13 цитат персонажа «Лада» — большая подборка

Ниже 13 цитат персонажа «Лада»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Ложь – это относительное понятие. — Это все философские глупости. Ложь и есть ложь, без всяких умных объяснений.

   — Ложь – это относительное понятие. — Это все философские глупости. Ложь и есть ложь, без всяких умных объяснений.

   — Владислава Макарчук · книга
2. «

   — Ты никогда мне не рассказывала о своей прошлой жизни. — Прошлое на то оно и прошлое, чтобы на него не оглядываться.

   — Ты никогда мне не рассказывала о своей прошлой жизни. — Прошлое на то оно и прошлое, чтобы на него не оглядываться.

   — Владислава Макарчук · книга
3. «

   — Могут ли быть у души предки? — задала я философский вопрос. — Конечно, — невозмутимо ответил Чиу. — Народная змеиная мудрость гласит: если что-то есть в этом бренном мире, значит, обязательно есть и яйцо, из которого оно вылупилось. А раз есть яйцо — есть и тот, кто его снес.

   — Могут ли быть у души предки? — задала я философский вопрос. — Конечно, — невозмутимо ответил Чиу. — Народная змеиная мудрость гласит: если что-то есть в этом бренном мире, значит, обязательно есть и яйцо, из которого оно вылупилось. А раз есть яйцо — есть и тот, кто его снес.

   — Марина Комарова · книга
4. «

   – Кровь не всегда льётся наружу, порой она омывает наши внутренности. А это намного страшнее. – Какая разница, куда льётся кровь, если боль одна и та же? – Люди выкроены из боли. Наши души слеплены из страданий. Как тряпичные куклы, каждый лоскуток ткани сшит с другим, и нитки торчат как шрамы. Тебе страшно и больно, я знаю. Но ещё я знаю, что эта боль сделает тебя тем человеком, которым тебе суждено когда-нибудь стать.

   – Кровь не всегда льётся наружу, порой она омывает наши внутренности. А это намного страшнее. – Какая разница, куда льётся кровь, если боль одна и та же? – Люди выкроены из боли. Наши души слеплены из страданий. Как тряпичные куклы, каждый лоскуток ткани сшит с другим, и нитки торчат как шрамы. Тебе страшно и больно, я знаю. Но ещё я знаю, что эта боль сделает тебя тем человеком, которым тебе суждено когда-нибудь стать.

   — Лада · игра
5. «

   Может, то, что мы считаем проклятьем, на самом деле оказывается божьим даром?

   Может, то, что мы считаем проклятьем, на самом деле оказывается божьим даром?

   — Владислава Макарчук · книга
6. «

   — Я не люблю загадки. — А я не люблю снег, но мне всегда приходится жить среди него. — Это твои проблемы. Я не нахожусь там, где мне не нравится. — Ошибаешься.

   — Я не люблю загадки. — А я не люблю снег, но мне всегда приходится жить среди него. — Это твои проблемы. Я не нахожусь там, где мне не нравится. — Ошибаешься.

   — Владислава Макарчук · книга
7. «

   Инга, когда женщину унижают дома, самое страшное даже не то, что ее муж ведет себя как монстр, а то, что женщина не может получить никакой поддержки от других людей. Ей говорят: «Ты сама виновата, ты такого себе выбрала». Её убеждают: «Потерпи, все терпят, и ты тоже промолчи». Ей говорят: «Изменись сама, и тогда изменится он». Лада, мы не волшебницы, мы просто люди. Мы можем хорошо воспитать собственных детей. Но не можем переделать наших мужей – они не наши дети, а чужие, уже выросшие и сформировавшиеся дети, ставшие взрослыми, которых нам не переделать. Они – продукт среды и воспитания своих родителей. Мы не можем поменять их личную историю одним щелчком пальцев. Человек может измениться и стать мудрее и добрее. Безусловно, может! Но только если он сам захочет этого. А если мы хотим за него, ничего не поменяется. Он останется собой, потому что ему это удобно.

   Инга, когда женщину унижают дома, самое страшное даже не то, что ее муж ведет себя как монстр, а то, что женщина не может получить никакой поддержки от других людей. Ей говорят: «Ты сама виновата, ты такого себе выбрала». Её убеждают: «Потерпи, все терпят, и ты тоже промолчи». Ей говорят: «Изменись сама, и тогда изменится он». Лада, мы не волшебницы, мы просто люди. Мы можем хорошо воспитать собственных детей. Но не можем переделать наших мужей – они не наши дети, а чужие, уже выросшие и сформировавшиеся дети, ставшие взрослыми, которых нам не переделать. Они – продукт среды и воспитания своих родителей. Мы не можем поменять их личную историю одним щелчком пальцев. Человек может измениться и стать мудрее и добрее. Безусловно, может! Но только если он сам захочет этого. А если мы хотим за него, ничего не поменяется. Он останется собой, потому что ему это удобно.
8. «

   — И в каких же мелочах, Лада, вы находите свое счастье? — В чашке кофе утром – приготовленного именно так, как я люблю: с корицей и со щепоткой перца. В хорошей музыке за завтраком. В улыбке моей дочери и в том, как мне облизывает руки наш щенок. В красивом синем платье, которое я надеваю, чтобы пойти на работу. В том, что погода сегодня теплая и солнечная, море шумит очень ласково, и вечером я обязательно схожу искупаться. В том, что я беседую сейчас с тобой, и мне это интересно. — Но всё это не про счастье и не про смысл. — А про что же тогда? — Ну, это просто маленькие удовольствия. Потребительство. Эти мелкие детальки не могут быть смыслом. — Каждая из них, возможно, на звание смысла и не потянет, но все вместе они складываются во вполне дееспособный механизм. Счастье, как мозаика, складывается из отдельных фрагментов, день за днем. У меня так. — А у меня нет…

   — И в каких же мелочах, Лада, вы находите свое счастье? — В чашке кофе утром – приготовленного именно так, как я люблю: с корицей и со щепоткой перца. В хорошей музыке за завтраком. В улыбке моей дочери и в том, как мне облизывает руки наш щенок. В красивом синем платье, которое я надеваю, чтобы пойти на работу. В том, что погода сегодня теплая и солнечная, море шумит очень ласково, и вечером я обязательно схожу искупаться. В том, что я беседую сейчас с тобой, и мне это интересно. — Но всё это не про счастье и не про смысл. — А про что же тогда? — Ну, это просто маленькие удовольствия. Потребительство. Эти мелкие детальки не могут быть смыслом. — Каждая из них, возможно, на звание смысла и не потянет, но все вместе они складываются во вполне дееспособный механизм. Счастье, как мозаика, складывается из отдельных фрагментов, день за днем. У меня так. — А у меня нет…

   — Лада
9. «

   После встречи с ним я была уже кем угодно: стервой, шлюхой, высококлассным калькулятором, бесстрастно рассчитывающим чужие чувства и желания, холодным соблазнителем, талантливым писателем, кем угодно, но только не женщиной.

   После встречи с ним я была уже кем угодно: стервой, шлюхой, высококлассным калькулятором, бесстрастно рассчитывающим чужие чувства и желания, холодным соблазнителем, талантливым писателем, кем угодно, но только не женщиной.

   — Лада Лузина · книга
10. «

    — Это сеть? — Это узлы сети. А между узлами – множество других сновидцев и простых людей. Все, кому не безразлично будущее следующих поколений детей. — Красиво… А почему именно такой цветок? — Это же алатырь, Лада. Неужели ты не знаешь? Один из самых известных славянских солнечных символов. Оберег, известный со времен Древней Руси. — Вот как… И вы здесь все, его лучи… — А между нами – еще миллионы лучей. И все судьбы связаны, стянуты узлами, понимаешь? Если хочешь изменить судьбу всего мира – начинай меняться сам. Стань узлом, на котором всё держится.

    — Это сеть? — Это узлы сети. А между узлами – множество других сновидцев и простых людей. Все, кому не безразлично будущее следующих поколений детей. — Красиво… А почему именно такой цветок? — Это же алатырь, Лада. Неужели ты не знаешь? Один из самых известных славянских солнечных символов. Оберег, известный со времен Древней Руси. — Вот как… И вы здесь все, его лучи… — А между нами – еще миллионы лучей. И все судьбы связаны, стянуты узлами, понимаешь? Если хочешь изменить судьбу всего мира – начинай меняться сам. Стань узлом, на котором всё держится.

    — Петр
11. «

    — Ошибка – это доказательство, того, что ты пытался. — Нет, Лада, это лишь оправдание для неудачников. Те, кто пытаются, не могут всегда ошибаться.

    — Ошибка – это доказательство, того, что ты пытался. — Нет, Лада, это лишь оправдание для неудачников. Те, кто пытаются, не могут всегда ошибаться.

    — Владислава Макарчук · книга
12. «

    — Нет смысла оставаться здесь, мы только подвергнем опасности всех. На земле еще много мест, где можно укрыться. — Но дом у меня один! И я не отдам его даже не попытавшись защитить.

    — Нет смысла оставаться здесь, мы только подвергнем опасности всех. На земле еще много мест, где можно укрыться. — Но дом у меня один! И я не отдам его даже не попытавшись защитить.

    — Владислава Макарчук · книга
13. «

    — Не думаете, что он мог устроить смерть сестры, чтобы захватить трон? А что? Корона на лысине будет шикарно смотреться, блики от камней будут красивые. Граф опустошил бокал и одернул меня: — Лада, не забывайся. Он мой друг. А ты держи язык за зубами в его присутствии. — Хорошо, в следующий раз сломаю перед ним швабру со словами: «Король умер, да здравствует король!»

    — Не думаете, что он мог устроить смерть сестры, чтобы захватить трон? А что? Корона на лысине будет шикарно смотреться, блики от камней будут красивые. Граф опустошил бокал и одернул меня: — Лада, не забывайся. Он мой друг. А ты держи язык за зубами в его присутствии. — Хорошо, в следующий раз сломаю перед ним швабру со словами: «Король умер, да здравствует король!»

    — Валерия Тишакова · книга