20 цитат персонажа «Генрих VII Тюдор» со смыслом

Ниже 20 цитат персонажа «Генрих VII Тюдор»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Он обещал, что отдаст должное тебе и моим сыновьям. — Обещания всегда дают и всегда нарушают. Всегда.

   — Он обещал, что отдаст должное тебе и моим сыновьям. — Обещания всегда дают и всегда нарушают. Всегда.

   — Генрих VII Тюдор · сериал
2. «

   — Сир, вы что, с ума сошли? — Нет, – ответил Генрих, улыбаясь, – я только мудрее своих предшественников. Что хорошего в том, чтобы забрать лошадь и меч у человека, лишенного всего? Забрать несколько монет у деревенского сквайра, который потом превратится в нищего и интригана? Король должен поражать своих врагов, а простые люди Англии ему не враги.

   — Сир, вы что, с ума сошли? — Нет, – ответил Генрих, улыбаясь, – я только мудрее своих предшественников. Что хорошего в том, чтобы забрать лошадь и меч у человека, лишенного всего? Забрать несколько монет у деревенского сквайра, который потом превратится в нищего и интригана? Король должен поражать своих врагов, а простые люди Англии ему не враги.

   — Роберта Джеллис · книга
3. «

   — Даже волки не рвут на части плоть детенышей своих сородичей. — Да, дядя, но дикие кабаны иногда загрызают своих собственных детенышей. Именно по этой причине кабаны у нас не в почете, несмотря на их смелость и мужество. Кабан, который пожирает своих детенышей, должен умереть.

   — Даже волки не рвут на части плоть детенышей своих сородичей. — Да, дядя, но дикие кабаны иногда загрызают своих собственных детенышей. Именно по этой причине кабаны у нас не в почете, несмотря на их смелость и мужество. Кабан, который пожирает своих детенышей, должен умереть.

   — Роберта Джеллис · книга
4. «

   Любая женщина в нашем мире, идущая навстречу своей любви и действующая в соответствии со своими плотскими желаниями, будет названа шлюхой. И вряд ли подобное отношение когда-нибудь переменится.

   Любая женщина в нашем мире, идущая навстречу своей любви и действующая в соответствии со своими плотскими желаниями, будет названа шлюхой. И вряд ли подобное отношение когда-нибудь переменится.

   — Филиппа Грегори · книга
5. «

   Для меня менее опасна тысяча доброжелателей, которые не поднимут руку, чтобы помочь моим врагам, чем тысяча друзей, которые не поднимут руку, чтобы поддержать меня.

   Для меня менее опасна тысяча доброжелателей, которые не поднимут руку, чтобы помочь моим врагам, чем тысяча друзей, которые не поднимут руку, чтобы поддержать меня.

   — Роберта Джеллис · книга
6. «

   Деньги и людей проще и надежнее получить, когда тебя уговаривают их взять, чем, когда ты просишь о помощи.

   Деньги и людей проще и надежнее получить, когда тебя уговаривают их взять, чем, когда ты просишь о помощи.

   — Роберта Джеллис · книга
7. «

   — Англия любит тебя. У нас было семь лет мира. — А ты? Ты любишь меня? — Ты король от Бога. Ты король Англии. Ты мой король.

   — Англия любит тебя. У нас было семь лет мира. — А ты? Ты любишь меня? — Ты король от Бога. Ты король Англии. Ты мой король.

   — Елизавета Йоркская · сериал
8. «

   — Не думал, что мы будем любить. — Но мы любим. Никто не отнимет этого.

   — Не думал, что мы будем любить. — Но мы любим. Никто не отнимет этого.

   — Генрих VII Тюдор · сериал
9. «

   Проблемы не станут менее серьезными, если их отложить.

   Проблемы не станут менее серьезными, если их отложить.

   — Роберта Джеллис · книга
10. «

    Стабильность королевства – это не более чем тонкая корка льда над бурными потоками бунтов.

    Стабильность королевства – это не более чем тонкая корка льда над бурными потоками бунтов.

    — Роберта Джеллис · книга
11. «

    Тело короля было инструментом политики в той же мере, как и его разум.

    Тело короля было инструментом политики в той же мере, как и его разум.

    — Роберта Джеллис · книга
12. «

    Возможно, для некоторых людей естественно верить, что с тех пор, как у меня появился наследник, я буду смазывать ему дорогу кровью. Вероятно, я бы и поступил так ради Артура, но кровь не делает дорогу гладкой, она делает ее скользкой.

    Возможно, для некоторых людей естественно верить, что с тех пор, как у меня появился наследник, я буду смазывать ему дорогу кровью. Вероятно, я бы и поступил так ради Артура, но кровь не делает дорогу гладкой, она делает ее скользкой.

    — Роберта Джеллис · книга
13. «

    Шпионы и предатели всегда найдут возможность объединить усилия.

    Шпионы и предатели всегда найдут возможность объединить усилия.

    — Филиппа Грегори · книга
14. «

    Они смешали свою кровь, – подумал Генрих. – Когда люди могут быть еще ближе после этого? А они стараются уничтожить друг друга. В эти горькие времена смешение крови ничего не значило. Безнравственный дядя убивает беспомощного племянника, а брат сражается с братом на поле брани.

    Они смешали свою кровь, – подумал Генрих. – Когда люди могут быть еще ближе после этого? А они стараются уничтожить друг друга. В эти горькие времена смешение крови ничего не значило. Безнравственный дядя убивает беспомощного племянника, а брат сражается с братом на поле брани.

    — Роберта Джеллис · книга
15. «

    Дождь не может помешать настоящему англичанину, который родился мокрый, крестился мокрый и обычно тонул, если покидал свою страну.

    Дождь не может помешать настоящему англичанину, который родился мокрый, крестился мокрый и обычно тонул, если покидал свою страну.

    — Роберта Джеллис · книга
16. «

    — Ваша мать должна была сопровождать вас. — К счастью, она научилась у вас пренебрегать приличиями. — Она знает, что нет нужды вас сопровождать. Зачем запирать конюшню, если лошадь уже сбежала? — Краденая свобода была для этой кобылки слаще меда. Она так от души наскакалась, что память об этом будет поддерживать ее до самой смерти.

    — Ваша мать должна была сопровождать вас. — К счастью, она научилась у вас пренебрегать приличиями. — Она знает, что нет нужды вас сопровождать. Зачем запирать конюшню, если лошадь уже сбежала? — Краденая свобода была для этой кобылки слаще меда. Она так от души наскакалась, что память об этом будет поддерживать ее до самой смерти.

    — Елизавета Йоркская · сериал
17. «

    — Ты скучаешь по Англии, мой сын? — Мой господин, разве вы никогда не оглядывались на свое детство и оно не казалось вам безоблачным и радостным? Хотя, вы, должно быть, знаете, что счастливые дети страдают больше всех. Когда я оглядываюсь назад, мне кажется, что Англия была сладкой страной с молочными берегами, и я мечтаю. Но, очнувшись, я понимаю, что это не так. Я люблю свою мечту, хотя знаю, что это только мечта. Я не думаю, что это возможно.

    — Ты скучаешь по Англии, мой сын? — Мой господин, разве вы никогда не оглядывались на свое детство и оно не казалось вам безоблачным и радостным? Хотя, вы, должно быть, знаете, что счастливые дети страдают больше всех. Когда я оглядываюсь назад, мне кажется, что Англия была сладкой страной с молочными берегами, и я мечтаю. Но, очнувшись, я понимаю, что это не так. Я люблю свою мечту, хотя знаю, что это только мечта. Я не думаю, что это возможно.

    — Роберта Джеллис · книга
18. «

    — Я бы вышла замуж за того... — Кого любила... Я не прошу тебя любить меня, как его. Но я надеюсь на твою нежность и доброту, хотя бы. — Тебе этого хватит? А как же страсть? Тебе не нужна та, что сгорает от любви? Что помчится по полю боя, только бы услышать твой голос? — Я не знаю... Со мной так не было... — Что же они с нами сделали?..

    — Я бы вышла замуж за того... — Кого любила... Я не прошу тебя любить меня, как его. Но я надеюсь на твою нежность и доброту, хотя бы. — Тебе этого хватит? А как же страсть? Тебе не нужна та, что сгорает от любви? Что помчится по полю боя, только бы услышать твой голос? — Я не знаю... Со мной так не было... — Что же они с нами сделали?..

    — Елизавета Йоркская · сериал
19. «

    — Вы играете в очень опасную игру, сир. — Когда мне было шесть лет, Эдвард призвал меня ко двору. Если бы моя мать забрала меня, я бы умер. Когда мне было четырнадцать, мой дядя убежал со мной в Бретань, и мы угодили прямо в зубы бури, которая обещала утопить нас. Когда мне было восемнадцать, Эдвард предложил мне мою нынешнюю жену в качестве приманки и послал за мной двух убийц. Когда мне было двадцать шесть, Ричард подкупил Ландойса, чтобы тот убил меня или послал меня сюда, на кровопролитие. Я не принимаю в счет убийц, которые пытались убить меня и потерпели неудачу. Так что ты сказал об опасности?

    — Вы играете в очень опасную игру, сир. — Когда мне было шесть лет, Эдвард призвал меня ко двору. Если бы моя мать забрала меня, я бы умер. Когда мне было четырнадцать, мой дядя убежал со мной в Бретань, и мы угодили прямо в зубы бури, которая обещала утопить нас. Когда мне было восемнадцать, Эдвард предложил мне мою нынешнюю жену в качестве приманки и послал за мной двух убийц. Когда мне было двадцать шесть, Ричард подкупил Ландойса, чтобы тот убил меня или послал меня сюда, на кровопролитие. Я не принимаю в счет убийц, которые пытались убить меня и потерпели неудачу. Так что ты сказал об опасности?

    — Роберта Джеллис · книга
20. «

    — Как же вы должны меня ненавидеть, Динхэм. Все, что я ни делаю, это прошу о невозможном, а затем препятствую вашим усилиям получить это для меня. — Это вовсе не так, сир. По крайней мере вы не выходите из себя, когда просите луну, а я приношу вам серебряную тарелку.

    — Как же вы должны меня ненавидеть, Динхэм. Все, что я ни делаю, это прошу о невозможном, а затем препятствую вашим усилиям получить это для меня. — Это вовсе не так, сир. По крайней мере вы не выходите из себя, когда просите луну, а я приношу вам серебряную тарелку.

    — Роберта Джеллис · книга