— Знаешь, — говорит он, — когда-то давно я встретил девушку. Хрупкую и нежную. От нее пахло яблоками и буйством. Совершив переворот в моем сердце, она ушла.
— Мы договаривались, что обсуждать с ней это буду я. Что ты ей наплёл? — Ничего конкретного, так, общая беседа про то, что меня интересует больше всего. — Вы не обсуждали ничего, кроме секса? — Ты бываешь таким болваном, Люк! Представь, обсуждали, и много чего!
— Куда ты собрался? — Домой. — И тебе нужно столько багажа на несколько дней каникул? Люк опустился в кресло. — Чего-то не хватает в моей жизни, — вздохнул он. — Чего тебе не хватает? — Моей жизни.
— Извините, Дурка. — Нет, меня зовут Дарко, Дарко. — И если я засуну эту ручку тебе в задницу и напишу там своё имя, может, ты тогда запомнишь? Тебе смешно? — Да, то, что вы сказали про ручку в заднице, это было смешно. Это же невозможно написать в заднице. — И это не помогло бы мне запомнить. Кто может читать внутри своей задницы? — Тот, кому бы отрезали башку, а затем затолкали внутрь. — Это ведь невозможно, правда? Если вы отрежете голову, он будет мёртв, и не сможет ничего читать.
— Ты недооцениваешь себя. — улыбается он, осторожно касаясь моего затылка. — Всегда. Во всем. Это опасно. Ты способна на больше. — Ты уверен? — Да. — уверенно отвечает Люк. — И еще... Иногда ты совсем беспомощная. Меня это беспокоит.