36 цитат персонажа «Оливер Маркс» со смыслом

Собрали 36 цитат персонажа «Оливер Маркс» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Её смех был диким и прекрасным, словно распустившаяся тигровая лилия.

   Её смех был диким и прекрасным, словно распустившаяся тигровая лилия.

   — М. Л. Рио · книга
2. «

   Мы оказались мягкими и податливыми, как глина, и замешательство слепило из нас шедевр.

   Мы оказались мягкими и податливыми, как глина, и замешательство слепило из нас шедевр.

   — М. Л. Рио · книга
3. «

   Он заявил – и довольно гордо – о даре пугать людей, но признался, что боится оказаться главным злодеем в собственной жизни.

   Он заявил – и довольно гордо – о даре пугать людей, но признался, что боится оказаться главным злодеем в собственной жизни.

   — М. Л. Рио · книга
4. «

   В ней было нечто холодное и универсальное, что делало ее одинаково убедительной как в роли Горацио, так и в роли Эмилии.

   В ней было нечто холодное и универсальное, что делало ее одинаково убедительной как в роли Горацио, так и в роли Эмилии.

   — М. Л. Рио · книга
5. «

   Любой учебный предмет может превратиться в наказание, если его плохо преподают.

   Любой учебный предмет может превратиться в наказание, если его плохо преподают.

   — М. Л. Рио · книга
6. «

   Она была универсальна, но, поскольку не имела своего типажа, боялась навсегда застрять в ролях второстепенных и незначительных.

   Она была универсальна, но, поскольку не имела своего типажа, боялась навсегда застрять в ролях второстепенных и незначительных.

   — М. Л. Рио · книга
7. «

   Мы не видели перед собой ничего, кроме книг. Мы всегда были окружены словами и поэзией: все яростные страсти мира были заключены в кожу и пергамент. Вот на что я отчасти возлагаю вину за произошедшее. Наши собственные интриги и ошибки по сравнению с этим казались незначительными.

   Мы не видели перед собой ничего, кроме книг. Мы всегда были окружены словами и поэзией: все яростные страсти мира были заключены в кожу и пергамент. Вот на что я отчасти возлагаю вину за произошедшее. Наши собственные интриги и ошибки по сравнению с этим казались незначительными.

   — М. Л. Рио · книга
8. «

   Ничто и никогда не выглядело в ней простым, но в тот момент она казалась именно такой. Простой, близкой и красивой. Немного взъерошенной и немного сломленной.

   Ничто и никогда не выглядело в ней простым, но в тот момент она казалась именно такой. Простой, близкой и красивой. Немного взъерошенной и немного сломленной.

   — М. Л. Рио · книга
9. «

   Вы не можете количественно оценить человечность или измерить ее в каких-то там величинах. Люди не уравнения. Они порочны и подвержены страстям и ошибкам. Они противоречивы и поступают неправильно. Их воспоминания меркнут. Их обманывают собственные глаза.

   Вы не можете количественно оценить человечность или измерить ее в каких-то там величинах. Люди не уравнения. Они порочны и подвержены страстям и ошибкам. Они противоречивы и поступают неправильно. Их воспоминания меркнут. Их обманывают собственные глаза.

   — М. Л. Рио · книга
10. «

    – Никогда не задавался вопросом, знал ли Шекспир все эти роли так же хорошо, как мы? – Постоянно.

    – Никогда не задавался вопросом, знал ли Шекспир все эти роли так же хорошо, как мы? – Постоянно.

    — М. Л. Рио · книга
11. «

    Мередит по-прежнему оставалась самой сильной из нас. Если лед под ней проломится, рухнем мы все.

    Мередит по-прежнему оставалась самой сильной из нас. Если лед под ней проломится, рухнем мы все.

    — М. Л. Рио · книга
12. «

    – Ты будешь беречь мое сердце, как драгоценный камень в шкатулке? – Не знаю. Ты будешь носить мою голову в корзине, если меня обезглавят пираты?

    – Ты будешь беречь мое сердце, как драгоценный камень в шкатулке? – Не знаю. Ты будешь носить мою голову в корзине, если меня обезглавят пираты?

    — М. Л. Рио · книга
13. «

    В ее сексуальной привлекательности таилось нечто безжалостное: когда она двигалась, ты неотрывно наблюдал за ней, что бы ни происходило, хотел ты того или нет.

    В ее сексуальной привлекательности таилось нечто безжалостное: когда она двигалась, ты неотрывно наблюдал за ней, что бы ни происходило, хотел ты того или нет.

    — М. Л. Рио · книга
14. «

    Я думаю о них. Об остальных. О нас. Мы совершали дурные поступки, но они тоже были необходимы… или же так нам просто казалось. Как и в любой другой трагедии, роковой финал был неизбежен.

    Я думаю о них. Об остальных. О нас. Мы совершали дурные поступки, но они тоже были необходимы… или же так нам просто казалось. Как и в любой другой трагедии, роковой финал был неизбежен.

    — М. Л. Рио · книга
15. «

    Ряды скамеек напоминали галерею в зале суда, сотни пар глаз жгли мой затылок. Позже это ощущение стало привычным, но тогда я впервые его почувствовал. Вот она, уникальная пытка для актера – иметь безраздельное, отчаянное внимание публики и повернуться к ней спиной от стыда.

    Ряды скамеек напоминали галерею в зале суда, сотни пар глаз жгли мой затылок. Позже это ощущение стало привычным, но тогда я впервые его почувствовал. Вот она, уникальная пытка для актера – иметь безраздельное, отчаянное внимание публики и повернуться к ней спиной от стыда.

    — М. Л. Рио · книга
16. «

    Нас семеро, но ведь есть еще деревья, небо, озеро, луна и, конечно, Шекспир. Он жил с нами, как восьмой сосед по дому, старший, мудрый невидимый друг, который только что вышел из комнаты.

    Нас семеро, но ведь есть еще деревья, небо, озеро, луна и, конечно, Шекспир. Он жил с нами, как восьмой сосед по дому, старший, мудрый невидимый друг, который только что вышел из комнаты.

    — М. Л. Рио · книга
17. «

    Ричард не хотел, чтобы о нем помнили хорошее. Он жаждал опустошить тех, кто причинил ему зло. Нас.

    Ричард не хотел, чтобы о нем помнили хорошее. Он жаждал опустошить тех, кто причинил ему зло. Нас.

    — М. Л. Рио · книга
18. «

    – Я думал, в тюрьме из тебя выбьют стихотворное дерьмо. – Стихотворное дерьмо – единственное, что держало меня на плаву.

    – Я думал, в тюрьме из тебя выбьют стихотворное дерьмо. – Стихотворное дерьмо – единственное, что держало меня на плаву.

    — М. Л. Рио · книга
19. «

    Она бросилась на меня, а я не мог решить, то ли я хочу убить ее, то ли поцеловать.

    Она бросилась на меня, а я не мог решить, то ли я хочу убить ее, то ли поцеловать.

    — М. Л. Рио · книга
20. «

    Ее душевная обнаженность, которая проявилась так неожиданно, была завораживающей и величественной.

    Ее душевная обнаженность, которая проявилась так неожиданно, была завораживающей и величественной.

    — М. Л. Рио · книга