52 фразы персонажа «Гермиона Грейнджер», которые запомнились

Ниже 52 цитаты персонажа «Гермиона Грейнджер»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Мистер Малфой, ваша гостья, — произнёс ресепшионист, выделяя последнее слово.

   — Мистер Малфой, ваша гостья, — произнёс ресепшионист, выделяя последнее слово.

   — Драко Малфой
2. «

   — Ты когда-нибудь перестанешь есть? — А что? Я голодный.

   — Ты когда-нибудь перестанешь есть? — А что? Я голодный.

   — Гермиона Грейнджер · фильм
3. «

   — Эй, Слизерин, в следующем году мы вас всё-таки сделаем без всяких добавочных баллов в конце года! — Поглядим, малявка, — вдруг раздался в воцарившейся тишине весёлый голос Маркуса Флинта, капитана слизеринской команды по квиддичу. — Поспорим? — тут же азартно включилась в спор Гермиона. — Если побеждаем мы, то… то все вы на прощальном обеде три раза громко кричите «Слава Гриффиндору». — А если мы, то после подсчёта баллов в общем зале и до отъезда поезда вы все обращаетесь к каждому слизеринцу не иначе как «уважаемый господин…» ну или «…госпожа из Великого Факультета». — Замётано! Гриффиндорцы было возмутилось таким договором за спиной, но сама идея спора многим пришлась по душе. Гриффиндорцы… Особенно близнецам, которые тут же громко всех заверили, что ради того, чтобы услышать, как слизеринцы будут славить Гриффиндор, они согласны отложить свои шалости.

   — Эй, Слизерин, в следующем году мы вас всё-таки сделаем без всяких добавочных баллов в конце года! — Поглядим, малявка, — вдруг раздался в воцарившейся тишине весёлый голос Маркуса Флинта, капитана слизеринской команды по квиддичу. — Поспорим? — тут же азартно включилась в спор Гермиона. — Если побеждаем мы, то… то все вы на прощальном обеде три раза громко кричите «Слава Гриффиндору». — А если мы, то после подсчёта баллов в общем зале и до отъезда поезда вы все обращаетесь к каждому слизеринцу не иначе как «уважаемый господин…» ну или «…госпожа из Великого Факультета». — Замётано! Гриффиндорцы было возмутилось таким договором за спиной, но сама идея спора многим пришлась по душе. Гриффиндорцы… Особенно близнецам, которые тут же громко всех заверили, что ради того, чтобы услышать, как слизеринцы будут славить Гриффиндор, они согласны отложить свои шалости.

   — Гермиона Грейнджер
4. «

   — Мисс Грейнджер, в следующий раз будьте осторожней, — всё-таки высказалась профессор Макгонагалл прежде, чем уйти. — Обязательно, профессор, — пообещала ей Гермиона. — Если в самой безопасной школе Британии встречу ещё какого-нибудь монстра, обещаю быть очень-очень осторожной.

   — Мисс Грейнджер, в следующий раз будьте осторожней, — всё-таки высказалась профессор Макгонагалл прежде, чем уйти. — Обязательно, профессор, — пообещала ей Гермиона. — Если в самой безопасной школе Британии встречу ещё какого-нибудь монстра, обещаю быть очень-очень осторожной.

   — Минерва МакГонагалл
5. «

   — Смотри, что я нашёл. Он протянул письмо матери. Гермиона взяла письмо и начала читать; Гарри внимательно следил за ней. Когда она дошла до конца страницы, она взглянула на него. — О, Гарри…

   — Смотри, что я нашёл. Он протянул письмо матери. Гермиона взяла письмо и начала читать; Гарри внимательно следил за ней. Когда она дошла до конца страницы, она взглянула на него. — О, Гарри…

   — Джоан Роулинг · книга
6. «

   — Потому что Чжоу теперь все время плачет, — рассеянно сказала Гермиона, — и за едой, и в туалете, повсюду. — Надо думать, поцелуи ее немного развеселят, — ухмыльнулся Рон. — Рон, — назидательно сказала Гермиона, погрузив перо в чернильницу. — Ты самое бесчувственное животное, с каким я имела несчастье познакомиться.

   — Потому что Чжоу теперь все время плачет, — рассеянно сказала Гермиона, — и за едой, и в туалете, повсюду. — Надо думать, поцелуи ее немного развеселят, — ухмыльнулся Рон. — Рон, — назидательно сказала Гермиона, погрузив перо в чернильницу. — Ты самое бесчувственное животное, с каким я имела несчастье познакомиться.

   — Джоан Роулинг · книга
7. «

   — Ты поразительна! — И вечно этот удивленный тон.

   — Ты поразительна! — И вечно этот удивленный тон.

   — Рон Уизли · фильм
8. «

   — Я новый ловец сборной Слизерина, Уизли, — самодовольно заявил Малфой. — Мы любуемся метлами. Их купил мой отец для всей нашей команды. Рон не мог отвести восхищенного взгляда от семи великолепных скоростных метел. — Хороши, а? — невинно поинтересовался Малфой. — Не расстраивайтесь, соберите с болельщиков деньги и тоже такие купите. Или выставьте на аукцион свои «Чистометы-5». Музеи всего мира из-за них подерутся, — издевался он. Сборная Слизерина разразилась дружным хохотом. — Зато ни один игрок нашей сборной не покупал себе место в команде, — отчеканила Гермиона. — Все они попали туда благодаря таланту.

   — Я новый ловец сборной Слизерина, Уизли, — самодовольно заявил Малфой. — Мы любуемся метлами. Их купил мой отец для всей нашей команды. Рон не мог отвести восхищенного взгляда от семи великолепных скоростных метел. — Хороши, а? — невинно поинтересовался Малфой. — Не расстраивайтесь, соберите с болельщиков деньги и тоже такие купите. Или выставьте на аукцион свои «Чистометы-5». Музеи всего мира из-за них подерутся, — издевался он. Сборная Слизерина разразилась дружным хохотом. — Зато ни один игрок нашей сборной не покупал себе место в команде, — отчеканила Гермиона. — Все они попали туда благодаря таланту.

   — Джоан Роулинг · книга
9. «

   — Угу… — буркнула девочка. — Придумать… Но когда что-то стоит на пути моего любопытства… «Когда я ем я глух и нем, хитёр и быстр, и дьявольски умён».

   — Угу… — буркнула девочка. — Придумать… Но когда что-то стоит на пути моего любопытства… «Когда я ем я глух и нем, хитёр и быстр, и дьявольски умён».
10. «

    — Скажите, профессор, а вы в курсе, что сегодня ночью должны идти похищать философский камень с целью воскрешения Лорда? Снейп застыл, глядя на ученицу с каким-то непонятным и очень нехорошим выражением лица. Судя по всему, он выбирал между круцио и авадой. — Проходите, мисс Грейнджер, — посторонился он.

    — Скажите, профессор, а вы в курсе, что сегодня ночью должны идти похищать философский камень с целью воскрешения Лорда? Снейп застыл, глядя на ученицу с каким-то непонятным и очень нехорошим выражением лица. Судя по всему, он выбирал между круцио и авадой. — Проходите, мисс Грейнджер, — посторонился он.

    — Гермиона Грейнджер
11. «

    — Ты уверен, что это правильное заклинание? — поинтересовалась девочка. — Что-то оно не действует, ты не заметил? А я тут взяла из книг несколько простых заклинаний, чтобы немного попрактиковаться, — и все получилось. В моей семье нет волшебников, я была так ужасно удивлена, когда получила письмо из Хогвартса, — я имею в виду, приятно удивлена, ведь это лучшая школа волшебства в мире. И конечно, я уже выучила наизусть все наши учебники — надеюсь, что этого будет достаточно для того, чтобы учиться лучше всех. Да, кстати, меня зовут Гермиона Грейнджер, а вас?

    — Ты уверен, что это правильное заклинание? — поинтересовалась девочка. — Что-то оно не действует, ты не заметил? А я тут взяла из книг несколько простых заклинаний, чтобы немного попрактиковаться, — и все получилось. В моей семье нет волшебников, я была так ужасно удивлена, когда получила письмо из Хогвартса, — я имею в виду, приятно удивлена, ведь это лучшая школа волшебства в мире. И конечно, я уже выучила наизусть все наши учебники — надеюсь, что этого будет достаточно для того, чтобы учиться лучше всех. Да, кстати, меня зовут Гермиона Грейнджер, а вас?

    — Джоан Роулинг · книга
12. «

    — А я всегда говорила, что профессор Снейп очень милый и добрый, — отозвалась Гермиона, оглядываясь. — Чего? — повернулся к ней Гарри. — А ты посмотри на огонь? Как он нежно и ласково сожжёт всех врагов нашего профессора. Ручаюсь, без боли. — Сама доброта, — едко отозвался Гарри.

    — А я всегда говорила, что профессор Снейп очень милый и добрый, — отозвалась Гермиона, оглядываясь. — Чего? — повернулся к ней Гарри. — А ты посмотри на огонь? Как он нежно и ласково сожжёт всех врагов нашего профессора. Ручаюсь, без боли. — Сама доброта, — едко отозвался Гарри.

    — Гермиона Грейнджер
13. «

    — Если маглы и не поверят сразу в магию, — удовлетворённо заметил мистер Кливен, — то такая демонстрация их убедит. — Его могут и не в огонь бросить. — Возражала девочка уже не столько из сомнения, сколько из любопытства — было интересно узнать, что там в письме ещё маги накрутили. — Попробуй порвать, — предложил мистер Кливен. Пергамент рвался легко, но его клочки тут же соединялись вместе и снова становились единым целым. Вода просто скатывалась с письма, даже не намочив его, а попытка бросить письма в мусорную корзину тоже провалилась — стоило закрыть дверку шкафа, где стоял мешок с мусором, как пергамент материализовался на столе. — Наигралась? — поинтересовался мистер Кливен, заметив, что девочка уже давно активировала магическое зрение и сейчас с нездоровым исследовательским любопытством посматривает то на письмо, то на нож для бумаг. Сообразил, что если не остановить сейчас, то следующими испытаниями для несчастного письма могут оказаться и кислоты из химической лаборатории. Саймон Кливен не был уверен, что маги могли предусмотреть попадание письма в руки исследователя-маньяка с неиссякаемым любопытством и тягой к знаниям, и не был уверен, что защита выдержит те испытания, которые придут в голову его ученице.

    — Если маглы и не поверят сразу в магию, — удовлетворённо заметил мистер Кливен, — то такая демонстрация их убедит. — Его могут и не в огонь бросить. — Возражала девочка уже не столько из сомнения, сколько из любопытства — было интересно узнать, что там в письме ещё маги накрутили. — Попробуй порвать, — предложил мистер Кливен. Пергамент рвался легко, но его клочки тут же соединялись вместе и снова становились единым целым. Вода просто скатывалась с письма, даже не намочив его, а попытка бросить письма в мусорную корзину тоже провалилась — стоило закрыть дверку шкафа, где стоял мешок с мусором, как пергамент материализовался на столе. — Наигралась? — поинтересовался мистер Кливен, заметив, что девочка уже давно активировала магическое зрение и сейчас с нездоровым исследовательским любопытством посматривает то на письмо, то на нож для бумаг. Сообразил, что если не остановить сейчас, то следующими испытаниями для несчастного письма могут оказаться и кислоты из химической лаборатории. Саймон Кливен не был уверен, что маги могли предусмотреть попадание письма в руки исследователя-маньяка с неиссякаемым любопытством и тягой к знаниям, и не был уверен, что защита выдержит те испытания, которые придут в голову его ученице.

    — Саймон Кливен / Мишин Алексей Григорьевич
14. «

    — Не будьте идиотами, — огрызнулась она. — Вы бы еще купили у Гарольда Дингла порошок из когтя дракона! И хватит об этом! — У Дингла есть порошок из когтя дракона? — жадно спросил Рон. — Уже нет, — ответила Гермиона. — Его я тоже конфисковала. Все эти штучки — чистое надувательство, понятно? — Только не коготь дракона! — воскликнул Рон. — Это классная вещь, она так прочищает мозги, что ты потом несколько часов ходишь умный-преумный... Гермиона, дай мне щепоточку этого порошка, пожалуйста, он же не повредит... — Может и повредить, — сдержанно откликнулась Гермиона. — Я его рассмотрела. На самом деле это сушеный помет докси.

    — Не будьте идиотами, — огрызнулась она. — Вы бы еще купили у Гарольда Дингла порошок из когтя дракона! И хватит об этом! — У Дингла есть порошок из когтя дракона? — жадно спросил Рон. — Уже нет, — ответила Гермиона. — Его я тоже конфисковала. Все эти штучки — чистое надувательство, понятно? — Только не коготь дракона! — воскликнул Рон. — Это классная вещь, она так прочищает мозги, что ты потом несколько часов ходишь умный-преумный... Гермиона, дай мне щепоточку этого порошка, пожалуйста, он же не повредит... — Может и повредить, — сдержанно откликнулась Гермиона. — Я его рассмотрела. На самом деле это сушеный помет докси.

    — Джоан Роулинг · книга
15. «

    — Почему ты не хочешь её носить, Рональд? — Я выгляжу в ней как идиот! — Так же, как и всегда.

    — Почему ты не хочешь её носить, Рональд? — Я выгляжу в ней как идиот! — Так же, как и всегда.

    — Рон Уизли · фильм
16. «

    — Он… он немного ненормальный? — услышала шёпот Гарри девочка. Видно, он знал её соседа. Тот же задумался и ответил: — Ненормальный? Он гений. — Что, частенько, одно и тоже, — буркнула девочка, уткнувшись в тарелку.

    — Он… он немного ненормальный? — услышала шёпот Гарри девочка. Видно, он знал её соседа. Тот же задумался и ответил: — Ненормальный? Он гений. — Что, частенько, одно и тоже, — буркнула девочка, уткнувшись в тарелку.

    — Гарри Поттер
17. «

    — И ты даже ни на кого из нас смотреть не хочешь! — воскликнула Джинни. — Это не я, а вы все на меня смотреть не хотите! — вспыхнул Гарри. — Может, вы оглядываетесь друг на друга, но никак не попадёте в такт? — предположила Гермиона, иронически вздёрнув вверх уголки губ.

    — И ты даже ни на кого из нас смотреть не хочешь! — воскликнула Джинни. — Это не я, а вы все на меня смотреть не хотите! — вспыхнул Гарри. — Может, вы оглядываетесь друг на друга, но никак не попадёте в такт? — предположила Гермиона, иронически вздёрнув вверх уголки губ.

    — Джоан Роулинг · книга
18. «

    Любовь к себе самому – самая чистая и взаимная любовь в мире.

    Любовь к себе самому – самая чистая и взаимная любовь в мире.
19. «

    — Такого гения, как Дамблдор, невозможно обмануть при помощи дурацкого трюка, вроде зелья старения. — В этом вся его прелесть. — Как раз потому, что оно дурацкое.

    — Такого гения, как Дамблдор, невозможно обмануть при помощи дурацкого трюка, вроде зелья старения. — В этом вся его прелесть. — Как раз потому, что оно дурацкое.

    — Гермиона Грейнджер · фильм
20. «

    Она посмотрела ему прямо в глаза. — Я оставила тебе записку. Ты получил ее? Я люблю тебя. Он вздрогнул, как от удара, и Гермиона почувствовала, как его челюсть задрожала под ее пальцами. Он начал качать головой, но она остановила его, притянув ближе. — Я люблю тебя, — сказала девушка более твердо, ее голос дрожал от напряжения. — Я люблю тебя. Я всегда буду любить тебя. Пока от меня ничего не останется.

    Она посмотрела ему прямо в глаза. — Я оставила тебе записку. Ты получил ее? Я люблю тебя. Он вздрогнул, как от удара, и Гермиона почувствовала, как его челюсть задрожала под ее пальцами. Он начал качать головой, но она остановила его, притянув ближе. — Я люблю тебя, — сказала девушка более твердо, ее голос дрожал от напряжения. — Я люблю тебя. Я всегда буду любить тебя. Пока от меня ничего не останется.

    — Гермиона Грейнджер