12 цитат персонажа «Людвиг Керн» для статуса

Собрали 12 цитат персонажа «Людвиг Керн» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я утратил нечто, чего не было, и тем сильнее страдал от утраты.

   Я утратил нечто, чего не было, и тем сильнее страдал от утраты.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
2. «

   Это лучшая школа жизни, отец. Изучаешь жизнь снизу. А также людей. Поэтому потом никогда не разочаруешься.

   Это лучшая школа жизни, отец. Изучаешь жизнь снизу. А также людей. Поэтому потом никогда не разочаруешься.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   Поживёте ещё немного в эмиграции и поймёте: несчастье — самая обыденная вещь.

   Поживёте ещё немного в эмиграции и поймёте: несчастье — самая обыденная вещь.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   Сигарета в нужную минуту лучше, чем все идеалы мира.

   Сигарета в нужную минуту лучше, чем все идеалы мира.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   ...пока ты жив, ничто не потеряно до конца.

   ...пока ты жив, ничто не потеряно до конца.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
6. «

   И это все из-за того, что его и скучающего чиновника за письменным столом разделяла бумага, называемая паспортом. У них одна и та же температура тела, их глаза имели одно и то же строение, их нервы одинаково реагировали на одно и то же раздражение, их мысли текли по одним и тем же руслам, и все-таки их разделяла пропасть-ничего не было у них одинакового: удовольствие одного было мучением другого, один обладал всем-другой ничем; и пропастью, которая разделяла их, являлась эта бумага, на которой ничего не было, кроме имени и ничего не значащих данных.

   И это все из-за того, что его и скучающего чиновника за письменным столом разделяла бумага, называемая паспортом. У них одна и та же температура тела, их глаза имели одно и то же строение, их нервы одинаково реагировали на одно и то же раздражение, их мысли текли по одним и тем же руслам, и все-таки их разделяла пропасть-ничего не было у них одинакового: удовольствие одного было мучением другого, один обладал всем-другой ничем; и пропастью, которая разделяла их, являлась эта бумага, на которой ничего не было, кроме имени и ничего не значащих данных.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
7. «

   Нет время предаваться печали. В мире слишком много горя, Штайнер.

   Нет время предаваться печали. В мире слишком много горя, Штайнер.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Любой город перестаёт быть враждебным, как только ты в нём поел и попил.

   Любой город перестаёт быть враждебным, как только ты в нём поел и попил.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   Что за страна! — думал я, выходя на улицу. — Сорок два сорта мороженого, война и ни одного солдата на улице!

   Что за страна! — думал я, выходя на улицу. — Сорок два сорта мороженого, война и ни одного солдата на улице!

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Я-то знал: воспоминания, если уж хочешь ими пользоваться, надо держать под неусыпным контролем, как яд, иначе они могут и убить.

    Я-то знал: воспоминания, если уж хочешь ими пользоваться, надо держать под неусыпным контролем, как яд, иначе они могут и убить.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    — Но чего же мы ждём? — В сущности ничего. Когда наконец дождёшься, выясняется, что и ждать-то не стоило. Тогда начинаешь ждать чего-нибудь другого.

    — Но чего же мы ждём? — В сущности ничего. Когда наконец дождёшься, выясняется, что и ждать-то не стоило. Тогда начинаешь ждать чего-нибудь другого.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Когда одна из сторон только поддакивает, взаимопонимание даётся удивительно легко.

    Когда одна из сторон только поддакивает, взаимопонимание даётся удивительно легко.

    — Эрих Мария Ремарк · книга