61 цитата персонажа «Лорд Генри Уоттон» для поста в соцсетях

61 цитата персонажа «Лорд Генри Уоттон» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Нет ничего невозможного для тех, кто обладает двумя привилегиями — красотой и молодостью.

   Нет ничего невозможного для тех, кто обладает двумя привилегиями — красотой и молодостью.

   — Дориан Грей (Dorian Gray) · фильм
2. «

   Некоторые люди очень охотно отдают то, что им самим крайне необходимо. Вот что я называю верхом великодушия!

   Некоторые люди очень охотно отдают то, что им самим крайне необходимо. Вот что я называю верхом великодушия!

   — Оскар Уайльд · книга
3. «

   ...надо знать этот великий секрет жизни: лечите душу ощущениями, а ощущения пусть врачует душа.

   ...надо знать этот великий секрет жизни: лечите душу ощущениями, а ощущения пусть врачует душа.

   — Оскар Уайльд · книга
4. «

   Молодость — единственное богатство, которое стоит беречь... Она делает царями тех, кто ею обладает.

   Молодость — единственное богатство, которое стоит беречь... Она делает царями тех, кто ею обладает.

   — Оскар Уайльд · книга
5. «

   Все мы готовы верить в других по той простой причине, что боимся за себя. В основе оптимизма лежит чистейший страх. Мы приписываем нашим ближним те добродетели, из которых можем извлечь выгоду для себя, и воображаем, что делаем это из великодушия. Хвалим банкира, потому что хочется верить, что он увеличит нам кредит в своем банке, и находим хорошие черты даже у разбойника с большой дороги, в надежде что он пощадит наши карманы.

   Все мы готовы верить в других по той простой причине, что боимся за себя. В основе оптимизма лежит чистейший страх. Мы приписываем нашим ближним те добродетели, из которых можем извлечь выгоду для себя, и воображаем, что делаем это из великодушия. Хвалим банкира, потому что хочется верить, что он увеличит нам кредит в своем банке, и находим хорошие черты даже у разбойника с большой дороги, в надежде что он пощадит наши карманы.

   — Оскар Уайльд · книга
6. «

   Я ещё могу примириться с грубой силой, но грубая, тупая рассудочность совершенно невыносима.

   Я ещё могу примириться с грубой силой, но грубая, тупая рассудочность совершенно невыносима.

   — Оскар Уайльд · книга
7. «

   Вы, допустим, воображаете себя человеком сильным и думаете, что вам ничто не угрожает. А между тем случайное освещение предметов в комнате, тон утреннего неба, запах, когда-то любимый вами и навеявший смутные воспоминания, строка забытого стихотворения, которое снова встретилось вам в книге, музыкальная фраза из пьесы, которую вы давно уже не играли, — вот от каких мелочей зависит течение нашей жизни.

   Вы, допустим, воображаете себя человеком сильным и думаете, что вам ничто не угрожает. А между тем случайное освещение предметов в комнате, тон утреннего неба, запах, когда-то любимый вами и навеявший смутные воспоминания, строка забытого стихотворения, которое снова встретилось вам в книге, музыкальная фраза из пьесы, которую вы давно уже не играли, — вот от каких мелочей зависит течение нашей жизни.

   — Оскар Уайльд · книга
8. «

   Кто к жизни относится как художник, тому мозгом служит душа.

   Кто к жизни относится как художник, тому мозгом служит душа.

   — Оскар Уайльд · книга
9. «

   Спорят только безнадёжные кретины.

   Спорят только безнадёжные кретины.

   — Оскар Уайльд · книга
10. «

    О любви писать выгодно, на нее большой спрос. В наше время разбитое сердце выдерживает множество изданий.

    О любви писать выгодно, на нее большой спрос. В наше время разбитое сердце выдерживает множество изданий.

    — Оскар Уайльд · книга
11. «

    В вас всегда будут влюбляться, и вы всегда будете влюблены в любовь.

    В вас всегда будут влюбляться, и вы всегда будете влюблены в любовь.

    — Оскар Уайльд · книга
12. «

    — Она мне очень нравится, но я не влюблен в нее. — А она влюблена в вас, хотя нравитесь вы ей не очень.

    — Она мне очень нравится, но я не влюблен в нее. — А она влюблена в вас, хотя нравитесь вы ей не очень.

    — Оскар Уайльд · книга
13. «

    Частенько подлинные трагедии в жизни принимают такую неэстетическую форму, что оскорбляют нас своим грубым неистовством, крайней нелогичностью и бессмысленностью, полным отсутствием изящества. Они нам претят, как все вульгарное. Мы чуем в них одну лишь грубую животную силу и восстаем против неё. Но случается, что мы в жизни наталкиваемся на драму, в которой есть элементы художественной красоты. Если красота эта — подлинная, то драматизм события нас захватывает. И мы неожиданно замечаем, что мы уже более не действующие лица, а только зрители этой трагедии. Или, вернее, то и другое вместе. Мы наблюдаем самих себя, и самая необычайность такого зрелища нас увлекает.

    Частенько подлинные трагедии в жизни принимают такую неэстетическую форму, что оскорбляют нас своим грубым неистовством, крайней нелогичностью и бессмысленностью, полным отсутствием изящества. Они нам претят, как все вульгарное. Мы чуем в них одну лишь грубую животную силу и восстаем против неё. Но случается, что мы в жизни наталкиваемся на драму, в которой есть элементы художественной красоты. Если красота эта — подлинная, то драматизм события нас захватывает. И мы неожиданно замечаем, что мы уже более не действующие лица, а только зрители этой трагедии. Или, вернее, то и другое вместе. Мы наблюдаем самих себя, и самая необычайность такого зрелища нас увлекает.

    — Оскар Уайльд · книга
14. «

    Основание для всякой сплетни – вера в безнравственность.

    Основание для всякой сплетни – вера в безнравственность.

    — Оскар Уайльд · книга
15. «

    Чувства людей гораздо интереснее их мыслей.

    Чувства людей гораздо интереснее их мыслей.

    — Оскар Уайльд · книга
16. «

    Женщина может сделать мужчину праведником только одним способом: надоесть ему так, что он утратит всякий интерес к жизни.

    Женщина может сделать мужчину праведником только одним способом: надоесть ему так, что он утратит всякий интерес к жизни.

    — Оскар Уайльд · книга
17. «

    Вы удивительный человек, мистер Грей. Вы знаете больше, чем вам это кажется, но меньше, чем хотели бы знать.

    Вы удивительный человек, мистер Грей. Вы знаете больше, чем вам это кажется, но меньше, чем хотели бы знать.

    — Оскар Уайльд · книга
18. «

    … Красота – один из видов Гения, она еще выше Гения, ибо не требует понимания. Она – одно из великих явлений окружающего нас мира, как солнечный свет, или весна, или отражение в темных водах серебряного щита луны. Красота неоспорима. Она имеет высшее право на власть и делает царями тех, кто ею обладает.

    … Красота – один из видов Гения, она еще выше Гения, ибо не требует понимания. Она – одно из великих явлений окружающего нас мира, как солнечный свет, или весна, или отражение в темных водах серебряного щита луны. Красота неоспорима. Она имеет высшее право на власть и делает царями тех, кто ею обладает.

    — Оскар Уайльд · книга
19. «

    Смотреть плохую игру вредно для души...

    Смотреть плохую игру вредно для души...

    — Оскар Уайльд · книга
20. «

    Простые полевые цветы вянут, но опять расцветают. Каждый год в зеленой ночи листьев будут загораться все новые пурпурные звезды. А к нам молодость не возращается. Молодость! Молодость! В мире нет ничего ей равного!

    Простые полевые цветы вянут, но опять расцветают. Каждый год в зеленой ночи листьев будут загораться все новые пурпурные звезды. А к нам молодость не возращается. Молодость! Молодость! В мире нет ничего ей равного!

    — Оскар Уайльд · книга