39 цитат персонажа «Равик», которые стоит перечитать

Ниже 39 цитат персонажа «Равик»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   И любовь наша сохранится чистой, как пламя… Она не превратится в кухонный очаг, на котором варят капусту к семейному обеду.

   И любовь наша сохранится чистой, как пламя… Она не превратится в кухонный очаг, на котором варят капусту к семейному обеду.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
2. «

   — Я тебя люблю. — Но ты же меня практически не знаешь? — А какое это имеет отношение к Любви?

   — Я тебя люблю. — Но ты же меня практически не знаешь? — А какое это имеет отношение к Любви?

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   В общем, не важно, где жить, Кэт. Больше или меньше удобств – не в этом главное. Важно только, на что мы тратим свою жизнь.

   В общем, не важно, где жить, Кэт. Больше или меньше удобств – не в этом главное. Важно только, на что мы тратим свою жизнь.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   Тоска по оставленному или покинувшему нас человеку как бы украшает ореолом того, кто приходит потом.

   Тоска по оставленному или покинувшему нас человеку как бы украшает ореолом того, кто приходит потом.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   И давай-ка посидим, полюбуемся красивейшей в мире улицей, восславим этот мягкий вечер и хладнокровно плюнем отчаянию в морду.

   И давай-ка посидим, полюбуемся красивейшей в мире улицей, восславим этот мягкий вечер и хладнокровно плюнем отчаянию в морду.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
6. «

   — Плохая погода, — сказал он. — Нет, — ответила она. — Для меня хорошая. — Почему? — Потому что не надо выходить на улицу.

   — Плохая погода, — сказал он. — Нет, — ответила она. — Для меня хорошая. — Почему? — Потому что не надо выходить на улицу.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
7. «

   Если во всех случайностях видеть проявление судьбы, нельзя будет и шагу ступить.

   Если во всех случайностях видеть проявление судьбы, нельзя будет и шагу ступить.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Раскаяние — самая бесполезная вещь на свете. Вернуть ничего нельзя. Ничего нельзя исправить. Иначе все мы были бы святыми. Жизнь не имела в виду сделать нас совершенными. Тому, кто совершенен, место в музее.

   Раскаяние — самая бесполезная вещь на свете. Вернуть ничего нельзя. Ничего нельзя исправить. Иначе все мы были бы святыми. Жизнь не имела в виду сделать нас совершенными. Тому, кто совершенен, место в музее.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   — А можно радоваться одной? — Нет. Для этого всегда нужен ещё кто-то.

   — А можно радоваться одной? — Нет. Для этого всегда нужен ещё кто-то.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Когда жизнь так беспокойна, лучше не привыкать к слишком многим вещам.

    Когда жизнь так беспокойна, лучше не привыкать к слишком многим вещам.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    — Любовь — это когда люди принадлежат друг другу. Навсегда. Навсегда, подумал он. Старая детская сказка. Ведь даже минуту и ту не удержишь!

    — Любовь — это когда люди принадлежат друг другу. Навсегда. Навсегда, подумал он. Старая детская сказка. Ведь даже минуту и ту не удержишь!

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Любовь — это когда хочешь с кем-то состариться.

    Любовь — это когда хочешь с кем-то состариться.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    От маленькой пустой комнаты веяло безнадежностью, тоской и ноябрем.

    От маленькой пустой комнаты веяло безнадежностью, тоской и ноябрем.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
14. «

    Маленькая освещенная кабина комнаты, такая же, как и прежде; снова тот же человек, которого любишь, он здесь, и вместе с тем каким-то странным образом его уже нет. Протяни руку, и ты коснешься его, но обрести больше не сможешь.

    Маленькая освещенная кабина комнаты, такая же, как и прежде; снова тот же человек, которого любишь, он здесь, и вместе с тем каким-то странным образом его уже нет. Протяни руку, и ты коснешься его, но обрести больше не сможешь.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    — Жоан, любовь — не зеркальный пруд, в который можно вечно глядеться. У нее есть приливы и отливы. И обломки кораблей, потерпевших крушение, и затонувшие города, и осьминоги, и бури, и ящики с золотом, и жемчужины... Но жемчужины — те лежат совсем глубоко.

    — Жоан, любовь — не зеркальный пруд, в который можно вечно глядеться. У нее есть приливы и отливы. И обломки кораблей, потерпевших крушение, и затонувшие города, и осьминоги, и бури, и ящики с золотом, и жемчужины... Но жемчужины — те лежат совсем глубоко.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    Спокойно прожить жизнь — вот что сегодня кажется самым невероятным приключением.

    Спокойно прожить жизнь — вот что сегодня кажется самым невероятным приключением.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Жила-была волна и любила утес, где-то в море, скажем, в бухте Капри. Она обдавала его пеной и брызгами, день и ночь целовала его, обвивала своими белыми руками. Она вздыхала, и плакала, и молила: «Приди ко мне, утес!» Она любила его, обдавала пеной и медленно подтачивала. И вот в один прекрасный день, совсем уже подточенный, утес качнулся и рухнул в ее объятия. И вдруг утеса не стало. Не с кем играть, некого любить, не о ком скорбеть. Утес затонул в волне. Теперь это был лишь каменный обломок на дне морском. Волна же была разочарована, ей казалось, что ее обманули, и вскоре она нашла себе новый утес.

    Жила-была волна и любила утес, где-то в море, скажем, в бухте Капри. Она обдавала его пеной и брызгами, день и ночь целовала его, обвивала своими белыми руками. Она вздыхала, и плакала, и молила: «Приди ко мне, утес!» Она любила его, обдавала пеной и медленно подтачивала. И вот в один прекрасный день, совсем уже подточенный, утес качнулся и рухнул в ее объятия. И вдруг утеса не стало. Не с кем играть, некого любить, не о ком скорбеть. Утес затонул в волне. Теперь это был лишь каменный обломок на дне морском. Волна же была разочарована, ей казалось, что ее обманули, и вскоре она нашла себе новый утес.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    Тюльпаны и нарциссы — оранжево-золотистая буря весны.

    Тюльпаны и нарциссы — оранжево-золотистая буря весны.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
19. «

    ... кто объясняется — тот уже оправдывается.

    ... кто объясняется — тот уже оправдывается.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
20. «

    Женщин следует либо боготворить, либо оставлять. Все прочее — ложь.

    Женщин следует либо боготворить, либо оставлять. Все прочее — ложь.

    — Эрих Мария Ремарк · книга