24 цитаты персонажа «Лаит»

Ниже 24 цитаты персонажа «Лаит»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Дикая кошка, ломающая себя и пытающаяся в одно мгновенье стать домашней. Зачем?!

   Дикая кошка, ломающая себя и пытающаяся в одно мгновенье стать домашней. Зачем?!

   — Дмитрий Рус · книга
2. «

   Быть самым умным среди дураков, конечно, лестно, но бесперспективно. А вот попасть в хорошую команду и перенять накопленный матерыми волкодавами опыт очень даже полезно.

   Быть самым умным среди дураков, конечно, лестно, но бесперспективно. А вот попасть в хорошую команду и перенять накопленный матерыми волкодавами опыт очень даже полезно.

   — Дмитрий Рус · книга
3. «

   Медитация закончилась неожиданно — душа потребовала первой в жизни молитвы, обращенной не столько к Неназываемому, сколько к Силам Равновесия. Я не просил безоговорочной победы, не искал смерти врагам. Справедливости — большего мне не надо! Где это видано — за месяц сколотить коалицию, способную противостоять государственной мощи самой демократической в мире страны и армии вторжения с пятью нулями на конце? Время, чесоточного серафима вам в глотку, дайте мне время! Дальше уж я сам! С моими силами хорошо партизанить, а нас же настойчиво сажают в оборону для решающей битвы стенка на стенку. Именно тот формат сражения, где решает численность, а не маневр!

   Медитация закончилась неожиданно — душа потребовала первой в жизни молитвы, обращенной не столько к Неназываемому, сколько к Силам Равновесия. Я не просил безоговорочной победы, не искал смерти врагам. Справедливости — большего мне не надо! Где это видано — за месяц сколотить коалицию, способную противостоять государственной мощи самой демократической в мире страны и армии вторжения с пятью нулями на конце? Время, чесоточного серафима вам в глотку, дайте мне время! Дальше уж я сам! С моими силами хорошо партизанить, а нас же настойчиво сажают в оборону для решающей битвы стенка на стенку. Именно тот формат сражения, где решает численность, а не маневр!

   — Дмитрий Рус · книга
4. «

   — Генерал, вы рассматривали возможность посвящения личного состава клана Макарии и предлагали заплатить за это два миллиона. Верно? Череп поднял одну бровь, молчаливо вопрошая об источнике информации, не подтверждая, но и не опровергая сказанное. Стас лишь поощрительно улыбнулся, продолжай, мол. Я набрал в грудь побольше воздуха и с интонациями киношного героя «Гена Бобков — это я!» выдохнул: — Темный Жрец, которому вы писали — это я!

   — Генерал, вы рассматривали возможность посвящения личного состава клана Макарии и предлагали заплатить за это два миллиона. Верно? Череп поднял одну бровь, молчаливо вопрошая об источнике информации, не подтверждая, но и не опровергая сказанное. Стас лишь поощрительно улыбнулся, продолжай, мол. Я набрал в грудь побольше воздуха и с интонациями киношного героя «Гена Бобков — это я!» выдохнул: — Темный Жрец, которому вы писали — это я!

   — Дмитрий Рус · книга
5. «

   Загадочная фигура, частенько всплывающая при всяких мутных событиях — и вроде бы как всегда ни при чем, но почему-то по жизни рядом…

   Загадочная фигура, частенько всплывающая при всяких мутных событиях — и вроде бы как всегда ни при чем, но почему-то по жизни рядом…

   — Дмитрий Рус · книга
6. «

   Ответственность… Вот что нас пугает. Всю жизнь мы бежим от нее, отмазываясь в школе и институте от поручений и символических должностей, боясь заводить семью и начинать дело, не решаясь заговорить с девушкой или сломать орлиный нос зарвавшемуся гостю… Может, хватит уже бегать?

   Ответственность… Вот что нас пугает. Всю жизнь мы бежим от нее, отмазываясь в школе и институте от поручений и символических должностей, боясь заводить семью и начинать дело, не решаясь заговорить с девушкой или сломать орлиный нос зарвавшемуся гостю… Может, хватит уже бегать?

   — Дмитрий Рус · книга
7. «

   Наказание бессмысленно, если воспитуемый не поймёт, за что ему прилетело...

   Наказание бессмысленно, если воспитуемый не поймёт, за что ему прилетело...

   — Дмитрий Рус · книга
8. «

   Дуршлаг спичкой не заткнуть.

   Дуршлаг спичкой не заткнуть.

   — Дмитрий Рус · книга
9. «

   Стас прищурился фирменным взглядом следователя: — Вот смотрю я на тебя и думаю: откуда такая хитрожопость? Дай тебе сортир и палку-копалку, так ты вычерпаешь дерьмо до дна и обнаружишь там сундук с золотом! Твой дедушка случайно на Привозе шнурками не торговал? — Да шо вы уже такое знаете, чего я вам еще не рассказывал? — с отчетливым одесским выговором прогундосил я. — Шоб вы так жили, как прибедняетесь! — не остался в долгу особист.

   Стас прищурился фирменным взглядом следователя: — Вот смотрю я на тебя и думаю: откуда такая хитрожопость? Дай тебе сортир и палку-копалку, так ты вычерпаешь дерьмо до дна и обнаружишь там сундук с золотом! Твой дедушка случайно на Привозе шнурками не торговал? — Да шо вы уже такое знаете, чего я вам еще не рассказывал? — с отчетливым одесским выговором прогундосил я. — Шоб вы так жили, как прибедняетесь! — не остался в долгу особист.

   — Дмитрий Рус · книга
10. «

    — Успокоился? — невозмутимо уточнил Павший. — Но затаил! — не стал прогибаться я.

    — Успокоился? — невозмутимо уточнил Павший. — Но затаил! — не стал прогибаться я.

    — Дмитрий Рус · книга
11. «

    Не морщить мозг, все учтено могучим ураганом, выполнять приказ старшего!

    Не морщить мозг, все учтено могучим ураганом, выполнять приказ старшего!

    — Дмитрий Рус · книга
12. «

    ... Так позора не оберешься, убит в первом же бою кроликом 2-го уровня.

    ... Так позора не оберешься, убит в первом же бою кроликом 2-го уровня.

    — Дмитрий Рус · книга
13. «

    Конечно, общество равных — это утопия. Но общество бесправных — это страшно. Я не знаю верного пути, разум не в силах подсказать. Но у меня есть ещё один советчик — совесть. Я возьму правосудие в свои руки, и поступлю так, как велит мне душа. <...> - Сколько народу в замке? — уточнил я у Оксаны, что с пугливой надеждой переводила взгляд с одного бойца на другого, ещё не веря, что вот вся эта орда мужиков и воинственных леди, сорвется с мест и побежит решать её проблемы, наказывая мучителей и спасая друзей. Так и будет родная, ты верь. По Правде это, да и «русские на войне своих не бросают».

    Конечно, общество равных — это утопия. Но общество бесправных — это страшно. Я не знаю верного пути, разум не в силах подсказать. Но у меня есть ещё один советчик — совесть. Я возьму правосудие в свои руки, и поступлю так, как велит мне душа. <...> - Сколько народу в замке? — уточнил я у Оксаны, что с пугливой надеждой переводила взгляд с одного бойца на другого, ещё не веря, что вот вся эта орда мужиков и воинственных леди, сорвется с мест и побежит решать её проблемы, наказывая мучителей и спасая друзей. Так и будет родная, ты верь. По Правде это, да и «русские на войне своих не бросают».

    — Дмитрий Рус · книга
14. «

    Если уж судьба подарила тебе возможность ходить — так не шаркай, сгорбившись, как безвольное создание: миллионы калек мечтают сделать, хоть единственный шаг, цени то, что имеешь! Культивируй стальной стержень в позвоночнике — поможет не прогибаться по жизни, носи свою башню гордо!

    Если уж судьба подарила тебе возможность ходить — так не шаркай, сгорбившись, как безвольное создание: миллионы калек мечтают сделать, хоть единственный шаг, цени то, что имеешь! Культивируй стальной стержень в позвоночнике — поможет не прогибаться по жизни, носи свою башню гордо!

    — Дмитрий Рус · книга
15. «

    Широко размахнулся? А иначе нельзя, надо ставить перед собой амбициозные цели. Задача накопить к концу года на новый диван вряд ли может мотивировать на реальные телодвижения, а вот цель купить «Порш Каен» через три года может заставить рвать задницу, проявлять инициативу, бороться и искать.

    Широко размахнулся? А иначе нельзя, надо ставить перед собой амбициозные цели. Задача накопить к концу года на новый диван вряд ли может мотивировать на реальные телодвижения, а вот цель купить «Порш Каен» через три года может заставить рвать задницу, проявлять инициативу, бороться и искать.

    — Дмитрий Рус · книга
16. «

    За родную землю, мирное небо и давние обиды! Начистим супостату рыло, ударим в уязвимое подбрюшье, вернём награбленное! Слава русскому оружию! К бою, парни!

    За родную землю, мирное небо и давние обиды! Начистим супостату рыло, ударим в уязвимое подбрюшье, вернём награбленное! Слава русскому оружию! К бою, парни!

    — Дмитрий Рус · книга
17. «

    Как показывает статистика — интуитивный ответ чаще всего верный. Если мы задумаемся и переменим решение — в семидесяти процентах случаев совершим ошибку.

    Как показывает статистика — интуитивный ответ чаще всего верный. Если мы задумаемся и переменим решение — в семидесяти процентах случаев совершим ошибку.

    — Дмитрий Рус · книга
18. «

    — ОК, спасибо, что помог, да и вообще… — она замялась. — Не говори глупостей, каждый нормальный человек за девушку вписался бы. А уж за друга — и вовсе глотку можно порвать. Таня подняла голову и посмотрела мне в глаза: — За друга? — Эй, ты чего? — Я взял в руки её хрупкие ладошки. — Конечно, друзья! Откуда сомненья, из-за дроу этой, что ли? — Ты на неё так смотрел… — Тфу ты… Ну пойми… — Я замялся. — Это всё химия организма. Чудо дизайнерских технологий плюс феромоны, помноженные на воздержание, новое тело и кучу оголённой плоти вокруг.

    — ОК, спасибо, что помог, да и вообще… — она замялась. — Не говори глупостей, каждый нормальный человек за девушку вписался бы. А уж за друга — и вовсе глотку можно порвать. Таня подняла голову и посмотрела мне в глаза: — За друга? — Эй, ты чего? — Я взял в руки её хрупкие ладошки. — Конечно, друзья! Откуда сомненья, из-за дроу этой, что ли? — Ты на неё так смотрел… — Тфу ты… Ну пойми… — Я замялся. — Это всё химия организма. Чудо дизайнерских технологий плюс феромоны, помноженные на воздержание, новое тело и кучу оголённой плоти вокруг.

    — Дмитрий Рус · книга
19. «

    Когда народу в кабаке осталась всего ничего, устав, она уселась напротив, подперев ладонью подбородок, и задумчиво смотрела на меня влажными, блестящими и слегка пьяными глазами. Затем потянулась к моему уху, и тихонько прошептала: — Подожди минутку, я переподключусь. У меня ещё два часа разрешёнки, при полном погружении, остались... Покажешь мне свою коллекцию марок… И удалилась, покачивая бёдрами, в сторону дамской комнаты. На третий этаж мы поднимались уже вдвоём...

    Когда народу в кабаке осталась всего ничего, устав, она уселась напротив, подперев ладонью подбородок, и задумчиво смотрела на меня влажными, блестящими и слегка пьяными глазами. Затем потянулась к моему уху, и тихонько прошептала: — Подожди минутку, я переподключусь. У меня ещё два часа разрешёнки, при полном погружении, остались... Покажешь мне свою коллекцию марок… И удалилась, покачивая бёдрами, в сторону дамской комнаты. На третий этаж мы поднимались уже вдвоём...

    — Дмитрий Рус · книга
20. «

    ...теперь я отлично понимал, чем подкупают своих адептов всевозможные темные божества. Банальные жажда силы, власти и игра на низменных инстинктах. Сам ничтожество, но тебя коробит от зависти при виде могучего воина? На алтарь его! Так, в свое время, не слабо порезвилась средневековая инквизиция, проведя серьезную работу по генной коррекции населения. Еще бы, если сотни лет подряд объявлять каждую симпатичную девушку ведьмой, то на выходе получим тот самый страх и ужас, что в просвещённой Европе зовется современными женщинами. И ведь так сложно не поддаться искусу – отказала тебе деревенская красотка – да она ведьма! А святой католический брат не оспорит, ему и самому страсть как хочется заполучить жертву в пыточный подвал, раздеть, пуская похотливые слюни, обрить все тело и очень тщательно его осмотреть, в поиске дьявольских меток.

    ...теперь я отлично понимал, чем подкупают своих адептов всевозможные темные божества. Банальные жажда силы, власти и игра на низменных инстинктах. Сам ничтожество, но тебя коробит от зависти при виде могучего воина? На алтарь его! Так, в свое время, не слабо порезвилась средневековая инквизиция, проведя серьезную работу по генной коррекции населения. Еще бы, если сотни лет подряд объявлять каждую симпатичную девушку ведьмой, то на выходе получим тот самый страх и ужас, что в просвещённой Европе зовется современными женщинами. И ведь так сложно не поддаться искусу – отказала тебе деревенская красотка – да она ведьма! А святой католический брат не оспорит, ему и самому страсть как хочется заполучить жертву в пыточный подвал, раздеть, пуская похотливые слюни, обрить все тело и очень тщательно его осмотреть, в поиске дьявольских меток.

    — Дмитрий Рус · книга