21 фраза персонажа «Ирэн Ледуайен», которые запомнились

21 цитата персонажа «Ирэн Ледуайен» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Меня так раздражают люди, которые садятся с краю, хотя место у окна свободно. — Люди, они вообще раздражают.

   — Меня так раздражают люди, которые садятся с краю, хотя место у окна свободно. — Люди, они вообще раздражают.

   — Виктория Килеева · книга
2. «

   — Это твой натуральный цвет волос? — Да, хотя родилась я лысой блондинкой.

   — Это твой натуральный цвет волос? — Да, хотя родилась я лысой блондинкой.

   — Виктория Килеева · книга
3. «

   Я не ору — я аргументирую громким голосом!

   Я не ору — я аргументирую громким голосом!

   — Виктория Килеева · книга
4. «

   — Нельзя быть таким эгоистом. — А кто такой эгоист? — Это человек, который живёт в гармонии с собой, создавая дисгармонию вокруг.

   — Нельзя быть таким эгоистом. — А кто такой эгоист? — Это человек, который живёт в гармонии с собой, создавая дисгармонию вокруг.

   — Виктория Килеева · книга
5. «

   — И всё-таки путь к сердцу мужчины лежит через его желудок, а вовсе не через то место, на которое полагаются современные девушки. — В таком случае я бы оставила тебя голодным — всё равно мы только друзья!

   — И всё-таки путь к сердцу мужчины лежит через его желудок, а вовсе не через то место, на которое полагаются современные девушки. — В таком случае я бы оставила тебя голодным — всё равно мы только друзья!

   — Виктория Килеева · книга
6. «

   То, что ты видел меня нагишом, еще не значит, что ты меня хорошо знаешь!

   То, что ты видел меня нагишом, еще не значит, что ты меня хорошо знаешь!

   — Виктория Килеева · книга
7. «

   Жаклин говорит, что у меня гормональный дисбаланс. А я уверяю, что это любовь…

   Жаклин говорит, что у меня гормональный дисбаланс. А я уверяю, что это любовь…

   — Виктория Килеева · книга
8. «

   — Поймите, детка. У меня беда. — Какая? — Мне двадцать девять лет.

   — Поймите, детка. У меня беда. — Какая? — Мне двадцать девять лет.

   — Виктория Килеева · книга
9. «

   — Ты же всё равно когда-нибудь выйдешь замуж? Я посмотрела на отца со вздохом усталого возмущения. — Ты даже точно не знаешь, наденешь ли сегодня штаны, почему я должна точно знать, выйду ли я когда-нибудь замуж?

   — Ты же всё равно когда-нибудь выйдешь замуж? Я посмотрела на отца со вздохом усталого возмущения. — Ты даже точно не знаешь, наденешь ли сегодня штаны, почему я должна точно знать, выйду ли я когда-нибудь замуж?

   — Виктория Килеева · книга
10. «

    «Иди ко мне». А вдруг пойдёшь ты? А вдруг ты рысью побежишь? Я не поверю, испугаюсь. Я отшучусь — ты промолчишь…

    «Иди ко мне». А вдруг пойдёшь ты? А вдруг ты рысью побежишь? Я не поверю, испугаюсь. Я отшучусь — ты промолчишь…

    — Виктория Килеева · книга
11. «

    — Как можно склеить твою подружку? — Ты стихи знаешь — японские, в оригинале? — Нет. — Тогда никак.

    — Как можно склеить твою подружку? — Ты стихи знаешь — японские, в оригинале? — Нет. — Тогда никак.

    — Виктория Килеева · книга
12. «

    Я не пью, не курю, не принимаю наркотиков, ни с кем не сплю и пребываю в постоянном стрессе из-за невозможности побыть в одиночестве. Еда и книги — это всё, что мне осталось!

    Я не пью, не курю, не принимаю наркотиков, ни с кем не сплю и пребываю в постоянном стрессе из-за невозможности побыть в одиночестве. Еда и книги — это всё, что мне осталось!

    — Виктория Килеева · книга
13. «

    Ты была такой вдохновляюще-неприступной, а неприступные крепости всегда ведь хочется покорить. Меня возбуждала твоя застенчивость, я принимала её как вызов, я хотела сломить её, похитить твой невинный взгляд. А сейчас ты зажимаешь меня по углам, требуешь ответов, и я не знаю, что с тобой делать…

    Ты была такой вдохновляюще-неприступной, а неприступные крепости всегда ведь хочется покорить. Меня возбуждала твоя застенчивость, я принимала её как вызов, я хотела сломить её, похитить твой невинный взгляд. А сейчас ты зажимаешь меня по углам, требуешь ответов, и я не знаю, что с тобой делать…

    — Виктория Килеева · книга
14. «

    Что-то подобное со мной уже было, когда я выбирала платье для выпускного бала по цвету к только что купленным туфлям, а туфли до этого — по цвету к новым трусам! Женщина — гений последовательности…

    Что-то подобное со мной уже было, когда я выбирала платье для выпускного бала по цвету к только что купленным туфлям, а туфли до этого — по цвету к новым трусам! Женщина — гений последовательности…

    — Виктория Килеева · книга
15. «

    С ненавистью смириться можно, но с насмешкой — никогда.

    С ненавистью смириться можно, но с насмешкой — никогда.

    — Виктория Килеева · книга
16. «

    — Знаешь, иногда соблазну лучше поддаться хотя бы потому, что он может уже не повториться. — Это Уайльд сказал? — Это я тебе говорю.

    — Знаешь, иногда соблазну лучше поддаться хотя бы потому, что он может уже не повториться. — Это Уайльд сказал? — Это я тебе говорю.

    — Виктория Килеева · книга
17. «

    Только слабак может брать женщину силой.

    Только слабак может брать женщину силой.

    — Виктория Килеева · книга
18. «

    Мне от тебя не надо роз, Сыграй мне на гитаре Doors И отпусти меня в любовь, Которой не было с тобой.

    Мне от тебя не надо роз, Сыграй мне на гитаре Doors И отпусти меня в любовь, Которой не было с тобой.

    — Виктория Килеева · книга
19. «

    Алиса страдает очень редким извращением — настолько редким, что ему даже не придумали название.

    Алиса страдает очень редким извращением — настолько редким, что ему даже не придумали название.

    — Виктория Килеева · книга
20. «

    Когда мы въехали в Париж, Марк свернул на Ледрю-Роллен. — А может, через «золотого мальчика» поедем? Так быстрее будет. — Какого ещё «мальчика»? — не понял он. — Ну я так колонну на площади Бастилии называю. Марк чуть руль не выпустил от смеха. — Чего непонятного? — рассердилась я. — Там же наверху мальчик золотой стоит! — Во-первых, мальчик — бронзовый, а во-вторых, это Люцифер с факелом.

    Когда мы въехали в Париж, Марк свернул на Ледрю-Роллен. — А может, через «золотого мальчика» поедем? Так быстрее будет. — Какого ещё «мальчика»? — не понял он. — Ну я так колонну на площади Бастилии называю. Марк чуть руль не выпустил от смеха. — Чего непонятного? — рассердилась я. — Там же наверху мальчик золотой стоит! — Во-первых, мальчик — бронзовый, а во-вторых, это Люцифер с факелом.

    — Виктория Килеева · книга