72 цитаты персонажа «сэр Макс» — от иронии до философии

Ниже 72 цитаты персонажа «сэр Макс»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   На мой взгляд, спать надо долго и со вкусом, а просыпаться как можно позже.

   На мой взгляд, спать надо долго и со вкусом, а просыпаться как можно позже.

   — Макс Фрай · книга
2. «

   Я ужасно занят. Ты вообразить не можешь, насколько! Но если речь идёт о совместном обеде, то я вполне готов.

   Я ужасно занят. Ты вообразить не можешь, насколько! Но если речь идёт о совместном обеде, то я вполне готов.

   — Макс Фрай · книга
3. «

   Я уже не раз замечал, фраза «теперь я знаю, что делать» предшествует самым диким и нелепым поступкам в жизни сказавшего.

   Я уже не раз замечал, фраза «теперь я знаю, что делать» предшествует самым диким и нелепым поступкам в жизни сказавшего.

   — Макс Фрай · книга
4. «

   Когда сновидец начинает пересказывать другим людям, открывшиеся ему тайны, тонкая связь с иной реальностью рвется под тяжестью не то слов, не то чужих сомнений: а вдруг все выдумал или хоть что-то для красоты присочинил? – и привет, прощайте, дивные видения.

   Когда сновидец начинает пересказывать другим людям, открывшиеся ему тайны, тонкая связь с иной реальностью рвется под тяжестью не то слов, не то чужих сомнений: а вдруг все выдумал или хоть что-то для красоты присочинил? – и привет, прощайте, дивные видения.

   — Макс Фрай · книга
5. «

   — «Обжора Бунба», шикарная паршивая забегаловка: горячие паштеты, лучшая камра в Ехо, блистательная мадам Жижинда и ни одной противной рожи в это время суток. — Что, одни приятные рожи? — Вообще никаких рож!

   — «Обжора Бунба», шикарная паршивая забегаловка: горячие паштеты, лучшая камра в Ехо, блистательная мадам Жижинда и ни одной противной рожи в это время суток. — Что, одни приятные рожи? — Вообще никаких рож!

   — Макс Фрай · книга
6. «

   Когда пытаешься контролировать то, что тебе не по зубам, мир окончательно разлетается в клочья в неумелых руках…

   Когда пытаешься контролировать то, что тебе не по зубам, мир окончательно разлетается в клочья в неумелых руках…

   — Макс Фрай · книга
7. «

   Судьба изъясняется, как старый нью-йоркский китаец, потерявший протез: язык, вроде бы, нормальный, а поди хоть пару слов разбери. Немыслимый труд.

   Судьба изъясняется, как старый нью-йоркский китаец, потерявший протез: язык, вроде бы, нормальный, а поди хоть пару слов разбери. Немыслимый труд.

   — Макс Фрай · книга
8. «

   Давайте договоримся, что я — маленькое чепуховое чудо, которое с вами почему-то случилось, солнечный зайчик в темной комнате, пятнышко света, суматошное мелькание которого вызывает улыбку и свидетельствует о том, что где-то есть настоящее солнце... Кто станет тосковать по дурацкому блику, увидев настоящее солнце?

   Давайте договоримся, что я — маленькое чепуховое чудо, которое с вами почему-то случилось, солнечный зайчик в темной комнате, пятнышко света, суматошное мелькание которого вызывает улыбку и свидетельствует о том, что где-то есть настоящее солнце... Кто станет тосковать по дурацкому блику, увидев настоящее солнце?

   — Макс Фрай · книга
9. «

   — То есть тяжелый характер, скверное настроение и страх перед всем, что шевелится, — это и есть проявления жизни? — Совершенно верно, — обрадовался он. — Это и есть проявления жизни, лучше и не скажешь.

   — То есть тяжелый характер, скверное настроение и страх перед всем, что шевелится, — это и есть проявления жизни? — Совершенно верно, — обрадовался он. — Это и есть проявления жизни, лучше и не скажешь.

   — Макс Фрай · книга
10. «

    Со мной можно не церемониться. Даже совершенно необходимо не церемониться, а то видишь, как выходит, если меня оставить в покое.

    Со мной можно не церемониться. Даже совершенно необходимо не церемониться, а то видишь, как выходит, если меня оставить в покое.

    — Макс Фрай · книга
11. «

    Наверное, нам следует дождаться ночи. Я, знаете ли, с детства вбил себе в голову, что всё самое интересное случается именно по ночам.

    Наверное, нам следует дождаться ночи. Я, знаете ли, с детства вбил себе в голову, что всё самое интересное случается именно по ночам.

    — Макс Фрай · книга
12. «

    По дороге мы молчали. Впрочем, это было весьма похоже на умиротворённое молчание двух старых друзей. Я и вправду начал понимать, что у хорошей дружбы есть некоторые преимущества перед страстью, как утверждал мудрый сэр Джуффин Халли.

    По дороге мы молчали. Впрочем, это было весьма похоже на умиротворённое молчание двух старых друзей. Я и вправду начал понимать, что у хорошей дружбы есть некоторые преимущества перед страстью, как утверждал мудрый сэр Джуффин Халли.

    — Макс Фрай · книга
13. «

    Обожаю откладывать на завтра то, от чего можно умереть сегодня.

    Обожаю откладывать на завтра то, от чего можно умереть сегодня.

    — Макс Фрай · книга
14. «

    В каждом человеке с момента рождения обитает его собственная смерть, таинственная, ничтожно малая, но почти бесконечно могущественная часть его существа. Обученная искусству умирать — и ничему сверх того! Она молча дремлет в тишине, пока мы, наивно уверенные в собственном бессмертии, мечемся по свету в поисках приключений, суетливо роемся на книжных полках, пытаясь обнаружить там источник сокровенного знания, или смирно сидим на месте, наслаждаясь повседневными радостями бытия. Мы почти не имеем связи с этим таинственным существом, нашим настоящим неумолимым убийцей, только сны у нас общие, но нам никогда не удается договориться и заключить пакт о ненападении…

    В каждом человеке с момента рождения обитает его собственная смерть, таинственная, ничтожно малая, но почти бесконечно могущественная часть его существа. Обученная искусству умирать — и ничему сверх того! Она молча дремлет в тишине, пока мы, наивно уверенные в собственном бессмертии, мечемся по свету в поисках приключений, суетливо роемся на книжных полках, пытаясь обнаружить там источник сокровенного знания, или смирно сидим на месте, наслаждаясь повседневными радостями бытия. Мы почти не имеем связи с этим таинственным существом, нашим настоящим неумолимым убийцей, только сны у нас общие, но нам никогда не удается договориться и заключить пакт о ненападении…

    — Макс Фрай · книга
15. «

    На войне как на войне, знаете ли: лучше быть живым параноиком, чем мертвецом, который ждал от жизни только приятных неожиданностей... Одним словом, я не люблю сюрпризы. Зато они меня просто обожают.

    На войне как на войне, знаете ли: лучше быть живым параноиком, чем мертвецом, который ждал от жизни только приятных неожиданностей... Одним словом, я не люблю сюрпризы. Зато они меня просто обожают.

    — Макс Фрай · книга
16. «

    ...и без того отличное настроение стало еще лучше. Так что по узкой лестнице, мне пришлось спускаться боком: улыбка не пролезала.

    ...и без того отличное настроение стало еще лучше. Так что по узкой лестнице, мне пришлось спускаться боком: улыбка не пролезала.

    — Макс Фрай · книга
17. «

    Воду здесь, увы, не подавали, так что я был вынужден довольствоваться стаканом какого-то кислого компота. Думаю, мы с Меламори были замечательной парочкой: хрупкое создание, налегающее на крепчайшую джубатыкскую пьянь, и здоровый мужик в Мантии Смерти, прихлебывающий компотик.

    Воду здесь, увы, не подавали, так что я был вынужден довольствоваться стаканом какого-то кислого компота. Думаю, мы с Меламори были замечательной парочкой: хрупкое создание, налегающее на крепчайшую джубатыкскую пьянь, и здоровый мужик в Мантии Смерти, прихлебывающий компотик.

    — Макс Фрай · книга
18. «

    Взрослые умеют сдерживать себя и, даже отчаянно рыдая, экономят силы, потому что краешком сознания понимают: жизнь продолжается, и когда-нибудь придётся прекратить плакать, встать и пойти умыться, извиниться перед всеми присутствующими за свое поведение, а потом выпить кружку камры и отправиться спать. А вот младенцы не имеют представления о будущем, они живут только здесь и сейчас, а потому всегда плачут так, словно в их распоряжении вечность, которую надо наполнить криком и слезами.

    Взрослые умеют сдерживать себя и, даже отчаянно рыдая, экономят силы, потому что краешком сознания понимают: жизнь продолжается, и когда-нибудь придётся прекратить плакать, встать и пойти умыться, извиниться перед всеми присутствующими за свое поведение, а потом выпить кружку камры и отправиться спать. А вот младенцы не имеют представления о будущем, они живут только здесь и сейчас, а потому всегда плачут так, словно в их распоряжении вечность, которую надо наполнить криком и слезами.

    — Макс Фрай · книга
19. «

    Личное благополучие профессионального убийцы способствует общественному спокойствию.

    Личное благополучие профессионального убийцы способствует общественному спокойствию.

    — Макс Фрай · книга
20. «

    Всегда радостно выяснить, что чужой поступок, казавшийся тебе демонстрацией слабости, на самом деле был проявлением силы, видимая покорность судьбе — следствием хладнокровного расчета, а душевная черствость — виртуозным самообладанием.

    Всегда радостно выяснить, что чужой поступок, казавшийся тебе демонстрацией слабости, на самом деле был проявлением силы, видимая покорность судьбе — следствием хладнокровного расчета, а душевная черствость — виртуозным самообладанием.

    — Макс Фрай · книга