16 фраз персонажа «Лекарь Сергей Поляков» для дневника

Ниже 16 цитат персонажа «Лекарь Сергей Поляков»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Итак: горка. Ледяная и бесконечная, как та, с которой в детстве сказочного Кая уносили сани. Последний мой полёт по этой горке, и я знаю, что ждёт меня внизу.

   Итак: горка. Ледяная и бесконечная, как та, с которой в детстве сказочного Кая уносили сани. Последний мой полёт по этой горке, и я знаю, что ждёт меня внизу.

   — Михаил Булгаков · книга
2. «

   Я знаю: это смесь дьявола с моей кровью.

   Я знаю: это смесь дьявола с моей кровью.

   — Михаил Булгаков · книга
3. «

   Предыдущие строки написаны во время воздержания, и в них много несправедливого.

   Предыдущие строки написаны во время воздержания, и в них много несправедливого.

   — Михаил Булгаков · книга
4. «

   ... Это не дневник, а история болезни...

   ... Это не дневник, а история болезни...

   — Михаил Булгаков · книга
5. «

   ... Предупреждаю всех, кому выпадет на долю такая же участь, как и мне, не пробовать заменить морфий кокаином. Кокаин — сквернейший и коварнейший яд.

   ... Предупреждаю всех, кому выпадет на долю такая же участь, как и мне, не пробовать заменить морфий кокаином. Кокаин — сквернейший и коварнейший яд.

   — Михаил Булгаков · книга
6. «

   Распад личности — распадом, но всё же я делаю попытки воздерживаться от него.

   Распад личности — распадом, но всё же я делаю попытки воздерживаться от него.

   — Михаил Булгаков · книга
7. «

   ... Побежал к дому, как к месту спасения, ничего не желая, кроме того, чтобы у меня не разрывалось сердце...

   ... Побежал к дому, как к месту спасения, ничего не желая, кроме того, чтобы у меня не разрывалось сердце...

   — Михаил Булгаков · книга
8. «

   У морфиниста есть одно счастье, которое у него никто не может отнять, — способность проводить жизнь в полном одиночестве. А одиночество — это важные, значительные мысли, это созерцание, спокойствие, мудрость...

   У морфиниста есть одно счастье, которое у него никто не может отнять, — способность проводить жизнь в полном одиночестве. А одиночество — это важные, значительные мысли, это созерцание, спокойствие, мудрость...

   — Михаил Булгаков · книга
9. «

   Не «тоскливое состояние», а смерть медленная овладевает морфинистом, лишь только вы на час или два лишите его морфия. Воздух не сытный, его глотать нельзя... в теле нет клеточки, которая бы не жаждала... Чего? Этого нельзя ни определить, ни объяснить. Словом, человека нет. Он выключен. Движется, тоскует, страдает труп. Он ничего не хочет, ни о чем не мыслит, кроме морфия. Морфия!

   Не «тоскливое состояние», а смерть медленная овладевает морфинистом, лишь только вы на час или два лишите его морфия. Воздух не сытный, его глотать нельзя... в теле нет клеточки, которая бы не жаждала... Чего? Этого нельзя ни определить, ни объяснить. Словом, человека нет. Он выключен. Движется, тоскует, страдает труп. Он ничего не хочет, ни о чем не мыслит, кроме морфия. Морфия!

   — Михаил Булгаков · книга
10. «

    Чёрт в склянке. Кокаин — чёрт в склянке!

    Чёрт в склянке. Кокаин — чёрт в склянке!

    — Михаил Булгаков · книга
11. «

    Позорно было бы хоть минуту длить свою жизнь. Такую — нет, нельзя. Лекарство у меня под рукой. Как я раньше не догадался? Ну-с, приступаем. Я никому ничего не должен. Погубил я только себя. И Анну. Что же я могу сделать? Время залечит, как пела Амнер. С ней, конечно, просто и легко...

    Позорно было бы хоть минуту длить свою жизнь. Такую — нет, нельзя. Лекарство у меня под рукой. Как я раньше не догадался? Ну-с, приступаем. Я никому ничего не должен. Погубил я только себя. И Анну. Что же я могу сделать? Время залечит, как пела Амнер. С ней, конечно, просто и легко...

    — Михаил Булгаков · книга
12. «

    ... А закат, беспокойно громыхая, выжигает мне внутренности.

    ... А закат, беспокойно громыхая, выжигает мне внутренности.

    — Михаил Булгаков · книга
13. «

    Я счастлив на несколько часов.

    Я счастлив на несколько часов.

    — Михаил Булгаков · книга
14. «

    Ах, Анна, большое горе у тебя будет вскоре, если ты любила меня...

    Ах, Анна, большое горе у тебя будет вскоре, если ты любила меня...

    — Михаил Булгаков · книга
15. «

    ... В нормальном сне музыка беззвучна... (в нормальном? Ещё вопрос, какой сон нормальнее! Впрочем, шучу...) беззвучна, а в моём сне она слышна совершенно небесно. И главное, что я по своей воле могу усилить или ослабить музыку.

    ... В нормальном сне музыка беззвучна... (в нормальном? Ещё вопрос, какой сон нормальнее! Впрочем, шучу...) беззвучна, а в моём сне она слышна совершенно небесно. И главное, что я по своей воле могу усилить или ослабить музыку.

    — Михаил Булгаков · книга
16. «

    Первая минута: ощущение прикосновения к шее. Это прикосновение становится теплым и расширяется. Во вторую минуту внезапно проходит холодная волна под ложечкой, а вслед за этим начинается необыкновенное прояснение мыслей и взрыв работоспособности. Абсолютно все неприятные ощущения прекращаются. Это высшая точка проявления духовной силы человека. И если б я не был испорчен медицинским образованием, я бы сказал, что нормально человек может работать только после укола морфием. В самом деле: куда, к чёрту, годится человек, если малейшая невралгийка может выбить его совершенно из седла!

    Первая минута: ощущение прикосновения к шее. Это прикосновение становится теплым и расширяется. Во вторую минуту внезапно проходит холодная волна под ложечкой, а вслед за этим начинается необыкновенное прояснение мыслей и взрыв работоспособности. Абсолютно все неприятные ощущения прекращаются. Это высшая точка проявления духовной силы человека. И если б я не был испорчен медицинским образованием, я бы сказал, что нормально человек может работать только после укола морфием. В самом деле: куда, к чёрту, годится человек, если малейшая невралгийка может выбить его совершенно из седла!

    — Михаил Булгаков · книга