20 цитат персонажа «Клэр Фрейзер» без воды

Собрали 20 цитат персонажа «Клэр Фрейзер» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я бросила вызов истории, так пусть она попробует меня остановить.

   Я бросила вызов истории, так пусть она попробует меня остановить.
2. «

   Сколько раз я доверяла свои надежды, свои страхи и тайные желания созданию, которое не вижу, не слышу и даже не чувствую. И столько же раз мои молитвы получали ответ.

   Сколько раз я доверяла свои надежды, свои страхи и тайные желания созданию, которое не вижу, не слышу и даже не чувствую. И столько же раз мои молитвы получали ответ.
3. «

   Время обладает многими качествами, которые приписывают Богу. Оно существовало всегда и не имеет конца. Оно обладает абсолютной властью, поскольку перед ним не выстоит ничто, ни горы, ни армии. Если пройдет достаточно времени, решится все — боль ослабнет, трудности исчезнут, потери забудутся. Прах к праху, пыль к пыли, помни, человек, ты есть прах и в прах ты возвратишься. И если время сродни Господу, то память, наверное, дьявол...

   Время обладает многими качествами, которые приписывают Богу. Оно существовало всегда и не имеет конца. Оно обладает абсолютной властью, поскольку перед ним не выстоит ничто, ни горы, ни армии. Если пройдет достаточно времени, решится все — боль ослабнет, трудности исчезнут, потери забудутся. Прах к праху, пыль к пыли, помни, человек, ты есть прах и в прах ты возвратишься. И если время сродни Господу, то память, наверное, дьявол...
4. «

   Иногда правда причиняет боль.

   Иногда правда причиняет боль.
5. «

   — Где ты так научился целоваться? — Я сказал, что я девственник, а не монах.

   — Где ты так научился целоваться? — Я сказал, что я девственник, а не монах.

   — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · сериал
6. «

   Странно, что хранит наша память: отдельные образы и чувства, которые мы помним многие годы. Как тот день, когда я поняла, что у меня никогда не было своей вазы. Я просто нигде не жила настолько долго, чтобы обзавестись этой незатейливой вещицей. Но в тот момент мне больше всего на свете захотелось иметь собственную вазу. Это произошло во вторник днем, через полгода после окончания войны. Со временем, день, когда окончилась самая кровавая и ужасная война в истории человечества, стал стираться из моей памяти. Но я до мельчайших деталей помню день, когда я увидела в витрине жизнь, которой у меня не было.

   Странно, что хранит наша память: отдельные образы и чувства, которые мы помним многие годы. Как тот день, когда я поняла, что у меня никогда не было своей вазы. Я просто нигде не жила настолько долго, чтобы обзавестись этой незатейливой вещицей. Но в тот момент мне больше всего на свете захотелось иметь собственную вазу. Это произошло во вторник днем, через полгода после окончания войны. Со временем, день, когда окончилась самая кровавая и ужасная война в истории человечества, стал стираться из моей памяти. Но я до мельчайших деталей помню день, когда я увидела в витрине жизнь, которой у меня не было.
7. «

   Является ли Бог пауком, который принимает нас в смерти и воскрешении? Или же он просто плетет паутину и смотрит как шелк дрожит во всех уголках космоса, пробуждая настоящих пауков, тех, что кроются в глубинах нашей собственной природы?

   Является ли Бог пауком, который принимает нас в смерти и воскрешении? Или же он просто плетет паутину и смотрит как шелк дрожит во всех уголках космоса, пробуждая настоящих пауков, тех, что кроются в глубинах нашей собственной природы?
8. «

   Измена, предательство, бесчестье... конечно, всему можно найти оправдание. Я придумывала свои, когда нас с Фрэнком разлучила неведомая сила. Но где бы мы ни были — выбор остается за нами, он может быть безрассудным, а может спасти чью-то жизнь. Остается надеется лишь на то, что наши поступки приносят больше добра, чем вреда.

   Измена, предательство, бесчестье... конечно, всему можно найти оправдание. Я придумывала свои, когда нас с Фрэнком разлучила неведомая сила. Но где бы мы ни были — выбор остается за нами, он может быть безрассудным, а может спасти чью-то жизнь. Остается надеется лишь на то, что наши поступки приносят больше добра, чем вреда.
9. «

   В детстве я любила наблюдать за паутиной и ждать, пока в нее попадет насекомое. Хотя отчасти меня шокировала предсмертная агония, меня также завораживало как малейшие вибрации паутины сообщают пауку, что добыча рядом. Интересно, время — это вечная паутина Бога, шелковые нити судьбы, что тянутся в вечность и самое слабое прикосновение приводит к вибрациям, которые будут ощущаться спустя тысячелетия?

   В детстве я любила наблюдать за паутиной и ждать, пока в нее попадет насекомое. Хотя отчасти меня шокировала предсмертная агония, меня также завораживало как малейшие вибрации паутины сообщают пауку, что добыча рядом. Интересно, время — это вечная паутина Бога, шелковые нити судьбы, что тянутся в вечность и самое слабое прикосновение приводит к вибрациям, которые будут ощущаться спустя тысячелетия?
10. «

    Бог бесконечный, Бог милостивый, Бог вечный. Однажды и я предстану перед Ним. И тогда мне откроются все тайны Его вселенной, я получу все ответы на вопросы, и хоть вопросов у меня немало, я не буду спрашивать о природе времени. Я сама это пережила.

    Бог бесконечный, Бог милостивый, Бог вечный. Однажды и я предстану перед Ним. И тогда мне откроются все тайны Его вселенной, я получу все ответы на вопросы, и хоть вопросов у меня немало, я не буду спрашивать о природе времени. Я сама это пережила.
11. «

    Я хотела остаться в своей комнате. Я не желала видеть эту смесь трепета и подозрения, которая преследует меня повсюду. Это все только усиливает безнадежность той ситуации, в которой я оказалась. Они думают, я совершила чудо и вместо того, чтобы отпустить меня, мой поступок еще сильнее привязал меня к этому месту. И даже если бы я выбралась и вернулась к камням, нет гарантии, что они бы сработали, чем бы они ни были. А если бы они сработали, нет гарантии, что я попаду домой. Я могу запросто попасть в новую временную ловушку — в Средние века или во времена Римской империи. Я покинула свою комнату только в надежде на забвение, даруемое вином Колума...

    Я хотела остаться в своей комнате. Я не желала видеть эту смесь трепета и подозрения, которая преследует меня повсюду. Это все только усиливает безнадежность той ситуации, в которой я оказалась. Они думают, я совершила чудо и вместо того, чтобы отпустить меня, мой поступок еще сильнее привязал меня к этому месту. И даже если бы я выбралась и вернулась к камням, нет гарантии, что они бы сработали, чем бы они ни были. А если бы они сработали, нет гарантии, что я попаду домой. Я могу запросто попасть в новую временную ловушку — в Средние века или во времена Римской империи. Я покинула свою комнату только в надежде на забвение, даруемое вином Колума...
12. «

    Замок Леок... Я была здесь с Фрэнком два дня назад. Или это было в будущем? Как я могу помнить то, что еще не случилось?

    Замок Леок... Я была здесь с Фрэнком два дня назад. Или это было в будущем? Как я могу помнить то, что еще не случилось?
13. «

    — Никогда не слышал, чтобы женщина так ругалась. — Твоему мужу нужно поколотить тебя, женщина. — Святой Павел сказал: «Женщине следует...» — Тогда сами его перевязывайте! Или доверьте это Святому Павлу!

    — Никогда не слышал, чтобы женщина так ругалась. — Твоему мужу нужно поколотить тебя, женщина. — Святой Павел сказал: «Женщине следует...» — Тогда сами его перевязывайте! Или доверьте это Святому Павлу!

    — Дугал Маккензи · сериал
14. «

    — Надеюсь, удача вам не изменит, мистер Боннет. — Я заметил, что удачу человек создаёт сам.

    — Надеюсь, удача вам не изменит, мистер Боннет. — Я заметил, что удачу человек создаёт сам.

    — Клэр Фрейзер · сериал
15. «

    — Вы утверждаете, что подданный короля решил изнасиловать заблудившуюся в лесу путешественницу, безо всякой причины? — А наличие причины извиняет изнасилование?

    — Вы утверждаете, что подданный короля решил изнасиловать заблудившуюся в лесу путешественницу, безо всякой причины? — А наличие причины извиняет изнасилование?

    — Клэр Фрейзер · сериал
16. «

    — У поступков есть последствия, Сассенах. — Да, я знаю. Но любой может ошибиться.

    — У поступков есть последствия, Сассенах. — Да, я знаю. Но любой может ошибиться.

    — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · сериал
17. «

    Я знала кое-что об этой эпохе, о политике, людях, нарядах, даже некоторые обычаи и выражения были мне знакомы. Но я знала все это по книгам, картинам, музейным экспонатам. Я будто оказалась на другой планете, которую прежде видела лишь в телескоп.

    Я знала кое-что об этой эпохе, о политике, людях, нарядах, даже некоторые обычаи и выражения были мне знакомы. Но я знала все это по книгам, картинам, музейным экспонатам. Я будто оказалась на другой планете, которую прежде видела лишь в телескоп.
18. «

    Когда сталкиваешься с невероятным, всегда пытаешься найти здравый смысл и логику.

    Когда сталкиваешься с невероятным, всегда пытаешься найти здравый смысл и логику.
19. «

    — Почему ты ничего не сказал об этом? — Что бы это дало? — Джейми подскочил ко мне, глядя в мое лицо. — Ты просто бросила бы меня, вот и все. И это после того как ты снова вернулась, снова была со мной! Пусть ложь, обман, пусть так — я быне остановился ни перед чем ради твоей любви! Он притянул меня, прижал к своей груди и долго целовал в губы. Пытаясь противостоять его поцелуям, я силой мысли воскресила образ Лаогеры, ее перекошенное от гнева лицо и ее визг, выражавший собственнические претензии в отношении Джейми. [...] Еще немного — и мы бы уничтожили друг друга. Ненависть душила нас, и мы хотели отомстить друг друга за годы разлуки, за его распоряжение, за мой уход, за Лаогеру, за Фрэнка... — Гадина! Потаскуха! — Джейми щедро награждал меня прозвищами. — Проклятье! Посылаю тебе проклятье! У него были длинные волосы, в которые я не преминула вцепиться. Дальше мы упали на пол, ругаясь, крича, шипя и избивая друг друга. Наверное, нас звали, но безрезультатно — мы ничего не видели и не слышали, ослепленные ненавистью, и любовью. Внезапно на нас вылился ушат холодной воды, напугав и остудив наш пыл. Джейми побледнел. — Хватит! — Дженни была зла не меньше нашего. — Сколько можно, Джейми? Что ты себе вообразил? Поднял на уши весь дом, все разгромил и продолжаешь в том же духе! Джейми стоял на коленях, упираясь руками в пол и тряся головой, разбрасывая брызги. — Как же так? Где твой стыд? Неужели не совестно? — удивленно посмотрела на него Дженни. Джейми пытался понять, кто и зачем стоит перед ним. Казалось, он не узнавал сестры. Капли стекали по его груди. — Мой стыд при мне, — тихо произнес он. На него было больно смотреть — он казался обезумевшим. Закрыв глаза, он вздрогнул и ушел, не говоря ни слова.

    — Почему ты ничего не сказал об этом? — Что бы это дало? — Джейми подскочил ко мне, глядя в мое лицо. — Ты просто бросила бы меня, вот и все. И это после того как ты снова вернулась, снова была со мной! Пусть ложь, обман, пусть так — я быне остановился ни перед чем ради твоей любви! Он притянул меня, прижал к своей груди и долго целовал в губы. Пытаясь противостоять его поцелуям, я силой мысли воскресила образ Лаогеры, ее перекошенное от гнева лицо и ее визг, выражавший собственнические претензии в отношении Джейми. [...] Еще немного — и мы бы уничтожили друг друга. Ненависть душила нас, и мы хотели отомстить друг друга за годы разлуки, за его распоряжение, за мой уход, за Лаогеру, за Фрэнка... — Гадина! Потаскуха! — Джейми щедро награждал меня прозвищами. — Проклятье! Посылаю тебе проклятье! У него были длинные волосы, в которые я не преминула вцепиться. Дальше мы упали на пол, ругаясь, крича, шипя и избивая друг друга. Наверное, нас звали, но безрезультатно — мы ничего не видели и не слышали, ослепленные ненавистью, и любовью. Внезапно на нас вылился ушат холодной воды, напугав и остудив наш пыл. Джейми побледнел. — Хватит! — Дженни была зла не меньше нашего. — Сколько можно, Джейми? Что ты себе вообразил? Поднял на уши весь дом, все разгромил и продолжаешь в том же духе! Джейми стоял на коленях, упираясь руками в пол и тряся головой, разбрасывая брызги. — Как же так? Где твой стыд? Неужели не совестно? — удивленно посмотрела на него Дженни. Джейми пытался понять, кто и зачем стоит перед ним. Казалось, он не узнавал сестры. Капли стекали по его груди. — Мой стыд при мне, — тихо произнес он. На него было больно смотреть — он казался обезумевшим. Закрыв глаза, он вздрогнул и ушел, не говоря ни слова.

    — Диана Гэблдон · книга
20. «

    — Кто такой доктор Роулингз? — Это я. — Бичем, Рэндалл, Фрейзер, теперь Роулингз? Ты снова вышла замуж, но забыла мне об этом сказать?

    — Кто такой доктор Роулингз? — Это я. — Бичем, Рэндалл, Фрейзер, теперь Роулингз? Ты снова вышла замуж, но забыла мне об этом сказать?

    — Клэр Фрейзер · сериал