Подборка персонажа: 19 цитат — «Лейла»

Собрали 19 цитат персонажа «Лейла» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Кстати, я голоден. — Ты всегда голоден. — Да, ну и что? У меня молодой растущий организм. — Всё ещё растущий? Тебя это так беспокоит? — Скажи спасибо, что я не каннибал.

   — Кстати, я голоден. — Ты всегда голоден. — Да, ну и что? У меня молодой растущий организм. — Всё ещё растущий? Тебя это так беспокоит? — Скажи спасибо, что я не каннибал.

   — Джой Пантуччи · фильм
2. «

   Знаешь, быть одному не так уж плохо.

   Знаешь, быть одному не так уж плохо.

   — Спи со мной (Lie with Me) · фильм
3. «

   — Раз вы не верите, то почему вы здесь? — Потому что у моего брата веры хватит на двоих.

   — Раз вы не верите, то почему вы здесь? — Потому что у моего брата веры хватит на двоих.

   — Дин Винчестер · сериал
4. «

   Не прикасайтесь к моей израненной душе. Я рассталась с невероятно красивым мужчиной. Рассталась... Я рассталась... Раньше он был садовником в моем доме, другом... Но, он разбил мое сердце вдребезги. И я рассталась... Я рассталась... рассталась.

   Не прикасайтесь к моей израненной душе. Я рассталась с невероятно красивым мужчиной. Рассталась... Я рассталась... Раньше он был садовником в моем доме, другом... Но, он разбил мое сердце вдребезги. И я рассталась... Я рассталась... рассталась.
5. «

   Я оглядела свою комнату. В ней было всё, о чём только может пожелать девушка: компьютерный стол и ноутбук, телевизор и стереосистема, одежды столько, что мне её всю никогда не сносить, и достаточно книг, чтобы потеряться в воображаемом мире. Но всё это только вещи... пустое.

   Я оглядела свою комнату. В ней было всё, о чём только может пожелать девушка: компьютерный стол и ноутбук, телевизор и стереосистема, одежды столько, что мне её всю никогда не сносить, и достаточно книг, чтобы потеряться в воображаемом мире. Но всё это только вещи... пустое.

   — Дженнифер Арментроут · книга
6. «

   Не трудись извиняться, если не хочешь сделать это искренне.

   Не трудись извиняться, если не хочешь сделать это искренне.

   — Дженнифер Арментроут · книга
7. «

   Просто бывают периоды, когда я перестаю различать, что безопасно, а что нет. Пока почва не уйдёт у меня из-под ног.

   Просто бывают периоды, когда я перестаю различать, что безопасно, а что нет. Пока почва не уйдёт у меня из-под ног.

   — Спи со мной (Lie with Me) · фильм
8. «

   — Где записано, что я должна работать на палубе? Знаешь, Финнеган... Тебе не помешает самому отрывать зад от стула и выходить наверх иногда. — Я тебя тоже люблю, Лейла.

   — Где записано, что я должна работать на палубе? Знаешь, Финнеган... Тебе не помешает самому отрывать зад от стула и выходить наверх иногда. — Я тебя тоже люблю, Лейла.

   — Капитан Джон Финнеган · фильм
9. «

   Нужно подождать, пока сможешь раскрыться. Подождать с кем-то таким же «голым». А потом — еще немного подождать.

   Нужно подождать, пока сможешь раскрыться. Подождать с кем-то таким же «голым». А потом — еще немного подождать.

   — Спи со мной (Lie with Me) · фильм
10. «

    — Тяжело искренне верить во что-то и так в этом обмануться. — А знаешь, что странно? Я верю. Правда! Нельзя верить лишь тогда, когда происходят чудеса, вера должна быть и когда их нет.

    — Тяжело искренне верить во что-то и так в этом обмануться. — А знаешь, что странно? Я верю. Правда! Нельзя верить лишь тогда, когда происходят чудеса, вера должна быть и когда их нет.

    — Дин Винчестер · сериал
11. «

    Мужчины могут делать всё, что им вздумается. Они считают, что город принадлежит им. Они оставляют свой запах везде. Они не боятся.

    Мужчины могут делать всё, что им вздумается. Они считают, что город принадлежит им. Они оставляют свой запах везде. Они не боятся.

    — Спи со мной (Lie with Me) · фильм
12. «

    — А правда, Алалей, по звездам всё можно знать? — Как кому. — А что такое всё, Алалей?

    — А правда, Алалей, по звездам всё можно знать? — Как кому. — А что такое всё, Алалей?

    — Алексей Михайлович Ремизов · книга
13. «

    Боже, ниспошли мне смерть, дабы я оценила жизнь. Боже, даруй мне раскаяние, дабы я вкусила от наслаждения. Боже, сделай меня такой же, как дочери Евы!

    Боже, ниспошли мне смерть, дабы я оценила жизнь. Боже, даруй мне раскаяние, дабы я вкусила от наслаждения. Боже, сделай меня такой же, как дочери Евы!

    — Анатоль Франс · книга
14. «

    Проникая под белый полог, на его красивое лицо падал лунный свет. Наши взгляды встретились. - Я теперь не знаю, что делать. - А разве ты когда-нибудь знала, что тебе делать? — не отрывая от меня глаз, спросил Рот.

    Проникая под белый полог, на его красивое лицо падал лунный свет. Наши взгляды встретились. - Я теперь не знаю, что делать. - А разве ты когда-нибудь знала, что тебе делать? — не отрывая от меня глаз, спросил Рот.

    — Дженнифер Арментроут · книга
15. «

    — Ты знаешь, что говорят о первых поцелуях? — О них сожалеют? — Нет. Я собирался сказать: «о них никогда не забывают».

    — Ты знаешь, что говорят о первых поцелуях? — О них сожалеют? — Нет. Я собирался сказать: «о них никогда не забывают».

    — Дженнифер Арментроут · книга
16. «

    Все их имена звучали одинаково выдуманными, так что я мысленно прозвала их — Извращенец, Псих и Дёрганный.

    Все их имена звучали одинаково выдуманными, так что я мысленно прозвала их — Извращенец, Псих и Дёрганный.

    — Джанин Фрост · книга
17. «

    Привет, — сипло ответила я. Горло саднило, словно я проглотила горсть гвоздей.

    Привет, — сипло ответила я. Горло саднило, словно я проглотила горсть гвоздей.

    — Дженнифер Арментроут · книга
18. «

    Что может быть хуже одного демона? Два демона.

    Что может быть хуже одного демона? Два демона.

    — Дженнифер Арментроут · книга
19. «

    А ведь пройдет время, и ей надоест постоянно напрягать память. Все начнет потихоньку забываться, покрываться пылью, и скорбь утраты уже не будет такой острой. А потом настанет день, когда его образ затуманится и имя, случайно прозвучавшее на улице, больше не заставит ее вздрагивать. Она перестанет тосковать по нему, и ее неизменный спутник — страдание, подобное фантомной боли, оставит ее в покое.

    А ведь пройдет время, и ей надоест постоянно напрягать память. Все начнет потихоньку забываться, покрываться пылью, и скорбь утраты уже не будет такой острой. А потом настанет день, когда его образ затуманится и имя, случайно прозвучавшее на улице, больше не заставит ее вздрагивать. Она перестанет тосковать по нему, и ее неизменный спутник — страдание, подобное фантомной боли, оставит ее в покое.

    — Халед Хоссейни · книга