Принадлежат ли дивные созвучья, Что в арфе дремлют, жадному торговцу, Который глух к гармониям небесным? Купил он право инструмент разбить, Но он не властен вызвать к жизни звуки И сочетать их в сладостную песнь.
— Смягчится век! С величьем королей В согласье полном будет счастье граждан. А человечность и необходимость Пойдут плечо к плечу. — Когда ж, скажите, Настал бы этот человечный век, Не будь жестоким наш?
Что меня толкнуло Поставить на сомнительную карту Все, все! Играть так дерзко с провиденьем! Кто этот человек, вообразивший, Что может направлять, как вседержитель, Игру судеб!
Добровольно Врожденное отринув благородство, Унизились они по доброй воле. Им страшно быть на высоте духовной, Убожество влечет их, и оковы, Украшенные мудростью трусливой, Они смиренно носят и смиренье Считают добродетелью.