18 цитат персонажа «Натали» — от иронии до философии

Ниже 18 цитат персонажа «Натали»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Люди меня жалеют, однако не думаю, что они сочувствуют по-настоящему, ведь для них я словно с другой планеты, на которую никто не хотел бы попасть.

   Люди меня жалеют, однако не думаю, что они сочувствуют по-настоящему, ведь для них я словно с другой планеты, на которую никто не хотел бы попасть.

   — Николас Спаркс · книга
2. «

   ... Быть может, у вас тоже бывает подобное состояние кайфа, когда вы, скажем, покупаете неприлично дорогую сумочку, зная, что ваш банковский кредит уже на пределе. Наступает момент, когда вы просто физически не можете остановиться. Когда кажется, что все ваше существование зависит только от этой сумочки, и ваша душа надрывается, вожделея ее. Вы готовы рискнуть своим домом, репутацией, карьерой, готовы сесть в долговую тюрьму, — и все ради этой сумочки. «Да, да, прошу вас, просто возьмите мою карточку, девушка, и дайте мне вон ту, мать вашу, су-моч-куууууу!!!»

   ... Быть может, у вас тоже бывает подобное состояние кайфа, когда вы, скажем, покупаете неприлично дорогую сумочку, зная, что ваш банковский кредит уже на пределе. Наступает момент, когда вы просто физически не можете остановиться. Когда кажется, что все ваше существование зависит только от этой сумочки, и ваша душа надрывается, вожделея ее. Вы готовы рискнуть своим домом, репутацией, карьерой, готовы сесть в долговую тюрьму, — и все ради этой сумочки. «Да, да, прошу вас, просто возьмите мою карточку, девушка, и дайте мне вон ту, мать вашу, су-моч-куууууу!!!»

   — Анна Макстед · книга
3. «

   И радостное, и грустное – все ценно, так как это опыт, жизнь, в которой каждое мгновение имеет свой смысл.

   И радостное, и грустное – все ценно, так как это опыт, жизнь, в которой каждое мгновение имеет свой смысл.

   — Эльчин Сафарли · книга
4. «

   Мир иллюзий способен разрушить мир реальный...

   Мир иллюзий способен разрушить мир реальный...
5. «

   В детстве я ходила в церковь по вечерам — в воскресенье и в среду. Как всякая порядочная баптистка. Мне даже нравилось. Мир казался простым и понятным. Став старше, я осознала, что это не так. Бог, как мне говорили, наделил людей свободой, однако я не могла понять, откуда в мире столько боли. Почему Бог, такой добрый и любящий, позволяет невинным людям страдать?

   В детстве я ходила в церковь по вечерам — в воскресенье и в среду. Как всякая порядочная баптистка. Мне даже нравилось. Мир казался простым и понятным. Став старше, я осознала, что это не так. Бог, как мне говорили, наделил людей свободой, однако я не могла понять, откуда в мире столько боли. Почему Бог, такой добрый и любящий, позволяет невинным людям страдать?

   — Николас Спаркс · книга
6. «

   — Стресс сильно усложняет жизнь. — Я думала, стресс — неотъемлемая часть жизни. — Конечно, именно поэтому его и не вылечить.

   — Стресс сильно усложняет жизнь. — Я думала, стресс — неотъемлемая часть жизни. — Конечно, именно поэтому его и не вылечить.

   — Николас Спаркс · книга
7. «

   – Как мы спустимся к ним? Без всяких объяснений? – Это единственный способ. Никогда не нужно ничего объяснять.

   – Как мы спустимся к ним? Без всяких объяснений? – Это единственный способ. Никогда не нужно ничего объяснять.

   — Франсуаза Саган · книга
8. «

   Знаешь, вот бежишь по жизни, как по замкнутому кругу. Бежишь и не понимаешь, что он замкнут. Понимание приходит только тогда, когда начинает уже тошнить от частых поворотов и мельтешащего пейзажа вокруг. И свернуть нельзя, и сойти нельзя. Но зато можно на время остановиться рядом с людьми, которые слышат тебя…

   Знаешь, вот бежишь по жизни, как по замкнутому кругу. Бежишь и не понимаешь, что он замкнут. Понимание приходит только тогда, когда начинает уже тошнить от частых поворотов и мельтешащего пейзажа вокруг. И свернуть нельзя, и сойти нельзя. Но зато можно на время остановиться рядом с людьми, которые слышат тебя…

   — Эльчин Сафарли · книга
9. «

   — А вдруг ей плохо, — буркнула Натали, потирая виски кончиками пальцев. — Если у тебя похмелье, это ещё не значит, что оно должно быть у всех.

   — А вдруг ей плохо, — буркнула Натали, потирая виски кончиками пальцев. — Если у тебя похмелье, это ещё не значит, что оно должно быть у всех.

   — Кира Касс · книга
10. «

    Порой ты сталкиваешься с невероятно сложным выбором. И все кончается плохо, что бы ты ни сделал.

    Порой ты сталкиваешься с невероятно сложным выбором. И все кончается плохо, что бы ты ни сделал.

    — Николас Спаркс · книга
11. «

    Если женщине нравится мужчина, она беспрестанно – к месту и не к месту – вставляет его имя в разговор.

    Если женщине нравится мужчина, она беспрестанно – к месту и не к месту – вставляет его имя в разговор.

    — Анна Макстед · книга
12. «

    В сущности, ты только это и любишь, — говорила она. — Ты заявляешь, что тебе ненавистны дикие нелепицы, свойственные нашему веку, его ложь и насилие. Но ты в нашем веке как рыба в воде, ты прекрасно плаваешь во всем этом, конечно, против течения, но уж очень ловко. Ты выключаешь у себя телевизор, ты выключаешь радио, но только потому, что тебе нравится их выключать. Этим ты выделяешься.

    В сущности, ты только это и любишь, — говорила она. — Ты заявляешь, что тебе ненавистны дикие нелепицы, свойственные нашему веку, его ложь и насилие. Но ты в нашем веке как рыба в воде, ты прекрасно плаваешь во всем этом, конечно, против течения, но уж очень ловко. Ты выключаешь у себя телевизор, ты выключаешь радио, но только потому, что тебе нравится их выключать. Этим ты выделяешься.

    — Франсуаза Саган · книга
13. «

    — Летом уезжаю в Балтимор — изучать психиатрию. — Почему именно психиатрия? — Хочу помогать ветеранам с посттравматическим синдромом. Сейчас такие врачи необходимы. Пережитое на войне порой не покидает человека и дома.

    — Летом уезжаю в Балтимор — изучать психиатрию. — Почему именно психиатрия? — Хочу помогать ветеранам с посттравматическим синдромом. Сейчас такие врачи необходимы. Пережитое на войне порой не покидает человека и дома.

    — Николас Спаркс · книга
14. «

    Порочные Бывшие по определению должны оставаться порочными на все сто. Тогда ты точно знаешь, как себя с ними вести. Можешь с чистой совестью их ненавидеть, можешь желать им зла, можешь надеяться, что молоко их жизни рано или поздно скиснет и свернется, – и все потому, что ты прекрасно знаешь: они – воплощение Порока и должны получить по заслугам.

    Порочные Бывшие по определению должны оставаться порочными на все сто. Тогда ты точно знаешь, как себя с ними вести. Можешь с чистой совестью их ненавидеть, можешь желать им зла, можешь надеяться, что молоко их жизни рано или поздно скиснет и свернется, – и все потому, что ты прекрасно знаешь: они – воплощение Порока и должны получить по заслугам.

    — Анна Макстед · книга
15. «

    ... она всегда опасалась своих партнёров. Она никогда не отдавалась полностью и, впрочем, была права. Но, избегая впадать в эти «ошибки», она лишилась информации, переживаний, всего того, что даёт любовь, когда отдаёшь себя целиком.

    ... она всегда опасалась своих партнёров. Она никогда не отдавалась полностью и, впрочем, была права. Но, избегая впадать в эти «ошибки», она лишилась информации, переживаний, всего того, что даёт любовь, когда отдаёшь себя целиком.

    — Бернар Вербер · книга
16. «

    Есть три вида плача. Один — громкий, со стенаниями, горючими слезами и обильными соплями, плач из разряда «смотри, что ты со мной сделал», что исполняется перед виноватым бойфрендом, пожинающим горькие плоды своей жестокости и навеки обреченным на неустанное проявление внимательности. Второй — тихий, с головной болью и безумным выражением лица, плач во имя самоуспокоения: роскошь, строго говоря, вынужденная, когда слезные протоки остаются совершенно сухими. Когда ты искренне веришь, что заслуживаешь право на рыдание, и решительно настраиваешься на то, чтобы вызвать жалость к самой себе. И, наконец, третий — скорбный, сдавленный плач, что-то вроде плача Мадонны (в смысле, Девы Марии — это я уточняю для полной ясности): когда перед лицом жестокого мира льются невинные слезы скорби, горестно скатывающиеся по лицу и беспрепятственно (ваш образ в этом случае слишком смиренен и кроток, чтобы воспользоваться платком) капающие на монашеский апостольник.

    Есть три вида плача. Один — громкий, со стенаниями, горючими слезами и обильными соплями, плач из разряда «смотри, что ты со мной сделал», что исполняется перед виноватым бойфрендом, пожинающим горькие плоды своей жестокости и навеки обреченным на неустанное проявление внимательности. Второй — тихий, с головной болью и безумным выражением лица, плач во имя самоуспокоения: роскошь, строго говоря, вынужденная, когда слезные протоки остаются совершенно сухими. Когда ты искренне веришь, что заслуживаешь право на рыдание, и решительно настраиваешься на то, чтобы вызвать жалость к самой себе. И, наконец, третий — скорбный, сдавленный плач, что-то вроде плача Мадонны (в смысле, Девы Марии — это я уточняю для полной ясности): когда перед лицом жестокого мира льются невинные слезы скорби, горестно скатывающиеся по лицу и беспрепятственно (ваш образ в этом случае слишком смиренен и кроток, чтобы воспользоваться платком) капающие на монашеский апостольник.

    — Анна Макстед · книга
17. «

    Каждая незначительная мелочь может оказаться большим делом, если к ней отнестись внимательно и с любовью.

    Каждая незначительная мелочь может оказаться большим делом, если к ней отнестись внимательно и с любовью.

    — Эльчин Сафарли · книга
18. «

    Здешние люди не любят перемен. Малейшее изменение лишает их душевного покоя.

    Здешние люди не любят перемен. Малейшее изменение лишает их душевного покоя.

    — Питер Мейл · книга