На востоке всё решает Солнце. Оно вселяет в одних смех и веселье, но у других оно выжигает гостеприимство и братское чувство. Однажды теплым, светлым утром на базаре, такую злую новость людям рассказали. У Али и Касыма, двух братьев родных, умер старый отец, умер добрый отец — рассказали... Брат Касым, старший брат, стал наследство копить, торговать, покупать, прибавлять и растить — рассказали... Младший, Али — Баба, стал дарить, угощать, всё гостям раздавать, бедняков баловать — рассказали... За Касыма, женой, отдал дочь Фатиму, отдал главный судья и в придачу дворец — рассказали... В жены Али — Баба, взял подругу Зейнаб, ей на свадьбу кувшин отдал бедный отец — рассказали... Обыкновенный старый кувшин. Одному — кувшин, другому — дворец... Да...
— Ай, до чего старая у тебя чалма, лысина просвечивает... Возьми новую, на здоровье! Белее снега, носи на память! Что же с братом? — Спасибо, щедрый человек. О брате ходят злые толки, что будто бы не волки, а бандиты... И не загрызли, а зарезали... Не перебивай. Погоди же. — Мустафа! Прости, потом расскажешь всё. Возьми динар, ты покажи дорогу к дому брата! — Пошли. Спасибо тебе, пошли. История груба, зато каков ваш третий брат, Алибаба... Ты любишь, брата своего, Алибабу? — Кого? А да, люблю. Он разве не в гробу? — Касым в гробу! Ты помешался с горя! Алибаба купил его дворец вчера, живут одной семьёй. не зная горя. А умер старший ваш, Касым. Ты помешался с горя. Вот он. — Постой, где этот дом? Ага, спасибо. Возьми за помощь золотой, ступай назад. — Ещё один динар? Огромное спасибо! Вот это, братья, да!..
— Здравствуй, старик. Не знаю, как тебя зовут. Ты человек здешний? — Здравствуй путник. Зовусь я Мустафой. Садись и слушай. Я человек сапожный, выпей чай. Продолжай! — Я понял, ты любитель разговора. Я очень рад... — Не перебивай! Сиди, отдыхай. А что взгляд твой такой тревожный? — Чей взгляд? Мой взгляд? Нормальный взгляд... А., нет, ты прав, тревожный. У меня здесь умер брат. — Вот так дела! Ещё брат? Скажи мне, как его зовут, если это возможно? — На это сам ответишь, Мустафа! Я города не знаю, брата с детства не видал... Вот только что узнал, что день назад... — В горах его загрызли волки? — Ага! Пожалуй, волки, если больше здесь никто не помирал?
Это быль, уже не быль, а небыль. Вдоль ущелья только пыль до неба. Там где за день двух людей не встретил, От людей и лошадей — ужасный ветер. Сорок конных, безобразных — ураган, Впереди их одноглазый атаман.
— На востоке простор... [Зейнаб в переживаниях слыша песню Алибабы принимает её за обман слуха] — Мой рассудок очень слаб. Голос твой мерещится Алибаб. Ты мне слышишься счастливым Алибаб. Забери меня с собой Алибаба... — По-молчи Зейнаб! Иди сюда, гляди сюда, молчи! Налей мне чай и помогай, молчи! Тише ресницами моргай, молчи! Султан услышит и динары прощай, молчи! Динары в землю засыпай, молчи! Динары народу раздам, Зейнаб ты станешь вроде звезда. — Алибаба, ты сходишь с ума, какие динары? Откуда? За кражу нас завтра посадят в зиндан... — Зиндан в переводе тюрьма.
Но никто не дал решить, не видать таких ночей, не было короче у Касыма ночи... — Салам алейкум, Касым! Здравству, старший брат. Как сей восход прекрасен, так тебе я рад. Как говорила наша бабушка: «Кто обидел эти маленькие глазки». — В моём доме, нету жизни, тишина! От меня ушла моя Фати-жена... Лишь тобой моя душа обижена! В моём доме, нету жизни, тишина!