех и приукрасить.

    — Хоббит: Нежданное путешествие (The Hobbit: An Unexpected Journey) · фильм
13. «

    — Всё в порядке? Гэндальф, куда вы уходите? — Составить компанию единственному, кто здесь сохранил остатки разума. — Это кому? — Самому себе, мистер Бэггинс.

    — Всё в порядке? Гэндальф, куда вы уходите? — Составить компанию единственному, кто здесь сохранил остатки разума. — Это кому? — Самому себе, мистер Бэггинс.

    — Бильбо Бэггинс · фильм
14. «

    Мудрость заключается в том, чтобы распознать необходимое, когда все прочие средства отпали, сколь безумно ни выглядело бы оно в глазах тех, кто тешится ложными надеждами.

    Мудрость заключается в том, чтобы распознать необходимое, когда все прочие средства отпали, сколь безумно ни выглядело бы оно в глазах тех, кто тешится ложными надеждами.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
15. «

    — Я и не думал о таком конце... — Конец? Нет, наш путь не кончается смертью. Смерть — лишь продолжение пути, начертанное всем. Серая, как дождь, завеса этого мира отдёрнется, и откроется серебристое окно. И ты увидишь… — Что? Что, Гэндальф? Что увижу? — Белые берега и за ними — далёкие зелёные холмы под восходящим солнцем.

    — Я и не думал о таком конце... — Конец? Нет, наш путь не кончается смертью. Смерть — лишь продолжение пути, начертанное всем. Серая, как дождь, завеса этого мира отдёрнется, и откроется серебристое окно. И ты увидишь… — Что? Что, Гэндальф? Что увижу? — Белые берега и за ними — далёкие зелёные холмы под восходящим солнцем.

    — Перегрин Тук (Пиппин) · фильм
16. «

    — Ты бы остерегся, Теоден, — вмешался Гэндальф. — Хоббитам только дай волю — они усядутся хоть на поле битвы и давай обсуждать кушанья и стряпню, а заодно порасскажут о деяньях своих отцов, дедов и прадедов, девятиюродных родичей с отцовской и материнской стороны.

    — Ты бы остерегся, Теоден, — вмешался Гэндальф. — Хоббитам только дай волю — они усядутся хоть на поле битвы и давай обсуждать кушанья и стряпню, а заодно порасскажут о деяньях своих отцов, дедов и прадедов, девятиюродных родичей с отцовской и материнской стороны.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
17. «

    Пусть же безумие послужит нам покровом, завесой пред глазами врага. Ибо он мудр, но взвешивает все на весах собственной злобы, а единственная мера его — жажда власти; по ней он и судит все сердца.

    Пусть же безумие послужит нам покровом, завесой пред глазами врага. Ибо он мудр, но взвешивает все на весах собственной злобы, а единственная мера его — жажда власти; по ней он и судит все сердца.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
18. «

    — Дружбу Сарумана нельзя так легко отвергать. Отступникам нет доверия. Всё кончено. Прими власть Кольца или примешь собственную смерть. — Есть только один Властелин Кольца. Он один способен подчинять его себе и он не делится властью.

    — Дружбу Сарумана нельзя так легко отвергать. Отступникам нет доверия. Всё кончено. Прими власть Кольца или примешь собственную смерть. — Есть только один Властелин Кольца. Он один способен подчинять его себе и он не делится властью.

    — Саруман · фильм
19. «

    — Доброе утро, — поздоровался Бильбо. Ведь утро и вправду было добрее некуда — сияло солнце, на дворе зеленела травка. — И что же это означает? Желаешь ли ты доброго утра мне или хочешь сказать, что оно было добрым до моего появления? Или намекаешь, что у тебя все в порядке и ты не прочь поболтать? — И то, и другое, и третье, — отозвался Бильбо.

    — Доброе утро, — поздоровался Бильбо. Ведь утро и вправду было добрее некуда — сияло солнце, на дворе зеленела травка. — И что же это означает? Желаешь ли ты доброго утра мне или хочешь сказать, что оно было добрым до моего появления? Или намекаешь, что у тебя все в порядке и ты не прочь поболтать? — И то, и другое, и третье, — отозвался Бильбо.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
20. «

    – Белый! – фыркнул Саруман. – Белый хорош только в самом начале. Белое полотно можно выкрасить. Белую бумагу можно покрыть письменами. Белый луч преломляется и становится радугой даже в обыкновенной капле воды! – Но он перестает быть белым, – пожал я плечами. – А кто ломает вещь, чтобы узнать, что она из себя представляет, тот сошел с пути Мудрых.

    – Белый! – фыркнул Саруман. – Белый хорош только в самом начале. Белое полотно можно выкрасить. Белую бумагу можно покрыть письменами. Белый луч преломляется и становится радугой даже в обыкновенной капле воды! – Но он перестает быть белым, – пожал я плечами. – А кто ломает вещь, чтобы узнать, что она из себя представляет, тот сошел с пути Мудрых.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга