24 цитаты персонажа «Лорд Генри Уоттон» — читать онлайн

24 цитаты персонажа «Лорд Генри Уоттон» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ...надо знать этот великий секрет жизни: лечите душу ощущениями, а ощущения пусть врачует душа.

   ...надо знать этот великий секрет жизни: лечите душу ощущениями, а ощущения пусть врачует душа.

   — Оскар Уайльд · книга
2. «

   … я действительно не терплю свою родню. Это потому, должно быть, что мы не выносим людей с теми же недостатками, что у нас.

   … я действительно не терплю свою родню. Это потому, должно быть, что мы не выносим людей с теми же недостатками, что у нас.

   — Оскар Уайльд · книга
3. «

   …я стал скрытен, мне нравится иметь от людей тайны. Это, пожалуй, единственное, что может сделать для нас современную жизнь увлекательной и загадочной. Самая обыкновенная безделица приобретает удивительный интерес, как только начинаешь скрывать ее от людей.

   …я стал скрытен, мне нравится иметь от людей тайны. Это, пожалуй, единственное, что может сделать для нас современную жизнь увлекательной и загадочной. Самая обыкновенная безделица приобретает удивительный интерес, как только начинаешь скрывать ее от людей.

   — Оскар Уайльд · книга
4. «

   Если неприятно, когда о тебе говорят, то ещё хуже — когда о тебе совсем не говорят.

   Если неприятно, когда о тебе говорят, то ещё хуже — когда о тебе совсем не говорят.

   — Оскар Уайльд · книга
5. «

   …и самый смелый из нас боится самого себя. Самоотречение, этот трагический пережиток тех диких времен, когда люди себя калечили, омрачает нам жизнь. И мы расплачиваемся за это самоограничение. Всякое желание, которое мы стараемся подавить, бродит в нашей душе и отравляет нас. А согрешив, человек избавляется от влечения к греху, ибо осуществление – это путь к очищению. После этого остаются лишь воспоминания о наслаждении или сладострастие раскаяния. Единственный способ отделаться от искушения – уступить ему. А если вздумаешь бороться с ним, душу будет томить влечение к запретному, и тебя измучают желания, которые чудовищный закон, тобой же созданный, признал порочными и преступными. Кто-то сказал, что величайшие события в мире – это те, которые происходят в мозгу у человека. А я скажу, что и величайшие грехи мира рождаются в мозгу, и только в мозгу.

   …и самый смелый из нас боится самого себя. Самоотречение, этот трагический пережиток тех диких времен, когда люди себя калечили, омрачает нам жизнь. И мы расплачиваемся за это самоограничение. Всякое желание, которое мы стараемся подавить, бродит в нашей душе и отравляет нас. А согрешив, человек избавляется от влечения к греху, ибо осуществление – это путь к очищению. После этого остаются лишь воспоминания о наслаждении или сладострастие раскаяния. Единственный способ отделаться от искушения – уступить ему. А если вздумаешь бороться с ним, душу будет томить влечение к запретному, и тебя измучают желания, которые чудовищный закон, тобой же созданный, признал порочными и преступными. Кто-то сказал, что величайшие события в мире – это те, которые происходят в мозгу у человека. А я скажу, что и величайшие грехи мира рождаются в мозгу, и только в мозгу.

   — Оскар Уайльд · книга
6. «

   Только два сорта людей по-настоящему интересны – те, кто знает о жизни все решительно, и те, кто ничего о ней не знает…

   Только два сорта людей по-настоящему интересны – те, кто знает о жизни все решительно, и те, кто ничего о ней не знает…

   — Оскар Уайльд · книга
7. «

   — Думаю, я более благоразумный. — Благоразумие — это не более чем трусость. Благоразумным недоступно наслаждение.

   — Думаю, я более благоразумный. — Благоразумие — это не более чем трусость. Благоразумным недоступно наслаждение.

   — Дориан Грей · фильм
8. «

   Я люблю сцену, на ней все гораздо правдивее, чем в жизни.

   Я люблю сцену, на ней все гораздо правдивее, чем в жизни.

   — Оскар Уайльд · книга
9. «

   Влиять на другого человека — это значит передать ему свою душу. Он начнет думать не своими мыслями, пылать не своими страстями. И добродетели у него будут не свои, и грехи, — если предположить, что таковые вообще существуют, — будут заимствованные. Он станет отголоском чужой мелодии, актером, выступающим в роли, которая не для него написана.

   Влиять на другого человека — это значит передать ему свою душу. Он начнет думать не своими мыслями, пылать не своими страстями. И добродетели у него будут не свои, и грехи, — если предположить, что таковые вообще существуют, — будут заимствованные. Он станет отголоском чужой мелодии, актером, выступающим в роли, которая не для него написана.

   — Оскар Уайльд · книга
10. «

    Так называемые «безнравственные» книги — это лишь те книги, которые показывают миру его пороки, вот и все.

    Так называемые «безнравственные» книги — это лишь те книги, которые показывают миру его пороки, вот и все.

    — Оскар Уайльд · книга
11. «

    Быть естественным – это поза, и самая ненавистная людям поза!

    Быть естественным – это поза, и самая ненавистная людям поза!

    — Оскар Уайльд · книга
12. «

    И в любви верность — это всецело вопрос физиологии, она ничуть не зависит от нашей воли. Люди молодые хотят быть верны — и не бывают, старики хотели бы изменять, но где уж им!

    И в любви верность — это всецело вопрос физиологии, она ничуть не зависит от нашей воли. Люди молодые хотят быть верны — и не бывают, старики хотели бы изменять, но где уж им!

    — Оскар Уайльд · книга
13. «

    Знание пагубно для любви. Только неизвестность пленяет нас. В тумане все кажется необыкновенным.

    Знание пагубно для любви. Только неизвестность пленяет нас. В тумане все кажется необыкновенным.

    — Оскар Уайльд · книга
14. «

    Лучше обожать, чем быть предметом обожания. Терпеть чьё-то обожание — это скучно и тягостно.

    Лучше обожать, чем быть предметом обожания. Терпеть чьё-то обожание — это скучно и тягостно.

    — Оскар Уайльд · книга
15. «

    — Я верю в величие нации. — Оно только пережиток предприимчивости и напористости. — В нём залог развития. — Упадок мне милее. — А как же искусство? — Оно — болезнь. — А любовь? — Иллюзия. — А религия? — Распространённый суррогат веры. — Вы скептик. — Ничуть! Ведь скептицизм — начало веры. — Да кто же вы? — Определить — значит ограничить. — Ну дайте мне хоть нить!.. — Нити обрываются. И вы рискуете заблудиться в лабиринте.

    — Я верю в величие нации. — Оно только пережиток предприимчивости и напористости. — В нём залог развития. — Упадок мне милее. — А как же искусство? — Оно — болезнь. — А любовь? — Иллюзия. — А религия? — Распространённый суррогат веры. — Вы скептик. — Ничуть! Ведь скептицизм — начало веры. — Да кто же вы? — Определить — значит ограничить. — Ну дайте мне хоть нить!.. — Нити обрываются. И вы рискуете заблудиться в лабиринте.

    — Оскар Уайльд · книга
16. «

    Люди меня интересуют больше, чем их принципы, а интереснее всего – люди без принципов.

    Люди меня интересуют больше, чем их принципы, а интереснее всего – люди без принципов.

    — Оскар Уайльд · книга
17. «

    Вы, допустим, воображаете себя человеком сильным и думаете, что вам ничто не угрожает. А между тем случайное освещение предметов в комнате, тон утреннего неба, запах, когда-то любимый вами и навеявший смутные воспоминания, строка забытого стихотворения, которое снова встретилось вам в книге, музыкальная фраза из пьесы, которую вы давно уже не играли, — вот от каких мелочей зависит течение нашей жизни.

    Вы, допустим, воображаете себя человеком сильным и думаете, что вам ничто не угрожает. А между тем случайное освещение предметов в комнате, тон утреннего неба, запах, когда-то любимый вами и навеявший смутные воспоминания, строка забытого стихотворения, которое снова встретилось вам в книге, музыкальная фраза из пьесы, которую вы давно уже не играли, — вот от каких мелочей зависит течение нашей жизни.

    — Оскар Уайльд · книга
18. «

    Женщина выходит замуж вторично только в том случае, если первый муж был ей противен. А мужчина женится опять только потому, что очень любил первую жену. Женщины ищут в браке счастья, мужчины ставят своё на карту.

    Женщина выходит замуж вторично только в том случае, если первый муж был ей противен. А мужчина женится опять только потому, что очень любил первую жену. Женщины ищут в браке счастья, мужчины ставят своё на карту.

    — Оскар Уайльд · книга
19. «

    О любви писать выгодно, на нее большой спрос. В наше время разбитое сердце выдерживает множество изданий.

    О любви писать выгодно, на нее большой спрос. В наше время разбитое сердце выдерживает множество изданий.

    — Оскар Уайльд · книга
20. «

    Есть только два явления, которые в нашем веке ещё остаются необъяснимыми и ничем не оправданные: смерть и пошлость...

    Есть только два явления, которые в нашем веке ещё остаются необъяснимыми и ничем не оправданные: смерть и пошлость...

    — Оскар Уайльд · книга