31 сильных цитата персонажа «Оруаль»

31 цитата персонажа «Оруаль» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ... как жестоки боги. От них нет спасения ни во сне, ни в безумии, ибо они властны даже над нашими грезами. Более того, именно тогда они обретают над нами наибольшую власть. Спастись от их могущества (если это вообще возможно) удается только тому, кто ведет трезвый образ жизни, всегда сохраняет ясный ум, постоянно трудится. Такой человек не слушает музыки и не смотрит лишком пристально ни на землю, ни на небеса и (это в первую очередь) никогда ни к кому не испытывает ни любви, ни привязанности.

   ... как жестоки боги. От них нет спасения ни во сне, ни в безумии, ибо они властны даже над нашими грезами. Более того, именно тогда они обретают над нами наибольшую власть. Спастись от их могущества (если это вообще возможно) удается только тому, кто ведет трезвый образ жизни, всегда сохраняет ясный ум, постоянно трудится. Такой человек не слушает музыки и не смотрит лишком пристально ни на землю, ни на небеса и (это в первую очередь) никогда ни к кому не испытывает ни любви, ни привязанности.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
2. «

   Жажда обладать тем, кому не можешь дать ничего, изнашивает сердце.

   Жажда обладать тем, кому не можешь дать ничего, изнашивает сердце.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
3. «

   Это такое странное чувство — видеть перед собой обычного человека, такого же, как ты сам, и знать, что один из вас обязательно убьет другого. Я впервые задумалась, как странно звучит самое слово «убить»; казалось, я услышала его в первый раз.

   Это такое странное чувство — видеть перед собой обычного человека, такого же, как ты сам, и знать, что один из вас обязательно убьет другого. Я впервые задумалась, как странно звучит самое слово «убить»; казалось, я услышала его в первый раз.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
4. «

   Я знала мир слишком хорошо, чтобы поверить его мимолётной улыбке. Кто поверит пошлым уловкам потаскушки после того, как был трижды ею обманут?

   Я знала мир слишком хорошо, чтобы поверить его мимолётной улыбке. Кто поверит пошлым уловкам потаскушки после того, как был трижды ею обманут?

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
5. «

   Неужто ты полагаешь, что я буду выпытывать твой секрет? Никогда в жизни. Друзья не должны ущемлять свободу друг друга. Моя настойчивость разобщит нас больше, чем твоя скрытность.

   Неужто ты полагаешь, что я буду выпытывать твой секрет? Никогда в жизни. Друзья не должны ущемлять свободу друг друга. Моя настойчивость разобщит нас больше, чем твоя скрытность.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
6. «

   Порой я задавалась вопросом: кто и зачем посылает нам бесконечно сменяющие друг друга дни и ночи, зимы и весны, годы и десятилетия? Так иногда глупый мальчишка всё насвистывает и насвистывает привязчивую мелодию, пока случайный слушатель не начинает удивляться, как ему самому это не надоело.

   Порой я задавалась вопросом: кто и зачем посылает нам бесконечно сменяющие друг друга дни и ночи, зимы и весны, годы и десятилетия? Так иногда глупый мальчишка всё насвистывает и насвистывает привязчивую мелодию, пока случайный слушатель не начинает удивляться, как ему самому это не надоело.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
7. «

   Узник терпит своё заточение, пока нет надежды на побег. Стоит ей только появиться, стоит ему глотнуть воздуха свободы, как он в ужасе взирает на своё соломенное ложе и вздрагивает при звуке кандалов.

   Узник терпит своё заточение, пока нет надежды на побег. Стоит ей только появиться, стоит ему глотнуть воздуха свободы, как он в ужасе взирает на своё соломенное ложе и вздрагивает при звуке кандалов.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
8. «

   Теперь я знаю, Господи, почему ты не отвечаешь нам. Потому что Ты сам — ответ. Пред Твоим лицом умирают все вопросы. Разве есть ответ полнее?

   Теперь я знаю, Господи, почему ты не отвечаешь нам. Потому что Ты сам — ответ. Пред Твоим лицом умирают все вопросы. Разве есть ответ полнее?

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
9. «

   Гнев недолго помогал мне защищаться от правды; гнев устает быстро.

   Гнев недолго помогал мне защищаться от правды; гнев устает быстро.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
10. «

    Вот в чем преимущество мужского пола. Боги никогда не прощают женщинам того, что они женщины.

    Вот в чем преимущество мужского пола. Боги никогда не прощают женщинам того, что они женщины.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
11. «

    Труды и болезни — это утешения, которых богам у нас не отнять.

    Труды и болезни — это утешения, которых богам у нас не отнять.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
12. «

    Словно у меня вырвали душу, как больной зуб, и на её месте осталась дырка.

    Словно у меня вырвали душу, как больной зуб, и на её месте осталась дырка.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
13. «

    Нет в мире создания более дивного, чем мужчина-воин.

    Нет в мире создания более дивного, чем мужчина-воин.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
14. «

    Только тот, кто прожил долгую жизнь, знает, как многолетнее чувство, пропитавшее насквозь всё сердце, может иссякнуть и увянуть в краткое время.

    Только тот, кто прожил долгую жизнь, знает, как многолетнее чувство, пропитавшее насквозь всё сердце, может иссякнуть и увянуть в краткое время.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
15. «

    Возможно, в душе, как и в почве, не самые красивые цветы пускают самые глубокие корни.

    Возможно, в душе, как и в почве, не самые красивые цветы пускают самые глубокие корни.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
16. «

    Приготовления к важному событию длятся обыкновенно куда дольше, чем оно само.

    Приготовления к важному событию длятся обыкновенно куда дольше, чем оно само.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
17. «

    Боги никогда не искушают нас радостями и наслаждениями так властно, как тогда, когда готовят для нас новые муки. Они развлекаются нами как мыльными пузырями. Чтобы мы лопнули и доставили им удовольствие, нас нужно сперва хорошенько раздуть.

    Боги никогда не искушают нас радостями и наслаждениями так властно, как тогда, когда готовят для нас новые муки. Они развлекаются нами как мыльными пузырями. Чтобы мы лопнули и доставили им удовольствие, нас нужно сперва хорошенько раздуть.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
18. «

    Как можно ощущать себя уродливой, когда твоё сердце ликует?

    Как можно ощущать себя уродливой, когда твоё сердце ликует?

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
19. «

    Что еще нужно людям, кроме тепла и пищи, чтобы согреть и напитать своё смертное тело? Зачем им тогда думать о богах, чудесах и неразгаданных тайнах? Для этого не остаётся ни места, ни времени.

    Что еще нужно людям, кроме тепла и пищи, чтобы согреть и напитать своё смертное тело? Зачем им тогда думать о богах, чудесах и неразгаданных тайнах? Для этого не остаётся ни места, ни времени.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
20. «

    Память, стоит разбудить её, превращается во властного деспота.

    Память, стоит разбудить её, превращается во властного деспота.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга