33 цитаты персонажа «Игорь» на каждый день

Ниже 33 цитаты персонажа «Игорь»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Когда мне было десять, у меня были гланды, — поведал Оулсвие. — Хотите ефе одни? — Поинтересовался Игорь.

   — Когда мне было десять, у меня были гланды, — поведал Оулсвие. — Хотите ефе одни? — Поинтересовался Игорь.

   — Терри Пратчетт · книга
2. «

   В детдоме живут другие дети, брошенные родителями. Мы — отбросы общества, нелюбимые, нежеланные, кто не должен был родиться. Плевать. Я жив.

   В детдоме живут другие дети, брошенные родителями. Мы — отбросы общества, нелюбимые, нежеланные, кто не должен был родиться. Плевать. Я жив.

   — Бернар Вербер · книга
3. «

   Дети сильнее всех, потому что их никто не воспринимает всерьёз.

   Дети сильнее всех, потому что их никто не воспринимает всерьёз.
4. «

   У хорошего человека не бывает много близких. Он понимает, что ваш мир вещь ненадежная, и старается не заводить лишней родни, которая была бы слишком от него зависима. Зависимые нужны людям дурным, слабым, боящимся остаться с собой наедине. Приличные люди одиноки, им нужны, как правило, три-четыре человека.

   У хорошего человека не бывает много близких. Он понимает, что ваш мир вещь ненадежная, и старается не заводить лишней родни, которая была бы слишком от него зависима. Зависимые нужны людям дурным, слабым, боящимся остаться с собой наедине. Приличные люди одиноки, им нужны, как правило, три-четыре человека.

   — Дмитрий Львович Быков · книга
5. «

   — Ой, Игорь, мне кажется, ты просто выделываешься перед мамой. Обычно когда я одна крашу ногти, ты противогаз не надеваешь. — [неразборчивый ответ] — Что?! — Я говорю — а теперь вас двое, и доза химической атаки увеличивается вдвое! — Ой-ой, Игорёк, ну а какой химической атаке ты говоришь? Я сто лет крашу ногти лаком, и на моём здоровье это ну никак не отразилось. — Как это не отразилось?! А вот это вот? [Указывает на Лену] У неё же из-за вашего пристрастия к токсикомании лобные доли не сформировались. — А ну-ка рот закрыл! Разошёлся он.

   — Ой, Игорь, мне кажется, ты просто выделываешься перед мамой. Обычно когда я одна крашу ногти, ты противогаз не надеваешь. — [неразборчивый ответ] — Что?! — Я говорю — а теперь вас двое, и доза химической атаки увеличивается вдвое! — Ой-ой, Игорёк, ну а какой химической атаке ты говоришь? Я сто лет крашу ногти лаком, и на моём здоровье это ну никак не отразилось. — Как это не отразилось?! А вот это вот? [Указывает на Лену] У неё же из-за вашего пристрастия к токсикомании лобные доли не сформировались. — А ну-ка рот закрыл! Разошёлся он.

   — Лена
6. «

   Если тебя выписали из сумасшедшего дома, это ещё не значит, что тебя вылечили. Просто ты стал как все.

   Если тебя выписали из сумасшедшего дома, это ещё не значит, что тебя вылечили. Просто ты стал как все.

   — Пауло Коэльо · книга
7. «

   Два месяца. Много это или мало? – спрашивал я сам себя. И сам же себе отвечал – когда как. Если это отпуск, круиз – то они пролетят незаметно, растают в череде дней, просочатся сквозь пальцы, словно мелкий речной песок. Если же это два месяца, оставшиеся до Нового года, до дня рождения, до вручения премии или до выхода из больницы, – то время будет еле ползти, словно издеваясь над тобой. Что такое два месяца? Если ты работаешь – всего две зарплаты, восемь выходных, полсотни чашек утреннего кофе, похожих друг на друга как близнецы. Дни выстреливают в прошлое очередью, по семь в обойме. Если ты сидишь дома, плюешь в потолок и бездельничаешь, то эти два месяца могут превратиться для тебя в тюремный срок, а твоя комната – в темницу.

   Два месяца. Много это или мало? – спрашивал я сам себя. И сам же себе отвечал – когда как. Если это отпуск, круиз – то они пролетят незаметно, растают в череде дней, просочатся сквозь пальцы, словно мелкий речной песок. Если же это два месяца, оставшиеся до Нового года, до дня рождения, до вручения премии или до выхода из больницы, – то время будет еле ползти, словно издеваясь над тобой. Что такое два месяца? Если ты работаешь – всего две зарплаты, восемь выходных, полсотни чашек утреннего кофе, похожих друг на друга как близнецы. Дни выстреливают в прошлое очередью, по семь в обойме. Если ты сидишь дома, плюешь в потолок и бездельничаешь, то эти два месяца могут превратиться для тебя в тюремный срок, а твоя комната – в темницу.

   — Роман Афанасьев · книга
8. «

   Что ни говори — мысль о смерти — плохой стимулятор аппетита.

   Что ни говори — мысль о смерти — плохой стимулятор аппетита.

   — Олег Рой · книга
9. «

   Бог создал мир за шесть дней. Но что такое мир? То, что предстает моим или вашим глазам. И каждый раз, как кто-нибудь умирает, уничтожается частица мироздания. Все, что человек чувствовал и ощущал, все, что он созерцал, исчезает вместе с ним, подобно тому, как под дождем исчезают слезы...

   Бог создал мир за шесть дней. Но что такое мир? То, что предстает моим или вашим глазам. И каждый раз, как кто-нибудь умирает, уничтожается частица мироздания. Все, что человек чувствовал и ощущал, все, что он созерцал, исчезает вместе с ним, подобно тому, как под дождем исчезают слезы...

   — Пауло Коэльо · книга
10. «

    Иногда надо совершать поступки, не опасаясь за последствия!

    Иногда надо совершать поступки, не опасаясь за последствия!
11. «

    — Ну-ка стоп! Ты что делаешь?! Цветы нужно поливать отстойной водой! — Так наш Горводоканал любезно предоставляет нам такую воду! Более отстойней воды я нигде не видел ещё.

    — Ну-ка стоп! Ты что делаешь?! Цветы нужно поливать отстойной водой! — Так наш Горводоканал любезно предоставляет нам такую воду! Более отстойней воды я нигде не видел ещё.

    — Игорь
12. «

    Жизнь похожа на лодку с пробоиной. Посреди моря она медленно наполняется водой, а мы пьём за сегодняшний день. Сегодня мы живы, а завтра — помрём.

    Жизнь похожа на лодку с пробоиной. Посреди моря она медленно наполняется водой, а мы пьём за сегодняшний день. Сегодня мы живы, а завтра — помрём.

    — Душка (Duska) · фильм
13. «

    В великом уродстве, как и в великой красоте, есть что-то завораживающее.

    В великом уродстве, как и в великой красоте, есть что-то завораживающее.

    — Олег Рой · книга
14. «

    Он не был достаточно быстрым. Он мёртв.

    Он не был достаточно быстрым. Он мёртв.

    — Бернар Вербер · книга
15. «

    Бывают мечты, которыми не хочется делиться с друзьями. Даже с самыми близкими друзьями.

    Бывают мечты, которыми не хочется делиться с друзьями. Даже с самыми близкими друзьями.

    — Олег Рой · книга
16. «

    — Что это? Серпантин? — Это чек салона красоты.

    — Что это? Серпантин? — Это чек салона красоты.

    — Ленка
17. «

    — Пойду Барсика поглажу. Ба-арсик! Ба-арсик! Кушать хочешь? А? Ба-арсик! — Барсик, ответь ей уже. — Игорь?

    — Пойду Барсика поглажу. Ба-арсик! Ба-арсик! Кушать хочешь? А? Ба-арсик! — Барсик, ответь ей уже. — Игорь?

    — Андрей Рожков
18. «

    Скучна жизнь. Утро — кофе, электричка, работа, электричка, кофе, вечер, постель. И так всю жизнь. Если ничего не делать, не узнавать, получается, появился человек на свет, пожрал колбасы, запил кофе, и в могилу?

    Скучна жизнь. Утро — кофе, электричка, работа, электричка, кофе, вечер, постель. И так всю жизнь. Если ничего не делать, не узнавать, получается, появился человек на свет, пожрал колбасы, запил кофе, и в могилу?

    — Роман Афанасьев · книга
19. «

    Если уж гореть до пепла, то ради всего человечества.

    Если уж гореть до пепла, то ради всего человечества.

    — Владимир Тендряков · книга
20. «

    — Кстати, а ты не знаешь... Вот у нас с тобой так весело начиналось, правда? — Ага. Очень весело и легко. — А сейчас так все грустно и страшно. Ты не знаешь, это обязательно? — Вообще обязательно, — кивнул Игорь. — У нас это еще на первом курсе объясняют. Ведь несчастная любовь — это что? Это первый, в сущности, класс. Страдания для дураков. Настоящие страдания — это когда счастливая. Вот тогда все уже очень серьезно.

    — Кстати, а ты не знаешь... Вот у нас с тобой так весело начиналось, правда? — Ага. Очень весело и легко. — А сейчас так все грустно и страшно. Ты не знаешь, это обязательно? — Вообще обязательно, — кивнул Игорь. — У нас это еще на первом курсе объясняют. Ведь несчастная любовь — это что? Это первый, в сущности, класс. Страдания для дураков. Настоящие страдания — это когда счастливая. Вот тогда все уже очень серьезно.

    — Дмитрий Львович Быков · книга