21 цитата персонажа «Морин» на каждый день

Ниже 21 цитата персонажа «Морин»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   В конце девятнадцатого века в большинстве штатов женщины не имели права голоса, не имели право подписывать контракты, владеть недвижимостью, заседать в суде присяжных и заниматься прочей гражданской деятельностью без согласия мужчины: отца, мужа или старшего сына. Большинство профессий, ремесел и занятий для женщин было заказано. Женщина-адвокат, женщина-врач, женщина-инженер представляли собой такое же диво, как танцующий медведь.

   В конце девятнадцатого века в большинстве штатов женщины не имели права голоса, не имели право подписывать контракты, владеть недвижимостью, заседать в суде присяжных и заниматься прочей гражданской деятельностью без согласия мужчины: отца, мужа или старшего сына. Большинство профессий, ремесел и занятий для женщин было заказано. Женщина-адвокат, женщина-врач, женщина-инженер представляли собой такое же диво, как танцующий медведь.

   — Роберт Хайнлайн · книга
2. «

   Я твердо поняла, что, даже если секс и не всё на свете, замуж выйти я всё-таки хочу – и за такого мужчину, с которым хочется лечь спать пораньше.

   Я твердо поняла, что, даже если секс и не всё на свете, замуж выйти я всё-таки хочу – и за такого мужчину, с которым хочется лечь спать пораньше.

   — Роберт Хайнлайн · книга
3. «

   История повторяется кое-когда и кое в чем.

   История повторяется кое-когда и кое в чем.

   — Роберт Хайнлайн · книга
4. «

   Я убедилась, что в отношениях с мужчиной самое трудное – прекратить эти отношения, когда он этого не хочет.

   Я убедилась, что в отношениях с мужчиной самое трудное – прекратить эти отношения, когда он этого не хочет.

   — Роберт Хайнлайн · книга
5. «

   Если я когда-нибудь и чувствую себя верующей, то лишь когда играют похоронный «отбой».

   Если я когда-нибудь и чувствую себя верующей, то лишь когда играют похоронный «отбой».

   — Роберт Хайнлайн · книга
6. «

   Изучая историю своей родной планеты и своего столетия в разных параллелях времени, я узнала, что упадок и разрушение, наступавшие во всех параллелях, объединяла одна общая черта: безграмотность.

   Изучая историю своей родной планеты и своего столетия в разных параллелях времени, я узнала, что упадок и разрушение, наступавшие во всех параллелях, объединяла одна общая черта: безграмотность.

   — Роберт Хайнлайн · книга
7. «

   В учении «мир как миф» понятия «свободная воля» и «предопределение» ничего не значат. Не имеют семантического смысла. Если мы — просто персонажи в придуманной кем-то фабуле, с тем же успехом можно говорить о «свободной воле» и «предопределении» шахматных фигур. Когда партия сыграна и фигуры собраны обратно в коробку, разве сетует белая королева, не в силах уснуть: «Не надо было мне брать ту пешку!»

   В учении «мир как миф» понятия «свободная воля» и «предопределение» ничего не значат. Не имеют семантического смысла. Если мы — просто персонажи в придуманной кем-то фабуле, с тем же успехом можно говорить о «свободной воле» и «предопределении» шахматных фигур. Когда партия сыграна и фигуры собраны обратно в коробку, разве сетует белая королева, не в силах уснуть: «Не надо было мне брать ту пешку!»

   — Роберт Хайнлайн · книга
8. «

   Ходжа Насреддин однажды появился при дворе в роскошном тюрбане и попросил денег на благотворительность. — Пришел просить денег, а сам носишь такой великолепный и, без сомнения, очень дорогой тюрбан, — ответил ему властелин. — Сколько стоит эта необыкновенная вещь? — Пятьсот золотых, — отвечал ему суфийский мудрец. — Это ложь, — прошептал на ухо повелителю его визирь. — Ни один тюрбан не может стоить таких денег. Однако Насреддин стоял на своем: — Я пришел сюда не только просить, но и договариваться. Я заплатил такие деньги за тюрбан, ибо знал, что во всем подлунном мире только наш повелитель сможет купить его за шестьсот золотых. Чтобы полученный доход я мог обратить в пользу неимущих. Польщенный султан выплатил требуемую сумму. А мудрец, выходя из дворца, сказал визирю: — Ты прекрасно знаешь, сколько стоит тюрбан, а вот предел, до которого доводит человека его суетность, известен мне одному

   Ходжа Насреддин однажды появился при дворе в роскошном тюрбане и попросил денег на благотворительность. — Пришел просить денег, а сам носишь такой великолепный и, без сомнения, очень дорогой тюрбан, — ответил ему властелин. — Сколько стоит эта необыкновенная вещь? — Пятьсот золотых, — отвечал ему суфийский мудрец. — Это ложь, — прошептал на ухо повелителю его визирь. — Ни один тюрбан не может стоить таких денег. Однако Насреддин стоял на своем: — Я пришел сюда не только просить, но и договариваться. Я заплатил такие деньги за тюрбан, ибо знал, что во всем подлунном мире только наш повелитель сможет купить его за шестьсот золотых. Чтобы полученный доход я мог обратить в пользу неимущих. Польщенный султан выплатил требуемую сумму. А мудрец, выходя из дворца, сказал визирю: — Ты прекрасно знаешь, сколько стоит тюрбан, а вот предел, до которого доводит человека его суетность, известен мне одному

   — Пауло Коэльо · книга
9. «

   Мужики живы гордостью. Убей эту гордость, и они больше не смогут содержать жену и детей.

   Мужики живы гордостью. Убей эту гордость, и они больше не смогут содержать жену и детей.

   — Роберт Хайнлайн · книга
10. «

    Неужели рай для тех, кто верит в него, так же реален, как Канзас-Сити?

    Неужели рай для тех, кто верит в него, так же реален, как Канзас-Сити?

    — Роберт Хайнлайн · книга
11. «

    Пусть муж всегда возвращается домой с радостью, а уезжает с сожалением. Пусть дети весело встречают его, но не слишком на нем виснут. Ему нужна мать его детей — но нужна также любящая доступная женщина. Если ты не хочешь быть ею, он найдет таковую в другом месте.

    Пусть муж всегда возвращается домой с радостью, а уезжает с сожалением. Пусть дети весело встречают его, но не слишком на нем виснут. Ему нужна мать его детей — но нужна также любящая доступная женщина. Если ты не хочешь быть ею, он найдет таковую в другом месте.

    — Роберт Хайнлайн · книга
12. «

    Самыми длинными годами моей жизни были те, что я провела, поджидая мужчин с войны. В том числе и тех, кто не вернулся.

    Самыми длинными годами моей жизни были те, что я провела, поджидая мужчин с войны. В том числе и тех, кто не вернулся.

    — Роберт Хайнлайн · книга
13. «

    Мы совсем не знаем друг друга — а уж своих родных и подавно.

    Мы совсем не знаем друг друга — а уж своих родных и подавно.

    — Роберт Хайнлайн · книга
14. «

    Замахнись на невозможное. Перемахни несколько ступенек, раз уж по воле судьбы оказалась у подножия. Лезь вверх, пока не выдернули лестницу. Будет страшно — помолись, но не отступай.

    Замахнись на невозможное. Перемахни несколько ступенек, раз уж по воле судьбы оказалась у подножия. Лезь вверх, пока не выдернули лестницу. Будет страшно — помолись, но не отступай.

    — Пауло Коэльо · книга
15. «

    Меня учили, что единственный смертный грех, единственное преступление против самого себя — это принимать что-либо на веру.

    Меня учили, что единственный смертный грех, единственное преступление против самого себя — это принимать что-либо на веру.

    — Роберт Хайнлайн · книга
16. «

    Я предпочитаю, чтобы мои дети были счастливы, а не нравственны. Мне хочется, чтобы им было хорошо.

    Я предпочитаю, чтобы мои дети были счастливы, а не нравственны. Мне хочется, чтобы им было хорошо.

    — Роберт Хайнлайн · книга
17. «

    У кошек есть один крупный недостаток. Если уж ты берешь их, то на всю жизнь — на всю кошачью жизнь. Кошки не говорят по-английски — им не объяснишь, почему ты нарушил свое обещание. Если кошку бросить, она умрет и будет являться тебе по ночам.

    У кошек есть один крупный недостаток. Если уж ты берешь их, то на всю жизнь — на всю кошачью жизнь. Кошки не говорят по-английски — им не объяснишь, почему ты нарушил свое обещание. Если кошку бросить, она умрет и будет являться тебе по ночам.

    — Роберт Хайнлайн · книга
18. «

    Когда мне хорошо и я счастлива, от меня пахнет, как от кошки в марте. Но сегодня мне было плохо. Сначала меня напугал мертвец, потом машины своим вяканьем вывели меня из себя — а это дает совсем другой запах. Кошка, которой неохота, может спокойно пройти через целое сборище котов, и никто её даже не заметит. Как не замечали меня.

    Когда мне хорошо и я счастлива, от меня пахнет, как от кошки в марте. Но сегодня мне было плохо. Сначала меня напугал мертвец, потом машины своим вяканьем вывели меня из себя — а это дает совсем другой запах. Кошка, которой неохота, может спокойно пройти через целое сборище котов, и никто её даже не заметит. Как не замечали меня.

    — Роберт Хайнлайн · книга
19. «

    Но бояться секса и любви? Что же в них страшного? И ты не бойся, милый. Я буду любить тебя, как умею. А если чего-то не сумею – научи меня, и я попробую.

    Но бояться секса и любви? Что же в них страшного? И ты не бойся, милый. Я буду любить тебя, как умею. А если чего-то не сумею – научи меня, и я попробую.

    — Роберт Хайнлайн · книга
20. «

    Вообще не буду защищаться от сплетен. Не стану обращать на них внимания. Люди подобного сорта только и хотят, чтобы их заметили. Самый жестокий способ обойтись с ними — это вести себя так, будто их не существует.

    Вообще не буду защищаться от сплетен. Не стану обращать на них внимания. Люди подобного сорта только и хотят, чтобы их заметили. Самый жестокий способ обойтись с ними — это вести себя так, будто их не существует.

    — Роберт Хайнлайн · книга