«Кнехт» в 19 цитат

Собрали 19 цитат персонажа «Кнехт» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Веселость — это не баловство, не самодовольство, она есть высшее знание и любовь, она есть принятие всей действительности, бодрствование на краю всех пропастей и бездн, она есть доблесть святых и рыцарей.

   Веселость — это не баловство, не самодовольство, она есть высшее знание и любовь, она есть принятие всей действительности, бодрствование на краю всех пропастей и бездн, она есть доблесть святых и рыцарей.

   — Герман Гессе · книга
2. «

   И дивный возникает лад. И хором Вселенная творцу хвалу поет. И тянется опять к творцу творенье, И к божеству и духу рвется снова, И этой тяги полон мир всегда, Она и боль, и радость и беда, И счастье, и борьба, и вдохновенье, И храм, и песня, и любовь, и слово.

   И дивный возникает лад. И хором Вселенная творцу хвалу поет. И тянется опять к творцу творенье, И к божеству и духу рвется снова, И этой тяги полон мир всегда, Она и боль, и радость и беда, И счастье, и борьба, и вдохновенье, И храм, и песня, и любовь, и слово.

   — Герман Гессе · книга
3. «

   Участвовать в духовном творчестве не так-то просто, как многие думают. Все, что мы называем творением духа, или произведением искусства, или объективизацией духа, — это итоги, конечные результаты борьбы за очищение и освобождение, это выходы из времени в безвременность, и в большинстве случаев произведения эти совершеннее всего тогда, когда по ним нельзя догадаться о предшествующих им бореньях и муках.

   Участвовать в духовном творчестве не так-то просто, как многие думают. Все, что мы называем творением духа, или произведением искусства, или объективизацией духа, — это итоги, конечные результаты борьбы за очищение и освобождение, это выходы из времени в безвременность, и в большинстве случаев произведения эти совершеннее всего тогда, когда по ним нельзя догадаться о предшествующих им бореньях и муках.

   — Герман Гессе · книга
4. «

   В тревожные времена общей беды человек тем полезнее, чем больше направлены его жизнь и мысли на вещи духовные и сверхличные, чем больше он научился почитать, наблюдать, преклоняться, служить и жертвовать.

   В тревожные времена общей беды человек тем полезнее, чем больше направлены его жизнь и мысли на вещи духовные и сверхличные, чем больше он научился почитать, наблюдать, преклоняться, служить и жертвовать.

   — Герман Гессе · книга
5. «

   Берем перо, легко наносим знаки На белый лист уверенной рукой. Они ясны. Понять их может всякий, Есть сумма правил для игры такой.

   Берем перо, легко наносим знаки На белый лист уверенной рукой. Они ясны. Понять их может всякий, Есть сумма правил для игры такой.

   — Герман Гессе · книга
6. «

   Они так прекрасны, что, пожалуй, нельзя глядеть на них без страха за них.

   Они так прекрасны, что, пожалуй, нельзя глядеть на них без страха за них.

   — Герман Гессе · книга
7. «

   Первые же аккорды аккомпанемента ошеломили меня радостью узнавания: они словно пахли, как пахла срезанная ветка бузины, так же горьковато-сладко, так же сильно и всепобеждающе, как сама ранняя весна! С этого часа для меня ассоциация — ранняя весна — запах бузины — шубертовский аккорд — есть величина постоянная и абсолютно достоверная, стоит мне взять тот аккорд, как я немедленно и непременно слышу терпкий запах бузины, а то и другое означает для меня раннюю весну. В этой частной ассоциации я обрёл нечто прекрасное, чего я ни за какие блага не отдам.

   Первые же аккорды аккомпанемента ошеломили меня радостью узнавания: они словно пахли, как пахла срезанная ветка бузины, так же горьковато-сладко, так же сильно и всепобеждающе, как сама ранняя весна! С этого часа для меня ассоциация — ранняя весна — запах бузины — шубертовский аккорд — есть величина постоянная и абсолютно достоверная, стоит мне взять тот аккорд, как я немедленно и непременно слышу терпкий запах бузины, а то и другое означает для меня раннюю весну. В этой частной ассоциации я обрёл нечто прекрасное, чего я ни за какие блага не отдам.

   — Герман Гессе · книга
8. «

   Чем образованнее человек, чем больше привилегии, которыми он пользовался, тем больше должны быть в час беды жертвы, которые он приносит.

   Чем образованнее человек, чем больше привилегии, которыми он пользовался, тем больше должны быть в час беды жертвы, которые он приносит.

   — Герман Гессе · книга
9. «

   Они предпочитали платить не доверием и любовью, а деньгами и товаром. Они обманывали друг друга и ждали, что их самих тоже обманут.

   Они предпочитали платить не доверием и любовью, а деньгами и товаром. Они обманывали друг друга и ждали, что их самих тоже обманут.

   — Герман Гессе · книга
10. «

    Бывали на свете правители, которые всю жизнь мучились несчастной любовью к своим подданным. Сердце влекло их к крестьянам, пастухам, ремесленникам, школьным учителям и школьникам, но им редко доводилось видеть кого-либо из них, они всегда были окружены своими министрами и офицерами, те стояли между ними и народом, словно стена.

    Бывали на свете правители, которые всю жизнь мучились несчастной любовью к своим подданным. Сердце влекло их к крестьянам, пастухам, ремесленникам, школьным учителям и школьникам, но им редко доводилось видеть кого-либо из них, они всегда были окружены своими министрами и офицерами, те стояли между ними и народом, словно стена.

    — Герман Гессе · книга
11. «

    Мы любим науки, каждый свою и все же знаем, что преданность науке не всегда защищает человека от своекорыстия, порочности и суетности, история полна примеров тому, фигура доктора Фауста есть литературная популяризация этой опасности.

    Мы любим науки, каждый свою и все же знаем, что преданность науке не всегда защищает человека от своекорыстия, порочности и суетности, история полна примеров тому, фигура доктора Фауста есть литературная популяризация этой опасности.

    — Герман Гессе · книга
12. «

    Они не отделяли себя от природы, и не пытались силой проникнуть в ее тайны, никогда не противопоставляли себя ей и с ней не враждуя, они всегда ощущали себя частью ее и были благоговейно преданы ей. Относиться к силам природы иначе, чем со страхом, они не могли. Страх царил над жизнью людей.

    Они не отделяли себя от природы, и не пытались силой проникнуть в ее тайны, никогда не противопоставляли себя ей и с ней не враждуя, они всегда ощущали себя частью ее и были благоговейно преданы ей. Относиться к силам природы иначе, чем со страхом, они не могли. Страх царил над жизнью людей.

    — Герман Гессе · книга
13. «

    Тоска, борьба, ирония, сомненья - Проклятье нынешнего поколенья.

    Тоска, борьба, ирония, сомненья - Проклятье нынешнего поколенья.

    — Герман Гессе · книга
14. «

    Для молодежи великие люди — это изюминка в пироге мировой истории, да они и неотъемлемы, конечно, от самой ее сущности, и совсем не так просто и не так легко, как кажется, отличить действительно великих от мнимовеликих.

    Для молодежи великие люди — это изюминка в пироге мировой истории, да они и неотъемлемы, конечно, от самой ее сущности, и совсем не так просто и не так легко, как кажется, отличить действительно великих от мнимовеликих.

    — Герман Гессе · книга
15. «

    Если в борьбе интересов и лозунгов истине грозит опасность оказаться такой же обесцененной, изуродованной и изнасилованной, как отдельно взятый человек, как язык, как искусства, как все органическое или искусно взращенное, тогда единственный наш долг — воспротивиться и спасти истину, то есть наше стремление к истине как высший наш догмат.

    Если в борьбе интересов и лозунгов истине грозит опасность оказаться такой же обесцененной, изуродованной и изнасилованной, как отдельно взятый человек, как язык, как искусства, как все органическое или искусно взращенное, тогда единственный наш долг — воспротивиться и спасти истину, то есть наше стремление к истине как высший наш догмат.

    — Герман Гессе · книга
16. «

    Люди духа вызывают у других какое-то удивительное возмущение и отвращение, уважая их издали и при нужде обращаясь к ним, их не только не любят и не смотрят на них как на равных, но всячески избегают их.

    Люди духа вызывают у других какое-то удивительное возмущение и отвращение, уважая их издали и при нужде обращаясь к ним, их не только не любят и не смотрят на них как на равных, но всячески избегают их.

    — Герман Гессе · книга
17. «

    Человек, корпящий на чердаке над сложной ученой работой, вдруг замечает, что дом внизу загорелся. Он не станет размышлять, его ли это обязанность и не лучше ли привести в порядок свои таблицы, а бросится вниз и попытается спасти дом.

    Человек, корпящий на чердаке над сложной ученой работой, вдруг замечает, что дом внизу загорелся. Он не станет размышлять, его ли это обязанность и не лучше ли привести в порядок свои таблицы, а бросится вниз и попытается спасти дом.

    — Герман Гессе · книга
18. «

    У нас есть медитация, усложненная йога, с помощью которой мы стараемся одолеть зверя в себе и таящегося в каждой науке дьявола.

    У нас есть медитация, усложненная йога, с помощью которой мы стараемся одолеть зверя в себе и таящегося в каждой науке дьявола.

    — Герман Гессе · книга
19. «

    Трус тот, кто увиливает от трудов, жертв и опасностей, выпавших на долю его народа.

    Трус тот, кто увиливает от трудов, жертв и опасностей, выпавших на долю его народа.

    — Герман Гессе · книга