13 сильных цитат персонажа «Хэл Шелтон (Hal Shelton)»

13 цитат персонажа «Хэл Шелтон (Hal Shelton)» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Кто-нибудь вообще задумывался, насколько проще прикончить человека, если его речь тебе непонятна? Ведь его жалостливые реплики не способны пробиться к твоему сердцу и заиграть на струнах сострадания.

   Кто-нибудь вообще задумывался, насколько проще прикончить человека, если его речь тебе непонятна? Ведь его жалостливые реплики не способны пробиться к твоему сердцу и заиграть на струнах сострадания.
2. «

   Бабло никогда не бывает вкусной вишенкой на торте, оно всегда является главным мотивом. К тому же деньги не позволяют быть хозяином положения. Настоящая власть вовсе не в звонких монетах: если не знаешь нужных людей, не ведаешь, кому дать на лапу, чтобы получить сведенья или надёжных профессиональных исполнителей, то деньги всё равно, что бесполезные бумажки.

   Бабло никогда не бывает вкусной вишенкой на торте, оно всегда является главным мотивом. К тому же деньги не позволяют быть хозяином положения. Настоящая власть вовсе не в звонких монетах: если не знаешь нужных людей, не ведаешь, кому дать на лапу, чтобы получить сведенья или надёжных профессиональных исполнителей, то деньги всё равно, что бесполезные бумажки.
3. «

   Нет ничего приятнее, чем видеть, как твой враг съёживается под твоим давлением.

   Нет ничего приятнее, чем видеть, как твой враг съёживается под твоим давлением.
4. «

   Каждая душевная рана, ужасное происшествие, незначительная, на первый взгляд, вербальная оплеуха — они как крохотные незаметные трещинки на кружке, кажется, что абсолютно безвредны, однако в один прекрасный день от самого нежного прикосновения сосуд, как и человек, рассыпается по этим самым насечкам.

   Каждая душевная рана, ужасное происшествие, незначительная, на первый взгляд, вербальная оплеуха — они как крохотные незаметные трещинки на кружке, кажется, что абсолютно безвредны, однако в один прекрасный день от самого нежного прикосновения сосуд, как и человек, рассыпается по этим самым насечкам.
5. «

   Выигрышная позиция — когда твои враги тычут друг в друга своими отточенными обвинительными шпагами, пытаясь навесить свои ошибки на самую тошнотворную для них персону, приписывая ей свои ценности и призму восприятия, а ты сам остаёшься в тени, дирижируя ими. Ибо нет ничего страшнее человека, который в чём-то убеждён — главное вовремя подсадить ему зерно нужной тебе идеи.

   Выигрышная позиция — когда твои враги тычут друг в друга своими отточенными обвинительными шпагами, пытаясь навесить свои ошибки на самую тошнотворную для них персону, приписывая ей свои ценности и призму восприятия, а ты сам остаёшься в тени, дирижируя ими. Ибо нет ничего страшнее человека, который в чём-то убеждён — главное вовремя подсадить ему зерно нужной тебе идеи.
6. «

   На самом деле люди просто внушают себе, что может быть так, но никак иначе. Шаблонное мышление, почерпнутое от других, из книжек или кино. Вот только кто бы что ни сказал — это лишь его субъективное мнение, а не истина первой инстанции. Но веря человеку, его авторитету — люди начинают принимать заявления как одну единственную и возможную правду. На самом деле быть только, скажем, директором театра — скучно. Но те, кто позволил подменить своё понятие, надев чужие очки с чужим опытом, начинают быть только кем-то или чем-то одним, а спустя годы оглядываются, смотрят по сторонам и в панике пытаются понять, какого чёрта их сюда занесло и как вообще так вышло, что будни стали мукой? Но люди сами отводят себе какую-то роль и добровольно весят на себя ярлык, боясь столкнуться с осмеянием, непониманием, косыми взглядами. Они начинают добровольно играть в те игрушки, в которые им предлагают предшественники или общественное мнение. Вот почему так мало личностей, которые делают только то, что считаю приемлемым для себя — не каждый готов пойти против всех, чтобы остаться самим собой. Боясь потерять что-то — власть, деньги, уважение — или кого-то — жену, родителей, друзей — почти все позволяют управлять собой, меняя самого себя на такие сомнительные ценности как любовь, доверие, уважение. А в один прекрасный день обнаруживают, что их любимые им изменяют, деловые партнеры обманывают, а друзья использовали. И жертва — ты сам — разлетается в пыль. Ха-ха-ха. Вот так-то заключать сделки с дьяволом — он всегда заберёт и тебя и, конечно же, то, что дал взамен твоей души.

   На самом деле люди просто внушают себе, что может быть так, но никак иначе. Шаблонное мышление, почерпнутое от других, из книжек или кино. Вот только кто бы что ни сказал — это лишь его субъективное мнение, а не истина первой инстанции. Но веря человеку, его авторитету — люди начинают принимать заявления как одну единственную и возможную правду. На самом деле быть только, скажем, директором театра — скучно. Но те, кто позволил подменить своё понятие, надев чужие очки с чужим опытом, начинают быть только кем-то или чем-то одним, а спустя годы оглядываются, смотрят по сторонам и в панике пытаются понять, какого чёрта их сюда занесло и как вообще так вышло, что будни стали мукой? Но люди сами отводят себе какую-то роль и добровольно весят на себя ярлык, боясь столкнуться с осмеянием, непониманием, косыми взглядами. Они начинают добровольно играть в те игрушки, в которые им предлагают предшественники или общественное мнение. Вот почему так мало личностей, которые делают только то, что считаю приемлемым для себя — не каждый готов пойти против всех, чтобы остаться самим собой. Боясь потерять что-то — власть, деньги, уважение — или кого-то — жену, родителей, друзей — почти все позволяют управлять собой, меняя самого себя на такие сомнительные ценности как любовь, доверие, уважение. А в один прекрасный день обнаруживают, что их любимые им изменяют, деловые партнеры обманывают, а друзья использовали. И жертва — ты сам — разлетается в пыль. Ха-ха-ха. Вот так-то заключать сделки с дьяволом — он всегда заберёт и тебя и, конечно же, то, что дал взамен твоей души.
7. «

   Реальность — абсолютная субъективность, потому что каждый создаёт свою иллюзию, в которой ему комфортно.

   Реальность — абсолютная субъективность, потому что каждый создаёт свою иллюзию, в которой ему комфортно.
8. «

   Доверие — всего лишь самая утончённая и коварная форма власти.

   Доверие — всего лишь самая утончённая и коварная форма власти.
9. «

   Инсайт так же сбивает с ног, как штормовая океанская волна, а утягивает в свои ледяные пучины ещё стремительнее и неумолимее.

   Инсайт так же сбивает с ног, как штормовая океанская волна, а утягивает в свои ледяные пучины ещё стремительнее и неумолимее.
10. «

    Обладать опытом — значит потерять наивность, притупить живейший интерес.

    Обладать опытом — значит потерять наивность, притупить живейший интерес.
11. «

    Рождение портрета — это смерть грифеля. Погибая, он становится частью чего-то большего, как и всё в этом мире.

    Рождение портрета — это смерть грифеля. Погибая, он становится частью чего-то большего, как и всё в этом мире.
12. «

    Человек, использующий метод кнута и пряника, одновременно подчёркивает свою влиятельность и создаёт ощущение помилования — именно так люди привыкают угождать тирану, тем самым стремясь избежать наказания.

    Человек, использующий метод кнута и пряника, одновременно подчёркивает свою влиятельность и создаёт ощущение помилования — именно так люди привыкают угождать тирану, тем самым стремясь избежать наказания.
13. «

    Если осведомлён о причудливом капризе противника, если разбираешься в его вкусовых и сексуальных предпочтениях, то в этих экзотических вольерах и нужно расставлять свои карающие сети, ведь он рано или поздно нанесёт визит в свою священную цитадель. Вместо того чтобы гоняться за человеком по закоулкам, вынюхивать его след и утомляться крысиной охотой, при этом рискуя стать мишенью, можно притаиться рядом с избранным логовом соперника и терпеливо ожидать.

    Если осведомлён о причудливом капризе противника, если разбираешься в его вкусовых и сексуальных предпочтениях, то в этих экзотических вольерах и нужно расставлять свои карающие сети, ведь он рано или поздно нанесёт визит в свою священную цитадель. Вместо того чтобы гоняться за человеком по закоулкам, вынюхивать его след и утомляться крысиной охотой, при этом рискуя стать мишенью, можно притаиться рядом с избранным логовом соперника и терпеливо ожидать.