23 известных цитаты персонажа «матушка Ветровоск»

23 цитаты персонажа «матушка Ветровоск» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   – Помоги мне встать, а? – А волшебное слово? – прорычал он. – О, не думаю, что такой религиозный человек, как ты, должен забивать себе голову всякими волшебными словами, – фыркнула матушка. – Священные слова куда лучше. Например: делай, что говорят, иначе я тебя искореню. Всегда действуют.

   – Помоги мне встать, а? – А волшебное слово? – прорычал он. – О, не думаю, что такой религиозный человек, как ты, должен забивать себе голову всякими волшебными словами, – фыркнула матушка. – Священные слова куда лучше. Например: делай, что говорят, иначе я тебя искореню. Всегда действуют.

   — Терри Пратчетт · книга
2. «

   Иногда приходится идти туда, куда ведут обстоятельства.

   Иногда приходится идти туда, куда ведут обстоятельства.

   — Терри Пратчетт · книга
3. «

   — Я знаю лишь одно: начинаешь баловаться с культами — начнёшь верить в духов, начинаешь верить в духов — начнёшь верить в демонов. А потом глядь — ты уже и в богов поверила. После этого всё, твоё дело — швах. — Но ведь все они и в самом деле существуют, — возразила нянюшка Ягг. — Это ещё не значит, что в них надо верить. Они от этого только наглеют.

   — Я знаю лишь одно: начинаешь баловаться с культами — начнёшь верить в духов, начинаешь верить в духов — начнёшь верить в демонов. А потом глядь — ты уже и в богов поверила. После этого всё, твоё дело — швах. — Но ведь все они и в самом деле существуют, — возразила нянюшка Ягг. — Это ещё не значит, что в них надо верить. Они от этого только наглеют.

   — Терри Пратчетт · книга
4. «

   – Я бы стала злой и раздражительной женой. – Это ясно и без слов. – Ха! А каким бы стал ты? Мне пришлось бы терпеть твое распутство и пьянство! – Распутство? – Мы говорим о том, что могло бы случиться. – Но я – волшебник! Нас едва можно назвать распутниками. Это нам запрещено законом. Или правилами. В общем, есть указания… – Но ты не стал бы волшебником. – К тому же я почти не пью. – Запил бы, если б женился на мне.

   – Я бы стала злой и раздражительной женой. – Это ясно и без слов. – Ха! А каким бы стал ты? Мне пришлось бы терпеть твое распутство и пьянство! – Распутство? – Мы говорим о том, что могло бы случиться. – Но я – волшебник! Нас едва можно назвать распутниками. Это нам запрещено законом. Или правилами. В общем, есть указания… – Но ты не стал бы волшебником. – К тому же я почти не пью. – Запил бы, если б женился на мне.

   — Терри Пратчетт · книга
5. «

   – Я вот думаю, правильно ли мы поступили? Насколько мне известно, вместо нас это должен был сделать какой-нибудь прекрасный принц. – Ха! – откликнулась летевшая впереди матушка. – И что толку? По-твоему, если кто продерется через эти дурацкие кусты, так из него уже и муж хороший выйдет? Типичное феекрестное мышление, вот что это такое! Думаешь, можно просто так ходить повсюду и награждать людей счастливым концом, хотят они того или нет? – А что плохого в счастливых концах? – горячо возразила Маграт. – Послушай, счастливый конец – это хорошо, но только тогда, когда все заканчивается действительно хорошо, – произнесла матушка Ветровоск, глядя на небо. – Нельзя навязывать людям счастливые концы. Возьмем, к примеру, счастливый брак. По идее, любой брак можно сделать счастливым – отруби молодоженам головы, как только они на венчании скажут «да», и всего делов. Но ведь так не годится. Нет, счастье так запросто не создашь… Матушка стала вглядываться в показавшийся на горизонте город. – Все когда-то кончается, – сказала она. – Вопрос только как.

   – Я вот думаю, правильно ли мы поступили? Насколько мне известно, вместо нас это должен был сделать какой-нибудь прекрасный принц. – Ха! – откликнулась летевшая впереди матушка. – И что толку? По-твоему, если кто продерется через эти дурацкие кусты, так из него уже и муж хороший выйдет? Типичное феекрестное мышление, вот что это такое! Думаешь, можно просто так ходить повсюду и награждать людей счастливым концом, хотят они того или нет? – А что плохого в счастливых концах? – горячо возразила Маграт. – Послушай, счастливый конец – это хорошо, но только тогда, когда все заканчивается действительно хорошо, – произнесла матушка Ветровоск, глядя на небо. – Нельзя навязывать людям счастливые концы. Возьмем, к примеру, счастливый брак. По идее, любой брак можно сделать счастливым – отруби молодоженам головы, как только они на венчании скажут «да», и всего делов. Но ведь так не годится. Нет, счастье так запросто не создашь… Матушка стала вглядываться в показавшийся на горизонте город. – Все когда-то кончается, – сказала она. – Вопрос только как.

   — Терри Пратчетт · книга
6. «

   — Немедленно пропусти нас, Шон Ягг. Шон отдал честь, едва не оглушив себя древком пики: — Пропускаю, госпожа Ветровоск! Его круглое честное лицо скрылось из вида. Через минуту или две до ведьм донесся скрип решетки. — Как это у тебя получается? — удивилась нянюшка. — Элементарно, — пожала плечами матушка. — Ты никогда не сделаешь так, чтобы его глупая голова взорвалась прямо у него на плечах. И он это знает. — Но я-то знаю, что ты так тоже никогда не поступишь. — Нет, не знаешь. Ты знаешь только, что пока до этого не доходило.

   — Немедленно пропусти нас, Шон Ягг. Шон отдал честь, едва не оглушив себя древком пики: — Пропускаю, госпожа Ветровоск! Его круглое честное лицо скрылось из вида. Через минуту или две до ведьм донесся скрип решетки. — Как это у тебя получается? — удивилась нянюшка. — Элементарно, — пожала плечами матушка. — Ты никогда не сделаешь так, чтобы его глупая голова взорвалась прямо у него на плечах. И он это знает. — Но я-то знаю, что ты так тоже никогда не поступишь. — Нет, не знаешь. Ты знаешь только, что пока до этого не доходило.

   — Терри Пратчетт · книга
7. «

   – Например, сейчас идет весьма интересный спор о природе греха. – И что они думают? Резко осуждают? – Не так все просто. Этот вопрос нельзя разложить на черное и белое. В нем много оттенков серого. – Ерунда. – Прошу прощения? – Серый цвет – это тот же белый, только грязный. Ты не знаешь элементарных вещей, я поражена. А грех, молодой человек, – это когда к людям относятся как к вещам. Включая отношение к самому себе. – Боюсь, все гораздо сложнее… – А я не боюсь. Потому что не сложнее. Когда люди начинают говорить, что все гораздо сложнее, это значит, они боятся, что правда им может не понравиться. Люди как вещи, с этого все и начинается. – Но есть ведь куда более серьезные преступления? – Однако все начинается с того, что о людях начинают думать как о вещах…

   – Например, сейчас идет весьма интересный спор о природе греха. – И что они думают? Резко осуждают? – Не так все просто. Этот вопрос нельзя разложить на черное и белое. В нем много оттенков серого. – Ерунда. – Прошу прощения? – Серый цвет – это тот же белый, только грязный. Ты не знаешь элементарных вещей, я поражена. А грех, молодой человек, – это когда к людям относятся как к вещам. Включая отношение к самому себе. – Боюсь, все гораздо сложнее… – А я не боюсь. Потому что не сложнее. Когда люди начинают говорить, что все гораздо сложнее, это значит, они боятся, что правда им может не понравиться. Люди как вещи, с этого все и начинается. – Но есть ведь куда более серьезные преступления? – Однако все начинается с того, что о людях начинают думать как о вещах…

   — Терри Пратчетт · книга
8. «

   Ты еще молода для таких вещей, но когда станешь старше, то поймешь, что многие люди практически не выходят за пределы своих голов. И ты тоже.

   Ты еще молода для таких вещей, но когда станешь старше, то поймешь, что многие люди практически не выходят за пределы своих голов. И ты тоже.

   — Терри Пратчетт · книга
9. «

   Королевство – штука мудреная. Тут много чего намешано. Идеи. Верность. Память. А потом из всех этих штуковин появляется новая форма жизни. Скорее даже не просто форма жизни, а живая идея. И складывается она из всего, что только есть в королевстве живого, а также из того, что народ себе соображает. И еще из того, что он думал раньше, еще до нашего рождения.

   Королевство – штука мудреная. Тут много чего намешано. Идеи. Верность. Память. А потом из всех этих штуковин появляется новая форма жизни. Скорее даже не просто форма жизни, а живая идея. И складывается она из всего, что только есть в королевстве живого, а также из того, что народ себе соображает. И еще из того, что он думал раньше, еще до нашего рождения.

   — Терри Пратчетт · книга
10. «

    Добро и зло — понятие относительное. Никогда нельзя сказать точно, хороший человек или плохой. Возможно, это зависит от того, в какой ситуации он оказывается.

    Добро и зло — понятие относительное. Никогда нельзя сказать точно, хороший человек или плохой. Возможно, это зависит от того, в какой ситуации он оказывается.

    — Терри Пратчетт · книга
11. «

    — А ты силен в своей вере? — Я пытаюсь. — Но ты прочел много книг. А книги, они ведь не способствуют вере. — Не способствуют. — И тем не менее ты ее сохранил? — Да. — Почему? — Если я лишусь веры, у меня ничего не останется.

    — А ты силен в своей вере? — Я пытаюсь. — Но ты прочел много книг. А книги, они ведь не способствуют вере. — Не способствуют. — И тем не менее ты ее сохранил? — Да. — Почему? — Если я лишусь веры, у меня ничего не останется.

    — Терри Пратчетт · книга
12. «

    Один шанс на миллион, — заверила она, — выпадает девять раз из десяти.

    Один шанс на миллион, — заверила она, — выпадает девять раз из десяти.

    — Терри Пратчетт · книга
13. «

    – А тот омут? Неужели не помнишь? Однажды, лунной ночью, ты нырнул в него… – Тогда я был молодым и глупым. – Ну и что? А сейчас ты старый и глупый.

    – А тот омут? Неужели не помнишь? Однажды, лунной ночью, ты нырнул в него… – Тогда я был молодым и глупым. – Ну и что? А сейчас ты старый и глупый.

    — Терри Пратчетт · книга
14. «

    — Что такое корона? Ребенка спрятать гораздо труднее. — Глупости, — перебила матушка. — Сама подумай, сколько в стране детишек, и все на одно лицо. А вот корон — раз-два и обчелся.

    — Что такое корона? Ребенка спрятать гораздо труднее. — Глупости, — перебила матушка. — Сама подумай, сколько в стране детишек, и все на одно лицо. А вот корон — раз-два и обчелся.

    — Терри Пратчетт · книга
15. «

    Малое знание может причинить немало бед, но оно и вполовину не так опасно, как дремучее невежество.

    Малое знание может причинить немало бед, но оно и вполовину не так опасно, как дремучее невежество.

    — Терри Пратчетт · книга
16. «

    — А что такое слон? — Нечто вроде барсука.

    — А что такое слон? — Нечто вроде барсука.

    — Терри Пратчетт · книга
17. «

    — Как ты думаешь, у тебя будут неприятности? — спросила она. — Вполне возможно, — ответила Тиффани. — Тебе нужна какая — нибудь помощь? — Если это будут мои неприятности, я с ними разберусь, — сказала Тиффани.

    — Как ты думаешь, у тебя будут неприятности? — спросила она. — Вполне возможно, — ответила Тиффани. — Тебе нужна какая — нибудь помощь? — Если это будут мои неприятности, я с ними разберусь, — сказала Тиффани.

    — Терри Пратчетт · книга
18. «

    И не лезьте в паранормальное, пока не поймете, что такое нормально.

    И не лезьте в паранормальное, пока не поймете, что такое нормально.

    — Терри Пратчетт · книга
19. «

    Мудрости человек сам учиться должен.

    Мудрости человек сам учиться должен.

    — Терри Пратчетт · книга
20. «

    Терпеть не могу, когда порядочной еде дают всякие там дурацкие названия и людям даже не понять, что они едят, — фыркнула матушка, твердо решившая до конца изобличить недостатки чужеземной кухни. — Человек должен есть то, что знает. Название должно быть простым.

    Терпеть не могу, когда порядочной еде дают всякие там дурацкие названия и людям даже не понять, что они едят, — фыркнула матушка, твердо решившая до конца изобличить недостатки чужеземной кухни. — Человек должен есть то, что знает. Название должно быть простым.

    — Терри Пратчетт · книга