81 известных цитата персонажа «Леопольд Блум»

Ниже 81 цитата персонажа «Леопольд Блум»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Приятное вечернее чувство. Скитанья кончены. Можешь расслабиться — мирные сумерки — пусть все идет своим чередом.

   Приятное вечернее чувство. Скитанья кончены. Можешь расслабиться — мирные сумерки — пусть все идет своим чередом.

   — Джеймс Джойс · книга
2. «

   Кто первый начал вино гнать? Какой-нибудь сердяга впавший в тоску.

   Кто первый начал вино гнать? Какой-нибудь сердяга впавший в тоску.

   — Джеймс Джойс · книга
3. «

   Жри или самого сожрут.

   Жри или самого сожрут.

   — Джеймс Джойс · книга
4. «

   — А как ваш господин и повелитель? — Ах, ради бога не будем. Гремучим змеям, и тем его стоит остерегаться.

   — А как ваш господин и повелитель? — Ах, ради бога не будем. Гремучим змеям, и тем его стоит остерегаться.

   — Джеймс Джойс · книга
5. «

   Оригинальность, позволяя произвести эффект, к успеху, однако, может и не вести.

   Оригинальность, позволяя произвести эффект, к успеху, однако, может и не вести.

   — Джеймс Джойс · книга
6. «

   Полиция с палицей налицо.

   Полиция с палицей налицо.

   — Джеймс Джойс · книга
7. «

   А она видит, что я смотрю. Всегда примечают, если кто клюнул. На вский случай. Запас беды не чинит.

   А она видит, что я смотрю. Всегда примечают, если кто клюнул. На вский случай. Запас беды не чинит.

   — Джеймс Джойс · книга
8. «

   Пока суд да дело самое разумное пользоваться благами обеих стран хотя бы они и были двумя враждебными полосами.

   Пока суд да дело самое разумное пользоваться благами обеих стран хотя бы они и были двумя враждебными полосами.

   — Джеймс Джойс · книга
9. «

   Времени не вернешь назад. Воду не удержишь в ладонях. А хотел бы? Вернуться назад. К самому началу. Хотел бы?

   Времени не вернешь назад. Воду не удержишь в ладонях. А хотел бы? Вернуться назад. К самому началу. Хотел бы?

   — Джеймс Джойс · книга
10. «

    Никогда об этом ничего не узнают. Пустая трата времени. Газовые шары вращаются, сливаются, разлетаются. И так без конца эта карусель. Газ, потом твердые частицы, потом возникает мир, потом остывает; потом несется в пространстве одна мертвая оболочка, заледенелая корка, вроде ананасного леденца.

    Никогда об этом ничего не узнают. Пустая трата времени. Газовые шары вращаются, сливаются, разлетаются. И так без конца эта карусель. Газ, потом твердые частицы, потом возникает мир, потом остывает; потом несется в пространстве одна мертвая оболочка, заледенелая корка, вроде ананасного леденца.

    — Джеймс Джойс · книга
11. «

    Просто смешно как эти газетчики готовы вилять, едва почуют, что ветер в другую сторону. Флюгера. И нашим и вашим, не поймешь чему верить. Любая басня хороша, пока не расскажут следующую. На чем свет грызутся друг с другом в своих газетах, и вдруг все лопается как мыльный пузырь. И на другое утро уже друзья-приятели.

    Просто смешно как эти газетчики готовы вилять, едва почуют, что ветер в другую сторону. Флюгера. И нашим и вашим, не поймешь чему верить. Любая басня хороша, пока не расскажут следующую. На чем свет грызутся друг с другом в своих газетах, и вдруг все лопается как мыльный пузырь. И на другое утро уже друзья-приятели.

    — Джеймс Джойс · книга
12. «

    Туманно-эфирная чайка, Куда твой полет, отвечай-ка.

    Туманно-эфирная чайка, Куда твой полет, отвечай-ка.

    — Джеймс Джойс · книга
13. «

    Человек может всю жизнь прожить в одиночестве. А что, может. Но все-таки ему кто-то нужен, кто бы зарыл, хотя могилу он себе может выкопать сам. Это мы все делаем. Только человек погребает. Нет, еще муравьи. Говорят Робинзон Крузо был на самом деле. Тогда стало быть Пятница его и похоронил. Каждая Пятница хоронит Четверг если так поглядеть.

    Человек может всю жизнь прожить в одиночестве. А что, может. Но все-таки ему кто-то нужен, кто бы зарыл, хотя могилу он себе может выкопать сам. Это мы все делаем. Только человек погребает. Нет, еще муравьи. Говорят Робинзон Крузо был на самом деле. Тогда стало быть Пятница его и похоронил. Каждая Пятница хоронит Четверг если так поглядеть.

    — Джеймс Джойс · книга
14. «

    Грэфтон-стрит яркопестрыми навесами дразнила чувства его. Набивной муслин, шелколеди, величественные матроны, звяканье сбруи и глухозвук стукопыт по раскаленным булыжникам.

    Грэфтон-стрит яркопестрыми навесами дразнила чувства его. Набивной муслин, шелколеди, величественные матроны, звяканье сбруи и глухозвук стукопыт по раскаленным булыжникам.

    — Джеймс Джойс · книга
15. «

    Никто не видел — никому не рассказывай.

    Никто не видел — никому не рассказывай.

    — Джеймс Джойс · книга
16. «

    И еще говорят, что Америка — это страна свободных людей. <...> Америка, заявил я ему так спокойненько, что это по сути такое? Мусор, выметенный из всех стран, включая и нашу. А что, разве это не верно? Истинный факт.

    И еще говорят, что Америка — это страна свободных людей. <...> Америка, заявил я ему так спокойненько, что это по сути такое? Мусор, выметенный из всех стран, включая и нашу. А что, разве это не верно? Истинный факт.

    — Джеймс Джойс · книга
17. «

    Ешь, пей и веселись. А потом толпы в примный покой за помощью.

    Ешь, пей и веселись. А потом толпы в примный покой за помощью.

    — Джеймс Джойс · книга
18. «

    В этой старой церковной музыке есть чудесные вещи. Папы в старину знали толк и в музыке и в искусстве, во всяческих статуях, картинах.

    В этой старой церковной музыке есть чудесные вещи. Папы в старину знали толк и в музыке и в искусстве, во всяческих статуях, картинах.

    — Джеймс Джойс · книга
19. «

    Струны женского сердца идут через кошелёк.

    Струны женского сердца идут через кошелёк.

    — Джеймс Джойс · книга
20. «

    — Оскорбления и ненависть — это не жизнь для человека. Всякий знает, что истинная жизнь — это совершенно противоположное. — И что же? — Любовь, я имею в виду противоположное ненависти.

    — Оскорбления и ненависть — это не жизнь для человека. Всякий знает, что истинная жизнь — это совершенно противоположное. — И что же? — Любовь, я имею в виду противоположное ненависти.

    — Джеймс Джойс · книга