83 цитаты персонажа «сэр Макс» со смыслом

Ниже 83 цитаты персонажа «сэр Макс»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Эта идея занимала в моем сознании почетную должность навязчивой.

   Эта идея занимала в моем сознании почетную должность навязчивой.

   — Макс Фрай · книга
2. «

   На мой взгляд, спать надо долго и со вкусом, а просыпаться как можно позже.

   На мой взгляд, спать надо долго и со вкусом, а просыпаться как можно позже.

   — Макс Фрай · книга
3. «

   Взрослые умеют сдерживать себя и, даже отчаянно рыдая, экономят силы, потому что краешком сознания понимают: жизнь продолжается, и когда-нибудь придётся прекратить плакать, встать и пойти умыться, извиниться перед всеми присутствующими за свое поведение, а потом выпить кружку камры и отправиться спать. А вот младенцы не имеют представления о будущем, они живут только здесь и сейчас, а потому всегда плачут так, словно в их распоряжении вечность, которую надо наполнить криком и слезами.

   Взрослые умеют сдерживать себя и, даже отчаянно рыдая, экономят силы, потому что краешком сознания понимают: жизнь продолжается, и когда-нибудь придётся прекратить плакать, встать и пойти умыться, извиниться перед всеми присутствующими за свое поведение, а потом выпить кружку камры и отправиться спать. А вот младенцы не имеют представления о будущем, они живут только здесь и сейчас, а потому всегда плачут так, словно в их распоряжении вечность, которую надо наполнить криком и слезами.

   — Макс Фрай · книга
4. «

   По дороге мы молчали. Впрочем, это было весьма похоже на умиротворённое молчание двух старых друзей. Я и вправду начал понимать, что у хорошей дружбы есть некоторые преимущества перед страстью, как утверждал мудрый сэр Джуффин Халли.

   По дороге мы молчали. Впрочем, это было весьма похоже на умиротворённое молчание двух старых друзей. Я и вправду начал понимать, что у хорошей дружбы есть некоторые преимущества перед страстью, как утверждал мудрый сэр Джуффин Халли.

   — Макс Фрай · книга
5. «

   В каждом человеке с момента рождения обитает его собственная смерть, таинственная, ничтожно малая, но почти бесконечно могущественная часть его существа. Обученная искусству умирать — и ничему сверх того! Она молча дремлет в тишине, пока мы, наивно уверенные в собственном бессмертии, мечемся по свету в поисках приключений, суетливо роемся на книжных полках, пытаясь обнаружить там источник сокровенного знания, или смирно сидим на месте, наслаждаясь повседневными радостями бытия. Мы почти не имеем связи с этим таинственным существом, нашим настоящим неумолимым убийцей, только сны у нас общие, но нам никогда не удается договориться и заключить пакт о ненападении…

   В каждом человеке с момента рождения обитает его собственная смерть, таинственная, ничтожно малая, но почти бесконечно могущественная часть его существа. Обученная искусству умирать — и ничему сверх того! Она молча дремлет в тишине, пока мы, наивно уверенные в собственном бессмертии, мечемся по свету в поисках приключений, суетливо роемся на книжных полках, пытаясь обнаружить там источник сокровенного знания, или смирно сидим на месте, наслаждаясь повседневными радостями бытия. Мы почти не имеем связи с этим таинственным существом, нашим настоящим неумолимым убийцей, только сны у нас общие, но нам никогда не удается договориться и заключить пакт о ненападении…

   — Макс Фрай · книга
6. «

   Ради таких пустяков, как начальственная мантия, я с постели на полчаса раньше подниматься не стал бы, во всяком случае, не в пасмурный день.

   Ради таких пустяков, как начальственная мантия, я с постели на полчаса раньше подниматься не стал бы, во всяком случае, не в пасмурный день.

   — Макс Фрай · книга
7. «

   — Ох, Макс, трудно мне с тобой! — Почему? — Виновато спросил я. — Да вот, жрешь ты много! — Совершенно серьезно заявил мой шеф. — А так все в порядке...

   — Ох, Макс, трудно мне с тобой! — Почему? — Виновато спросил я. — Да вот, жрешь ты много! — Совершенно серьезно заявил мой шеф. — А так все в порядке...

   — Макс Фрай · книга
8. «

   Когда сновидец начинает пересказывать другим людям, открывшиеся ему тайны, тонкая связь с иной реальностью рвется под тяжестью не то слов, не то чужих сомнений: а вдруг все выдумал или хоть что-то для красоты присочинил? – и привет, прощайте, дивные видения.

   Когда сновидец начинает пересказывать другим людям, открывшиеся ему тайны, тонкая связь с иной реальностью рвется под тяжестью не то слов, не то чужих сомнений: а вдруг все выдумал или хоть что-то для красоты присочинил? – и привет, прощайте, дивные видения.

   — Макс Фрай · книга
9. «

   Но знаете, если бы я не орал о своих многочисленных достоинствах на каждом углу, я стал бы омерзительным совершенством. А так у меня есть милый маленький недостаток, и все довольны.

   Но знаете, если бы я не орал о своих многочисленных достоинствах на каждом углу, я стал бы омерзительным совершенством. А так у меня есть милый маленький недостаток, и все довольны.

   — Макс Фрай · книга
10. «

    Но, скорее всего, это случится именно ночью, просто потому, что я до сих пор верю, что ночь — лучшее время для чудес.

    Но, скорее всего, это случится именно ночью, просто потому, что я до сих пор верю, что ночь — лучшее время для чудес.

    — Макс Фрай · книга
11. «

    В кресле сидел сэр Джуффин Халли. Человек, которого я рад видеть всегда. Но, положа руку на сердце, по утрам — несколько меньше, чем в другое время суток. И он это прекрасно знает. Но все равно тут сидит. Удивительные бывают люди.

    В кресле сидел сэр Джуффин Халли. Человек, которого я рад видеть всегда. Но, положа руку на сердце, по утрам — несколько меньше, чем в другое время суток. И он это прекрасно знает. Но все равно тут сидит. Удивительные бывают люди.

    — Макс Фрай · книга
12. «

    Человек имеет право откладывать трудное решение до тех пор, пока оно не примет себя само, и какой-то из вариантов не станет единственным, а все остальные — совершенно неприемлемыми.

    Человек имеет право откладывать трудное решение до тех пор, пока оно не примет себя само, и какой-то из вариантов не станет единственным, а все остальные — совершенно неприемлемыми.

    — Макс Фрай · книга
13. «

    Некоторые вещи можно понять, только испытав на себе. Знание вообще редко дается вне личного опыта.

    Некоторые вещи можно понять, только испытав на себе. Знание вообще редко дается вне личного опыта.

    — Макс Фрай · книга
14. «

    — А вам тоже знакомы эти «глупые страхи», которые приходят неизвестно откуда? — удивился я. — Представь себе, ещё как знакомы! Мне даже доподлинно известно, откуда они приходят… Сейчас-то я уже почти забыл это малоприятное чувство, а поначалу мне было страшно. И ещё как страшно! Всё время, без перерыва на обед. Я долго балансировал на краю: с одной стороны от меня были все чудеса Вселенной, а с другой… С другой стороны был я сам и всё, что я старался любить — тогда мне казалось, что это поможет заполнить пугающую пустоту в моём сердце. А на границе между тем и другим была полоса страха. Там-то я и болтался. Слишком долго, на мой вкус! Я мучительно искал выход, любую дорогу, лишь бы она увела меня в сторону от этой ужасной пограничной зоны… Мне пришлось научиться ненавидеть себя самого и всё, что меня окружало, потому что ненависть оказалась сильнее страха… Вот тебе и разгадка, откуда взялся «великий злодей» Лойсо Пондохва. Самые злые колдуны как раз и получаются из самых перепуганных мальчиков! Тебе знакомо то, о чём я говорю, Макс?

    — А вам тоже знакомы эти «глупые страхи», которые приходят неизвестно откуда? — удивился я. — Представь себе, ещё как знакомы! Мне даже доподлинно известно, откуда они приходят… Сейчас-то я уже почти забыл это малоприятное чувство, а поначалу мне было страшно. И ещё как страшно! Всё время, без перерыва на обед. Я долго балансировал на краю: с одной стороны от меня были все чудеса Вселенной, а с другой… С другой стороны был я сам и всё, что я старался любить — тогда мне казалось, что это поможет заполнить пугающую пустоту в моём сердце. А на границе между тем и другим была полоса страха. Там-то я и болтался. Слишком долго, на мой вкус! Я мучительно искал выход, любую дорогу, лишь бы она увела меня в сторону от этой ужасной пограничной зоны… Мне пришлось научиться ненавидеть себя самого и всё, что меня окружало, потому что ненависть оказалась сильнее страха… Вот тебе и разгадка, откуда взялся «великий злодей» Лойсо Пондохва. Самые злые колдуны как раз и получаются из самых перепуганных мальчиков! Тебе знакомо то, о чём я говорю, Макс?

    — Макс Фрай · книга
15. «

    Хуже всего, что у меня нет ни капли терпения. Уж если с моей жизнью случилось что-то не то, я не стану дожидаться благоприятного момента, который наступит «всего» через неделю и позволит исправить ситуацию. Лучше уж я сам все окончательно испорчу, зато прямо сегодня, без всякого там «томительного ожидания» и дыхательной гимнастики!

    Хуже всего, что у меня нет ни капли терпения. Уж если с моей жизнью случилось что-то не то, я не стану дожидаться благоприятного момента, который наступит «всего» через неделю и позволит исправить ситуацию. Лучше уж я сам все окончательно испорчу, зато прямо сегодня, без всякого там «томительного ожидания» и дыхательной гимнастики!

    — Макс Фрай · книга
16. «

    В последнее время земля завела дурацкую привычку ежедневно уходить у меня из-под ног. Но потом она возвращается, и я понимаю, что так даже лучше… Это как маленькая смерть – после нее Мир становится еще прекраснее.

    В последнее время земля завела дурацкую привычку ежедневно уходить у меня из-под ног. Но потом она возвращается, и я понимаю, что так даже лучше… Это как маленькая смерть – после нее Мир становится еще прекраснее.

    — Макс Фрай · книга
17. «

    Стиснуть зубы и очертя голову рвануть навстречу неприятности могут многие: тут требуется не столько врожденное мужество, сколько благоприобретенная привычка действовать, не обращая внимание на страх. Но стать счастливым болваном в самом сердце наихудшей из неприятностей, в какие мне когда-либо доводилось влипать, – признаться, я и не надеялся, что такое возможно.

    Стиснуть зубы и очертя голову рвануть навстречу неприятности могут многие: тут требуется не столько врожденное мужество, сколько благоприобретенная привычка действовать, не обращая внимание на страх. Но стать счастливым болваном в самом сердце наихудшей из неприятностей, в какие мне когда-либо доводилось влипать, – признаться, я и не надеялся, что такое возможно.

    — Макс Фрай · книга
18. «

    ... Смех — это единственный известный мне способ быстро привести себя в чувство.

    ... Смех — это единственный известный мне способ быстро привести себя в чувство.

    — Макс Фрай · книга
19. «

    Убить нельзя, терпеть — трудно.

    Убить нельзя, терпеть — трудно.

    — Макс Фрай · книга
20. «

    Воспоминания хороши, когда у тебя кроме них ничего не осталось, ну или вот, как сейчас, когда нужно развлекать байками тёплую компанию.

    Воспоминания хороши, когда у тебя кроме них ничего не осталось, ну или вот, как сейчас, когда нужно развлекать байками тёплую компанию.

    — Макс Фрай · книга