26 цитат персонажа «Пушкин» — подборка редакции

26 цитат персонажа «Пушкин» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Не всем быть можно в ровной доле, И жребий с жребием не схож.

   Не всем быть можно в ровной доле, И жребий с жребием не схож.

   — Виктор Кунин · книга
2. «

   Я позабыл любви призывы И плен опасной красоты; Свободы друг миролюбивый, В толпе красавиц молодых, Я, равнодушный и ленивый, Своих богов не вижу в них.

   Я позабыл любви призывы И плен опасной красоты; Свободы друг миролюбивый, В толпе красавиц молодых, Я, равнодушный и ленивый, Своих богов не вижу в них.

   — Виктор Кунин · книга
3. «

   Ты не можешь себе вообразить, как весело удрать от невесты, да и засесть стихи писать.

   Ты не можешь себе вообразить, как весело удрать от невесты, да и засесть стихи писать.

   — Виктор Кунин · книга
4. «

   Свобода! он одной тебя Еще искал в подлунном мире. Страстями сердце погубя, Охолодев к мечтам и лире.

   Свобода! он одной тебя Еще искал в подлунном мире. Страстями сердце погубя, Охолодев к мечтам и лире.

   — Виктор Кунин · книга
5. «

   Пушкин писал роман в стихах, мечтая создать что-то бессмертное, но в итоге предпочёл читать детективы.

   Пушкин писал роман в стихах, мечтая создать что-то бессмертное, но в итоге предпочёл читать детективы.
6. «

   Но я люблю его сердечно За то, что любит он беспечно И петь и пить свое вино, И над всемирными глупцами Своими резвыми стихами Смеяться — право, пресмешно.

   Но я люблю его сердечно За то, что любит он беспечно И петь и пить свое вино, И над всемирными глупцами Своими резвыми стихами Смеяться — право, пресмешно.

   — Виктор Кунин · книга
7. «

   В других землях писатели пишут или для толпы, или для малого числа. У нас последнее невозможно, должно писать для самого себя.

   В других землях писатели пишут или для толпы, или для малого числа. У нас последнее невозможно, должно писать для самого себя.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
8. «

   За ужином объелся я, Да Яков запер дверь оплошно. Так было мне, мои друзья, И кюхельбекерно и тошно.

   За ужином объелся я, Да Яков запер дверь оплошно. Так было мне, мои друзья, И кюхельбекерно и тошно.

   — Юрий Николаевич Тынянов · книга
9. «

   Нащокин занят делами, а дом его такая бестолочь и ералаш, что голова кругом идет. С утра до вечера у него разные народы: игроки, отставные гусары, студенты, стряпчие, цыганы, шпионы, особенно заимодавцы. Всем вольный вход; всем до него нужда; всякий кричит, курит трубку, обедает, поет, пляшет; угла нет свободного.

   Нащокин занят делами, а дом его такая бестолочь и ералаш, что голова кругом идет. С утра до вечера у него разные народы: игроки, отставные гусары, студенты, стряпчие, цыганы, шпионы, особенно заимодавцы. Всем вольный вход; всем до него нужда; всякий кричит, курит трубку, обедает, поет, пляшет; угла нет свободного.

   — Виктор Кунин · книга
10. «

    Был молод, ночью снились одалистки, Вакханки, шлюхи, гейши, киски... Теперь со мной живёт жена, А ночью снится тишина.

    Был молод, ночью снились одалистки, Вакханки, шлюхи, гейши, киски... Теперь со мной живёт жена, А ночью снится тишина.
11. «

    Да, каюсь, я, конечно, перед вами Совсем не прав пустынник-рифмоплет; Он в лености сравнится лишь с богами, Он виноват и прозой и стихами, Но старое забудьте в новый год.

    Да, каюсь, я, конечно, перед вами Совсем не прав пустынник-рифмоплет; Он в лености сравнится лишь с богами, Он виноват и прозой и стихами, Но старое забудьте в новый год.

    — Виктор Кунин · книга
12. «

    Уж десять лет ушло с тех пор и много Переменилось в жизни для меня, И сам, покорный общему закону, Переменился я...

    Уж десять лет ушло с тех пор и много Переменилось в жизни для меня, И сам, покорный общему закону, Переменился я...

    — Виктор Кунин · книга
13. «

    Зачем твой дивный карандаш Рисует мой арапский профиль? Хоть ты векам его предашь, Его освищет Мефистофель.

    Зачем твой дивный карандаш Рисует мой арапский профиль? Хоть ты векам его предашь, Его освищет Мефистофель.

    — Виктор Кунин · книга
14. «

    Позволь душе моей открыться пред тобою И в дружбе сладостной отраду почерпнуть, Скучая жизнию, томимый суетою, Я жажду близ тебя, друг нежный, отдохнуть.

    Позволь душе моей открыться пред тобою И в дружбе сладостной отраду почерпнуть, Скучая жизнию, томимый суетою, Я жажду близ тебя, друг нежный, отдохнуть.

    — Виктор Кунин · книга
15. «

    Моя дочь в течение последних пяти-шести дней заставила нас поволноваться. Думаю, что у нее режутся зубы. Хоть и стараешься успокоить себя мыслью, что все это претерпели, но созданьица эти так хрупки, что невозможно без содрогания смотреть на их страдания.

    Моя дочь в течение последних пяти-шести дней заставила нас поволноваться. Думаю, что у нее режутся зубы. Хоть и стараешься успокоить себя мыслью, что все это претерпели, но созданьица эти так хрупки, что невозможно без содрогания смотреть на их страдания.

    — Виктор Кунин · книга
16. «

    Вы за «Онегина» советуете, други, Опять приняться мне в осенние досуги. Вы говорите мне: он жив и не женат. Итак, еще роман не кончен — это клад: Вставляй в просторную вместительную раму Картины новые — открой нам диораму: Привалит публика, платя тебе за вход - (Что даст еще тебе и славу и доход).

    Вы за «Онегина» советуете, други, Опять приняться мне в осенние досуги. Вы говорите мне: он жив и не женат. Итак, еще роман не кончен — это клад: Вставляй в просторную вместительную раму Картины новые — открой нам диораму: Привалит публика, платя тебе за вход - (Что даст еще тебе и славу и доход).

    — Виктор Кунин · книга
17. «

    У нас есть три истории России: одна для гостиной, другая для гостиницы, третья для гостиного двора.

    У нас есть три истории России: одна для гостиной, другая для гостиницы, третья для гостиного двора.

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
18. «

    Вспомните Шекспира, он никогда не боится скомпрометировать своего героя, он заставляет его говорить с полной непринужденностью, как в жизни.

    Вспомните Шекспира, он никогда не боится скомпрометировать своего героя, он заставляет его говорить с полной непринужденностью, как в жизни.

    — Виктор Кунин · книга
19. «

    Хочешь стать автором собственной жизни – возьми в соавторы Толстого, Пушкина, Достоевского.

    Хочешь стать автором собственной жизни – возьми в соавторы Толстого, Пушкина, Достоевского.

    — Толстой
20. «

    Хорошенькая женщина, конечно, вольна... быть вольной.

    Хорошенькая женщина, конечно, вольна... быть вольной.

    — Виктор Кунин · книга