36 фраз персонажа «Генри Хиггинс», которые запомнились

36 цитат персонажа «Генри Хиггинс» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Наш век — это век выскочек. Люди начинают в Кентиштауне, живя на восемьдесят фунтов в год, и кончают на Парк-лейн с сотней тысяч годового дохода. Они хотели бы забыть про Кентиштаун, но он напоминает о себе, стоит им только раскрыть рот.

   Наш век — это век выскочек. Люди начинают в Кентиштауне, живя на восемьдесят фунтов в год, и кончают на Парк-лейн с сотней тысяч годового дохода. Они хотели бы забыть про Кентиштаун, но он напоминает о себе, стоит им только раскрыть рот.

   — Джордж Бернард Шоу · книга
2. «

   ...научить чему-нибудь можно лишь при условии, что личность ученика — священна.

   ...научить чему-нибудь можно лишь при условии, что личность ученика — священна.

   — Джордж Бернард Шоу · книга
3. «

   Поймите, все мы в известной степени дикари. Предполагается, что мы культурны и цивилизованны, что мы разбираемся в поэзии, философии, искусстве, науке и так далее. Но много ли среди нас таких, которые хотя бы знали толком, что означают все эти названия.

   Поймите, все мы в известной степени дикари. Предполагается, что мы культурны и цивилизованны, что мы разбираемся в поэзии, философии, искусстве, науке и так далее. Но много ли среди нас таких, которые хотя бы знали толком, что означают все эти названия.

   — Джордж Бернард Шоу · книга
4. «

   В вопросах чувства я не признаю сделок.

   В вопросах чувства я не признаю сделок.

   — Джордж Бернард Шоу · книга
5. «

   Вероятно, все дело в том, что женщина хочет жить своей жизнью, а мужчина — своей; и каждый старается свести другого с правильного пути. Один тянет на север, другой на юг; а в результате обоим приходится сворачивать на восток, хотя оба не переносят восточного ветра. Вот почему я твердо решил остаться холостяком и едва ли переменю когда-либо свое решение.

   Вероятно, все дело в том, что женщина хочет жить своей жизнью, а мужчина — своей; и каждый старается свести другого с правильного пути. Один тянет на север, другой на юг; а в результате обоим приходится сворачивать на восток, хотя оба не переносят восточного ветра. Вот почему я твердо решил остаться холостяком и едва ли переменю когда-либо свое решение.

   — Джордж Бернард Шоу · книга
6. «

   А что такое жизнь, как не цепь вдохновенных безрассудств?

   А что такое жизнь, как не цепь вдохновенных безрассудств?

   — Джордж Бернард Шоу · книга
7. «

   — Вы начисто лишены моральных устоев! — А я не могу себе их позволить!

   — Вы начисто лишены моральных устоев! — А я не могу себе их позволить!

   — Генри Хиггинс · фильм
8. «

   Независимость! Это кощунственная выдумка буржуазии. Мы все зависим друг от друга, все живые люди.

   Независимость! Это кощунственная выдумка буржуазии. Мы все зависим друг от друга, все живые люди.

   — Джордж Бернард Шоу · книга
9. «

   Элиза, если вы еще раз скажете, что вы порядочная девушка, отец заберет вас домой.

   Элиза, если вы еще раз скажете, что вы порядочная девушка, отец заберет вас домой.

   — Джордж Бернард Шоу · книга
10. «

    Секрет не в уменье держать себя хорошо или плохо или вообще как бы то ни было, а в уменье держать себя со всеми одинаково.

    Секрет не в уменье держать себя хорошо или плохо или вообще как бы то ни было, а в уменье держать себя со всеми одинаково.

    — Джордж Бернард Шоу · книга
11. «

    То, что люди считают себя обязанными думать, уже достаточно скверно; но от того, что они на самом деле думают, у всех волосы стали бы дыбом. Вряд ли вам было бы приятно, если б я сейчас выложил то, что я на самом деле думаю.

    То, что люди считают себя обязанными думать, уже достаточно скверно; но от того, что они на самом деле думают, у всех волосы стали бы дыбом. Вряд ли вам было бы приятно, если б я сейчас выложил то, что я на самом деле думаю.

    — Джордж Бернард Шоу · книга
12. «

    Кривлянье не идет ни человеческому лицу, ни человеческой душе.

    Кривлянье не идет ни человеческому лицу, ни человеческой душе.

    — Джордж Бернард Шоу · книга
13. «

    Нет, Элиза, веди себя как леди: думай о будущем других людей, но никогда о своём собственном.

    Нет, Элиза, веди себя как леди: думай о будущем других людей, но никогда о своём собственном.

    — Джордж Бернард Шоу · книга
14. «

    Секрет не в уменье держать себя хорошо или плохо или вообще как бы то ни было, а в уменье держать себя со всеми одинаково. Короче говоря, поступать так, будто ты на небе, где нет пассажиров третьего класса и все бессмертные души равны между собой.

    Секрет не в уменье держать себя хорошо или плохо или вообще как бы то ни было, а в уменье держать себя со всеми одинаково. Короче говоря, поступать так, будто ты на небе, где нет пассажиров третьего класса и все бессмертные души равны между собой.

    — Джордж Бернард Шоу · книга
15. «

    Женщина, подающая мужчине туфли, — отвратительное зрелище.

    Женщина, подающая мужчине туфли, — отвратительное зрелище.

    — Джордж Бернард Шоу · книга
16. «

    Да и вообще, кто из нас понимает, что делает? Мы бы никогда ничего не делали, если бы понимали, что делаем.

    Да и вообще, кто из нас понимает, что делает? Мы бы никогда ничего не делали, если бы понимали, что делаем.

    — Джордж Бернард Шоу · книга
17. «

    Да, вот это меня и бесит: болваны, которые даже болванами не умеют быть по всем правилам.

    Да, вот это меня и бесит: болваны, которые даже болванами не умеют быть по всем правилам.

    — Джордж Бернард Шоу · книга
18. «

    Поистине счастлив тот, кому любимое занятие дает средства к жизни.

    Поистине счастлив тот, кому любимое занятие дает средства к жизни.

    — Джордж Бернард Шоу · книга
19. «

    — Если б люди умели быть откровенными и говорить то, что думают! — Упаси бог!

    — Если б люди умели быть откровенными и говорить то, что думают! — Упаси бог!

    — Джордж Бернард Шоу · книга
20. «

    — Мне вас будет недоставать, Элиза. (Садится на тахту рядом с ней.) Ваши идиотские представления о вещах меня все-таки кое-чему научили, я признаю это и даже благодарен вам. Потом я как-то привык к вашему виду, к вашему голосу. Они мне даже нравятся. — Что ж, у вас есть мои фотографии и граммофонные записи. Когда соскучитесь обо мне, можете завести граммофон, — по крайней мере без риска оскорбить чьи-нибудь чувства. — В граммофоне я не услышу вашей души. Оставьте мне вашу душу, а лицо и голос можете взять с собой. Они — не вы.

    — Мне вас будет недоставать, Элиза. (Садится на тахту рядом с ней.) Ваши идиотские представления о вещах меня все-таки кое-чему научили, я признаю это и даже благодарен вам. Потом я как-то привык к вашему виду, к вашему голосу. Они мне даже нравятся. — Что ж, у вас есть мои фотографии и граммофонные записи. Когда соскучитесь обо мне, можете завести граммофон, — по крайней мере без риска оскорбить чьи-нибудь чувства. — В граммофоне я не услышу вашей души. Оставьте мне вашу душу, а лицо и голос можете взять с собой. Они — не вы.

    — Джордж Бернард Шоу · книга