16 фраз персонажа «Роджер Маккензи», которые запомнились

Ниже 16 цитат персонажа «Роджер Маккензи»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   В конце концов любовь всех нас делает глупцами.

   В конце концов любовь всех нас делает глупцами.
2. «

   — Еще один существенный аспект, — произнес молодой человек, не сводя с Клэр глаз, — это ваша честность. Я думаю, вы не будете врать, даже если захотите. Она коротко и сухо рассмеялась. — А в этом, юноша, вы не правы: лгать может любой, если есть важная причина. И я тоже. Просто тем, у кого все видно по лицу, нужно заранее придумывать ложь и свыкаться с ней.

   — Еще один существенный аспект, — произнес молодой человек, не сводя с Клэр глаз, — это ваша честность. Я думаю, вы не будете врать, даже если захотите. Она коротко и сухо рассмеялась. — А в этом, юноша, вы не правы: лгать может любой, если есть важная причина. И я тоже. Просто тем, у кого все видно по лицу, нужно заранее придумывать ложь и свыкаться с ней.

   — Диана Гэблдон · книга
3. «

   Я всегда буду петь для тебя. Неважно что, неважно где, слышишь ли ты меня и есть ли у меня голос. Я всегда буду петь для тебя.

   Я всегда буду петь для тебя. Неважно что, неважно где, слышишь ли ты меня и есть ли у меня голос. Я всегда буду петь для тебя.
4. «

   — А... э-э... ваш муж — я имею в виду Фрэнка, — поспешил добавить он. — Вы рассказывали ему... э-э... о... Но окончательно смутился и не договорил. — Конечно рассказывала! — холодно парировала я. — Как вы это себе представляете? Я появляюсь на пороге его кабинета после трехлетнего отсутствия и спрашиваю: «Здравствуй, милый, что бы ты хотел сегодня на ужин?»

   — А... э-э... ваш муж — я имею в виду Фрэнка, — поспешил добавить он. — Вы рассказывали ему... э-э... о... Но окончательно смутился и не договорил. — Конечно рассказывала! — холодно парировала я. — Как вы это себе представляете? Я появляюсь на пороге его кабинета после трехлетнего отсутствия и спрашиваю: «Здравствуй, милый, что бы ты хотел сегодня на ужин?»

   — Диана Гэблдон · книга
5. «

   — И почему это, скажите на милость, люди, словно специально, производят туалетную бумагу, похожую больше на фольгу? — Сердца наших людей тверды как камень, — насмешливо подхватил Роджер. — Ну а зады — из нержавеющей стали. Думаю, это способствует формированию национального характера. — В таком случае, наверное, шотландцы вообще лишены нервных окончаний, — со смехом добавила Клэр. — У людей, способных скакать верхом в килтах, кожа на задах не уступает по прочности той, из которой делают седла!

   — И почему это, скажите на милость, люди, словно специально, производят туалетную бумагу, похожую больше на фольгу? — Сердца наших людей тверды как камень, — насмешливо подхватил Роджер. — Ну а зады — из нержавеющей стали. Думаю, это способствует формированию национального характера. — В таком случае, наверное, шотландцы вообще лишены нервных окончаний, — со смехом добавила Клэр. — У людей, способных скакать верхом в килтах, кожа на задах не уступает по прочности той, из которой делают седла!

   — Диана Гэблдон · книга
6. «

   — Мне было так страшно. — Мне тоже. Потому что, хоть меня и спасли, часть меня тогда умерла. — Я знаю, каково это. Поверь, знаю. — Всегда хотят вернуть старого Роджера, но... я больше никогда не буду этим человеком. Я изучал историю, преподавал ее, а теперь живу в ней. Когда я увидел эту карту, то подумал: вот, кто я теперь — повешенный. Может, такова моя судьба? Мой собственный предок пытался меня убить. Может, я не должен был родиться? — Это неправда. — Пожалуй, нет. Но я изменился. Помнишь, ты спрашивала меня о предсмертных словах? Я думал, что знал, какими они будут. Но главное, чье лицо я видел последним. Твое...

   — Мне было так страшно. — Мне тоже. Потому что, хоть меня и спасли, часть меня тогда умерла. — Я знаю, каково это. Поверь, знаю. — Всегда хотят вернуть старого Роджера, но... я больше никогда не буду этим человеком. Я изучал историю, преподавал ее, а теперь живу в ней. Когда я увидел эту карту, то подумал: вот, кто я теперь — повешенный. Может, такова моя судьба? Мой собственный предок пытался меня убить. Может, я не должен был родиться? — Это неправда. — Пожалуй, нет. Но я изменился. Помнишь, ты спрашивала меня о предсмертных словах? Я думал, что знал, какими они будут. Но главное, чье лицо я видел последним. Твое...

   — Брианна Фрейзер · сериал
7. «

   Каждая нить по отдельности тонкая и хрупкая, но вместе они становятся прочными. И верёвка всё выдержит.

   Каждая нить по отдельности тонкая и хрупкая, но вместе они становятся прочными. И верёвка всё выдержит.
8. «

   Пускай история забудет мое имя, лишь бы мои слова и дела помнили те, кого я люблю.

   Пускай история забудет мое имя, лишь бы мои слова и дела помнили те, кого я люблю.
9. «

   — Клэр... В чем дело? Знакомое вам имя? Недавно произнесенные им слова эхом отдавались в ушах. «С восемнадцатого века здесь никого не хоронят, — сказал он тогда Брианне. — Вот уже лет двести как никого не хоронят». Пальцы Клэр стряхнули его руку и прикоснулись к плите ласкающим жестом, словно гладили живую плоть, пробежали по буквам, стертым, но все же еще различимым. — Джеймс Александр Малькольм Маккензи Фрейзер. Да, я его знаю. Рука опустилась ниже, раздвигая густую траву, затенявшую маленькие буквы внизу. — «Возлюбленный муж Клэр», — прочитала она. — Да, я знала его, — повторила она так глухо, что Роджер едва расслышал эти слова. — Я — Клэр. А он был моим мужем. Подняв голову, она увидела бледное потрясенное лицо дочери. — И твоим отцом...

   — Клэр... В чем дело? Знакомое вам имя? Недавно произнесенные им слова эхом отдавались в ушах. «С восемнадцатого века здесь никого не хоронят, — сказал он тогда Брианне. — Вот уже лет двести как никого не хоронят». Пальцы Клэр стряхнули его руку и прикоснулись к плите ласкающим жестом, словно гладили живую плоть, пробежали по буквам, стертым, но все же еще различимым. — Джеймс Александр Малькольм Маккензи Фрейзер. Да, я его знаю. Рука опустилась ниже, раздвигая густую траву, затенявшую маленькие буквы внизу. — «Возлюбленный муж Клэр», — прочитала она. — Да, я знала его, — повторила она так глухо, что Роджер едва расслышал эти слова. — Я — Клэр. А он был моим мужем. Подняв голову, она увидела бледное потрясенное лицо дочери. — И твоим отцом...

   — Диана Гэблдон · книга
10. «

    — Мне кажется, историки должны вызывать у вас некоторое раздражение, — рискнул заметить Роджер. — И все писатели — они сделали из него героя. Я хочу сказать, в Северной Шотландии вы на каждом шагу видите изображения наследного принца — будь то банка пива или сувенирная кружка. — Нет, не историки. Совсем не они. Их величайшее преступление в том, что они позволяют себе высказать свое мнение о событиях, о которых знают только предположительно, имея в руках лишь то, что сочла нужным оставить нам история. И только немногие из них за дымовой завесой ложных фактов и бумаг видят, что происходило на самом деле.

    — Мне кажется, историки должны вызывать у вас некоторое раздражение, — рискнул заметить Роджер. — И все писатели — они сделали из него героя. Я хочу сказать, в Северной Шотландии вы на каждом шагу видите изображения наследного принца — будь то банка пива или сувенирная кружка. — Нет, не историки. Совсем не они. Их величайшее преступление в том, что они позволяют себе высказать свое мнение о событиях, о которых знают только предположительно, имея в руках лишь то, что сочла нужным оставить нам история. И только немногие из них за дымовой завесой ложных фактов и бумаг видят, что происходило на самом деле.

    — Диана Гэблдон · книга
11. «

    Ему дали прозвище Мясник Билли, — сказал Роджер, указывая на герцога в белых панталонах до колен и расшитом золотом камзоле. — И не без оснований. Не считая того, что они натворили здесь, именно люди Камберленда ответственны за жесточайший террор, развязанный Англией в Шотландии. Они охотились за уцелевшими в битве, загоняя их в горы, сжигая и разрушая все на своем пути. Женшины и дети голодали, мужчин убивали прямо на месте, даже не потрудившись выяснить, сражались они на стороне Чарли или нет. Один из современников герцога высказался о нем так: «Он сотворил пустынь и назвал ее миром». Боюсь, что герцог Камберленд до сих пор фигура не слишком популярная в этих краях.

    Ему дали прозвище Мясник Билли, — сказал Роджер, указывая на герцога в белых панталонах до колен и расшитом золотом камзоле. — И не без оснований. Не считая того, что они натворили здесь, именно люди Камберленда ответственны за жесточайший террор, развязанный Англией в Шотландии. Они охотились за уцелевшими в битве, загоняя их в горы, сжигая и разрушая все на своем пути. Женшины и дети голодали, мужчин убивали прямо на месте, даже не потрудившись выяснить, сражались они на стороне Чарли или нет. Один из современников герцога высказался о нем так: «Он сотворил пустынь и назвал ее миром». Боюсь, что герцог Камберленд до сих пор фигура не слишком популярная в этих краях.

    — Диана Гэблдон · книга
12. «

    ... Ему хорошо известны были случаи, когда семьи доходили до такой степени отчаяния, что выбирали разлуку и рабство в обмен на шанс выжить. он знал все о продаже наделов, когда небогатые арендаторы вынуждены были покидать землю, принадлежавшую их предкам несколько сотен лет, о страшной нужде и голоде, которые царили в городах, о непереносимой жизни, которую влачили простые шотландцы в те годы. Однако читать в книгах и видеть своими глазами — совсем разные вещи.

    ... Ему хорошо известны были случаи, когда семьи доходили до такой степени отчаяния, что выбирали разлуку и рабство в обмен на шанс выжить. он знал все о продаже наделов, когда небогатые арендаторы вынуждены были покидать землю, принадлежавшую их предкам несколько сотен лет, о страшной нужде и голоде, которые царили в городах, о непереносимой жизни, которую влачили простые шотландцы в те годы. Однако читать в книгах и видеть своими глазами — совсем разные вещи.

    — Диана Гэблдон · книга
13. «

    — Боже, если ты опять начнешь травить шуточки про килт, я уеду и брошу тебя здесь, клянусь. Роджер широко улыбнулся. — Ты же не станешь так делать, правда, милая? Не оставишь человека только потому, что он носит килт! Брианна прищуриласть. — Могу поспорить, ничего необычного под этим килтом нет, кивнула она на спорран Роджера. — Даже больше, могу вообще на что угодно поспорить, там все в пр-р-ревосходном р-р-рабочем состоянии, да? Роджер поперхнулся кусочком картошки. — Нужно отвечать «дай ручку, красавица, и я тебе покажу», — посоветовал продавец. — Сто раз уже эту фразу слышал за неделю. — Если он так скажет, то я точно свалю и брошу его на этой чертовой горе. Пусть торчит тут и ест осьминогов. Роджер глотнул кока-колы и мудро решил промолчать.

    — Боже, если ты опять начнешь травить шуточки про килт, я уеду и брошу тебя здесь, клянусь. Роджер широко улыбнулся. — Ты же не станешь так делать, правда, милая? Не оставишь человека только потому, что он носит килт! Брианна прищуриласть. — Могу поспорить, ничего необычного под этим килтом нет, кивнула она на спорран Роджера. — Даже больше, могу вообще на что угодно поспорить, там все в пр-р-ревосходном р-р-рабочем состоянии, да? Роджер поперхнулся кусочком картошки. — Нужно отвечать «дай ручку, красавица, и я тебе покажу», — посоветовал продавец. — Сто раз уже эту фразу слышал за неделю. — Если он так скажет, то я точно свалю и брошу его на этой чертовой горе. Пусть торчит тут и ест осьминогов. Роджер глотнул кока-колы и мудро решил промолчать.

    — Диана Гэблдон · книга
14. «

    Слова имеют последствия.

    Слова имеют последствия.
15. «

    — И что теперь? Вернутся домой? Тебе легко сказать, ты закопал свое оружие — свой голос. А теперь смеешь использовать его против меня. — Ты прав, я его закопал. Но пора снова подобрать его и бороться. Ты сможешь? — Не знаю. — Тогда откопай свое оружие и возвращайся со мной, пока не узнаешь.

    — И что теперь? Вернутся домой? Тебе легко сказать, ты закопал свое оружие — свой голос. А теперь смеешь использовать его против меня. — Ты прав, я его закопал. Но пора снова подобрать его и бороться. Ты сможешь? — Не знаю. — Тогда откопай свое оружие и возвращайся со мной, пока не узнаешь.

    — Иен Мюррей · сериал
16. «

    Держи руку на моем сердце... Скажи, если оно остановится...

    Держи руку на моем сердце... Скажи, если оно остановится...

    — Диана Гэблдон · книга