19 цитат персонажа «Лира» — большая подборка

Ниже 19 цитат персонажа «Лира»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   В русалках больше рыбьего, чем плотского, и верхняя их — телесная — часть плавно перетекает в чешую. Вместо волос у них, в отличие от сирен, голубоватые отростки, а рты их могут растягиваться до размеров небольшой лодки, позволяя заглатывать акул целиком. У русалок темно-синие тела и плавники вдоль рук и позвоночника. Они одновременно и люди, и рыбы, не получившие красоты ни от первых, ни от вторых. Как и все чудовища, они могут быть смертельно опасны, но там, где сирены соблазняют и убивают, русалки сами поддаются людскому очарованию.

   В русалках больше рыбьего, чем плотского, и верхняя их — телесная — часть плавно перетекает в чешую. Вместо волос у них, в отличие от сирен, голубоватые отростки, а рты их могут растягиваться до размеров небольшой лодки, позволяя заглатывать акул целиком. У русалок темно-синие тела и плавники вдоль рук и позвоночника. Они одновременно и люди, и рыбы, не получившие красоты ни от первых, ни от вторых. Как и все чудовища, они могут быть смертельно опасны, но там, где сирены соблазняют и убивают, русалки сами поддаются людскому очарованию.

   — Александра Кристо · книга
2. «

   Любовь — в океане нечасто встретишь это слово. Оно рождается лишь в моей песне да на устах убитых мною принцев.

   Любовь — в океане нечасто встретишь это слово. Оно рождается лишь в моей песне да на устах убитых мною принцев.

   — Александра Кристо · книга
3. «

   — Яд? Хранил его для будущей жены? — Он не смертелен. И нет, не для жены. Разве что моей женой была бы ты. — Будь я твоей женой, выпила бы его добровольно.

   — Яд? Хранил его для будущей жены? — Он не смертелен. И нет, не для жены. Разве что моей женой была бы ты. — Будь я твоей женой, выпила бы его добровольно.

   — Александра Кристо · книга
4. «

   В мире нет ничего кроме боли и редких мгновений облегчения.

   В мире нет ничего кроме боли и редких мгновений облегчения.

   — Александра Кристо · книга
5. «

   Мне не положены эмоции, я должна внушать ужас, а не испытывать его.

   Мне не положены эмоции, я должна внушать ужас, а не испытывать его.

   — Александра Кристо · книга
6. «

   Я уверена, что даже без своей силы все еще опасна. Может, у меня сейчас нет плавников и даже голоса, но я дочь своей матери. Я самое смертоносное существо на сотню королевств.

   Я уверена, что даже без своей силы все еще опасна. Может, у меня сейчас нет плавников и даже голоса, но я дочь своей матери. Я самое смертоносное существо на сотню королевств.

   — Александра Кристо · книга
7. «

   — Для ясности, — говорит, равнодушно взбалтывая ром, — я не его дамочка. И прежде чем я успеваю перевести взгляд на Райкрофта, Лира наклоняется вперёд и выплескивает золотую жидкость ему прямо в глаза.

   — Для ясности, — говорит, равнодушно взбалтывая ром, — я не его дамочка. И прежде чем я успеваю перевести взгляд на Райкрофта, Лира наклоняется вперёд и выплескивает золотую жидкость ему прямо в глаза.

   — Александра Кристо · книга
8. «

   Мы не наивные юные наследники, из которых можно лепить что вздумается. Мы воины. Мы властители.

   Мы не наивные юные наследники, из которых можно лепить что вздумается. Мы воины. Мы властители.

   — Александра Кристо · книга
9. «

   Худшие из худших всегда лучшие.

   Худшие из худших всегда лучшие.

   — Александра Кристо · книга
10. «

    Убить сирену не то же, что русалку. Их гниющими трупами пестрит морское дно, а скелеты обрастают кораллами, в то время как мы превращаемся в то, что нас породило. В океан, пену и соль в наших жилах. Мы уходим, не оставляя воспоминаний.

    Убить сирену не то же, что русалку. Их гниющими трупами пестрит морское дно, а скелеты обрастают кораллами, в то время как мы превращаемся в то, что нас породило. В океан, пену и соль в наших жилах. Мы уходим, не оставляя воспоминаний.

    — Александра Кристо · книга
11. «

    Сердца — это сила, и если мой народ жаждет чего-то отчаяннее, чем океанских глубин, то именно ее.

    Сердца — это сила, и если мой народ жаждет чего-то отчаяннее, чем океанских глубин, то именно ее.

    — Александра Кристо · книга
12. «

    Никогда не показывать пылающий внутри огонь — вот черта истинного убийцы.

    Никогда не показывать пылающий внутри огонь — вот черта истинного убийцы.

    — Александра Кристо · книга
13. «

    — Неисправимый циник. — Неисправимый пират. — Говоришь так, будто это оскорбление. — Прими уже, что все, сказанное мной, оскорбление.

    — Неисправимый циник. — Неисправимый пират. — Говоришь так, будто это оскорбление. — Прими уже, что все, сказанное мной, оскорбление.

    — Александра Кристо · книга
14. «

    Человеческая мелочность не знает границ.

    Человеческая мелочность не знает границ.

    — Александра Кристо · книга
15. «

    — Кем ты был до войны? Он приподнял бровь. — А ты? Лицо Лиры подернулось тенью. — Я не помню. Арин тоже солгал: — Как и я.

    — Кем ты был до войны? Он приподнял бровь. — А ты? Лицо Лиры подернулось тенью. — Я не помню. Арин тоже солгал: — Как и я.

    — Мари Руткоски · книга
16. «

    Правда о том, кто я есть, стала кошмаром.

    Правда о том, кто я есть, стала кошмаром.

    — Александра Кристо · книга
17. «

    Каждая Морская королева рождается простой сиреной и только вместе с короной взамен хвоста получает могучие щупальца, способные сдержать натиск армий. Она становится скорее кальмаром, чем рыбой, и с этим преображением в королеве расцветает магия, великая и неукротимая. Та, что меняет форму морей по прихоти хозяйки. Морская королева — она же Морская ведьма.

    Каждая Морская королева рождается простой сиреной и только вместе с короной взамен хвоста получает могучие щупальца, способные сдержать натиск армий. Она становится скорее кальмаром, чем рыбой, и с этим преображением в королеве расцветает магия, великая и неукротимая. Та, что меняет форму морей по прихоти хозяйки. Морская королева — она же Морская ведьма.

    — Александра Кристо · книга
18. «

    — Не будешь ли ты так добра перевести? — Меня еще никогда не обвиняли в доброте.

    — Не будешь ли ты так добра перевести? — Меня еще никогда не обвиняли в доброте.

    — Александра Кристо · книга
19. «

    Наша жестокость бесценна. Дружеские и родственные чувства чужды нам так же, как земля.

    Наша жестокость бесценна. Дружеские и родственные чувства чужды нам так же, как земля.

    — Александра Кристо · книга