33 цитаты персонажа «сэр Макс» на каждый день

Ниже 33 цитаты персонажа «сэр Макс»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   В последнее время земля завела дурацкую привычку ежедневно уходить у меня из-под ног. Но потом она возвращается, и я понимаю, что так даже лучше… Это как маленькая смерть – после нее Мир становится еще прекраснее.

   В последнее время земля завела дурацкую привычку ежедневно уходить у меня из-под ног. Но потом она возвращается, и я понимаю, что так даже лучше… Это как маленькая смерть – после нее Мир становится еще прекраснее.

   — Макс Фрай · книга
2. «

   Эта идея занимала в моем сознании почетную должность навязчивой.

   Эта идея занимала в моем сознании почетную должность навязчивой.

   — Макс Фрай · книга
3. «

   Думаю, теперь я знаю, как течет время для червяка, насаженного на крючок. Ничего выдающегося, просто щедрая порция смертной скуки перед тем, как тебя съедят. Боюсь, примерно таким образом и коротают свой досуг между рождением и смертью большинство людей.

   Думаю, теперь я знаю, как течет время для червяка, насаженного на крючок. Ничего выдающегося, просто щедрая порция смертной скуки перед тем, как тебя съедят. Боюсь, примерно таким образом и коротают свой досуг между рождением и смертью большинство людей.

   — Макс Фрай · книга
4. «

   Так бывает. Очень редко, но все-таки бывает. Однажды твои глаза встречаются с глазами незнакомца, и ты вдруг понимаешь, что этот человек мог бы стать твоим лучшим другом. Понимаешь, что незнакомец знает о тебе абсолютно все, да и ты знаешь его так хорошо, словно вы выросли вместе. И не потому, что вы оба такие уж великие ясновидцы, просто вы похожи, как бывают похожи близнецы, но не снаружи – с изнанки. Так бывает. Но чаще всего такие встречи не заканчиваются ничем, просто потому, что все мы – люди и живем среди людей, которые каким-то образом договорились, пришли к неписаному, но действующему соглашению о том, что два незнакомых человека не могут броситься навстречу друг другу с идиотскими улыбками и нечленораздельными восклицаниями: «А вот и ты, наконец-то!» Считается, что это глупо, нелепо и даже неприлично. Так что обычно мы просто идем дальше своей дорогой, а незнакомец, который мог бы стать лучшим другом, ныряет в вагон подземки, и ничего не происходит, поскольку так принято. Если уж и существует какой-нибудь «всемирный заговор», то вот вам его последствия...

   Так бывает. Очень редко, но все-таки бывает. Однажды твои глаза встречаются с глазами незнакомца, и ты вдруг понимаешь, что этот человек мог бы стать твоим лучшим другом. Понимаешь, что незнакомец знает о тебе абсолютно все, да и ты знаешь его так хорошо, словно вы выросли вместе. И не потому, что вы оба такие уж великие ясновидцы, просто вы похожи, как бывают похожи близнецы, но не снаружи – с изнанки. Так бывает. Но чаще всего такие встречи не заканчиваются ничем, просто потому, что все мы – люди и живем среди людей, которые каким-то образом договорились, пришли к неписаному, но действующему соглашению о том, что два незнакомых человека не могут броситься навстречу друг другу с идиотскими улыбками и нечленораздельными восклицаниями: «А вот и ты, наконец-то!» Считается, что это глупо, нелепо и даже неприлично. Так что обычно мы просто идем дальше своей дорогой, а незнакомец, который мог бы стать лучшим другом, ныряет в вагон подземки, и ничего не происходит, поскольку так принято. Если уж и существует какой-нибудь «всемирный заговор», то вот вам его последствия...

   — Макс Фрай · книга
5. «

   Стиснуть зубы и очертя голову рвануть навстречу неприятности могут многие: тут требуется не столько врожденное мужество, сколько благоприобретенная привычка действовать, не обращая внимание на страх. Но стать счастливым болваном в самом сердце наихудшей из неприятностей, в какие мне когда-либо доводилось влипать, – признаться, я и не надеялся, что такое возможно.

   Стиснуть зубы и очертя голову рвануть навстречу неприятности могут многие: тут требуется не столько врожденное мужество, сколько благоприобретенная привычка действовать, не обращая внимание на страх. Но стать счастливым болваном в самом сердце наихудшей из неприятностей, в какие мне когда-либо доводилось влипать, – признаться, я и не надеялся, что такое возможно.

   — Макс Фрай · книга
6. «

   Никакое «разбитое сердце» не может испортить мой аппетит.

   Никакое «разбитое сердце» не может испортить мой аппетит.

   — Макс Фрай · книга
7. «

   Вообще-то, я склонен поддаваться панике; слонов, собственноручно изготовленных мною из мух, хватило бы на заселение зоопарков всех обитаемых миров.

   Вообще-то, я склонен поддаваться панике; слонов, собственноручно изготовленных мною из мух, хватило бы на заселение зоопарков всех обитаемых миров.

   — Макс Фрай · книга
8. «

   ...и без того отличное настроение стало еще лучше. Так что по узкой лестнице, мне пришлось спускаться боком: улыбка не пролезала.

   ...и без того отличное настроение стало еще лучше. Так что по узкой лестнице, мне пришлось спускаться боком: улыбка не пролезала.

   — Макс Фрай · книга
9. «

   Судьба изъясняется, как старый нью-йоркский китаец, потерявший протез: язык, вроде бы, нормальный, а поди хоть пару слов разбери. Немыслимый труд.

   Судьба изъясняется, как старый нью-йоркский китаец, потерявший протез: язык, вроде бы, нормальный, а поди хоть пару слов разбери. Немыслимый труд.

   — Макс Фрай · книга
10. «

    На мой взкус, Приют Безумных — гораздо более скучная организация, чем наша.

    На мой взкус, Приют Безумных — гораздо более скучная организация, чем наша.

    — Макс Фрай · книга
11. «

    Если вас укачало от езды в автобусе, главное — выйти, немного постоять на твердой земле, отдышаться, прийти в себя, а уже потом думать, что делать дальше.

    Если вас укачало от езды в автобусе, главное — выйти, немного постоять на твердой земле, отдышаться, прийти в себя, а уже потом думать, что делать дальше.

    — Макс Фрай · книга
12. «

    Бузить нужно на трезвую голову. Никто не может произвести больше шума и разрушений, чем абсолютно трезвый человек, поставивший себе цель перевернуть мир.

    Бузить нужно на трезвую голову. Никто не может произвести больше шума и разрушений, чем абсолютно трезвый человек, поставивший себе цель перевернуть мир.

    — Макс Фрай · книга
13. «

    — Я всегда говорю правду, — строго сказал я. Немного подумал и добавил: — За исключением тех случаев, когда просто безбожно вру для собственного удовольствия!

    — Я всегда говорю правду, — строго сказал я. Немного подумал и добавил: — За исключением тех случаев, когда просто безбожно вру для собственного удовольствия!

    — Макс Фрай · книга
14. «

    На мой взгляд, спать надо долго и со вкусом, а просыпаться как можно позже.

    На мой взгляд, спать надо долго и со вкусом, а просыпаться как можно позже.

    — Макс Фрай · книга
15. «

    Порой мне кажется, что тишина и одиночество — это единственные настоящие сокровища в этом мире.

    Порой мне кажется, что тишина и одиночество — это единственные настоящие сокровища в этом мире.

    — Макс Фрай · книга
16. «

    ...то и дело причудливо изменяя оттенки, как это свойственно лишь закатам и синякам...

    ...то и дело причудливо изменяя оттенки, как это свойственно лишь закатам и синякам...

    — Макс Фрай · книга
17. «

    Лень и надежда, что все как-нибудь уладится, — самое опасное сочетание.

    Лень и надежда, что все как-нибудь уладится, — самое опасное сочетание.

    — Макс Фрай · книга
18. «

    Представляю себе ухаживания Мелифаро! «Уберите свою роскошную задницу с моих глаз, незабвенная, поскольку её божественные очертания не дают мне сосредоточиться!»

    Представляю себе ухаживания Мелифаро! «Уберите свою роскошную задницу с моих глаз, незабвенная, поскольку её божественные очертания не дают мне сосредоточиться!»

    — Макс Фрай · книга
19. «

    Про себя я уже не раз называл ее поэтом-практиком: Меламори за свою жизнь не зарифмовала и двух строчек, но ей это и не требовалось, она оперирует не рифмами, а поступками, создавая свои мимолетные шедевры не из слов, а из ненадежной ткани реальности.

    Про себя я уже не раз называл ее поэтом-практиком: Меламори за свою жизнь не зарифмовала и двух строчек, но ей это и не требовалось, она оперирует не рифмами, а поступками, создавая свои мимолетные шедевры не из слов, а из ненадежной ткани реальности.

    — Макс Фрай · книга
20. «

    Очевидно, книга человеческих судеб скудна сюжетами, но богата интерпретациями.

    Очевидно, книга человеческих судеб скудна сюжетами, но богата интерпретациями.

    — Макс Фрай · книга