Подборка персонажа: 27 цитат — «Серсея Ланнистер»

Ниже 27 цитат персонажа «Серсея Ланнистер»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Сразимся, или умрем, или сдадимся и умрем – я знаю свой выбор, воин должен знать свой выбор.

   Сразимся, или умрем, или сдадимся и умрем – я знаю свой выбор, воин должен знать свой выбор.
2. «

   — Ты умный человек, но ты и вполовину не так умён, как думаешь. — И при этом всё равно умнее тебя.

   — Ты умный человек, но ты и вполовину не так умён, как думаешь. — И при этом всё равно умнее тебя.

   — Тирион Ланнистер · сериал
3. «

   Осторожнее! Задумаешься о том — кто что заслужил, и сам не заметишь, как проведёшь остаток жизни, оплакивая всех и каждого.

   Осторожнее! Задумаешься о том — кто что заслужил, и сам не заметишь, как проведёшь остаток жизни, оплакивая всех и каждого.
4. «

   Женщинам нет равных в жестокости, когда дело касается их товарок.

   Женщинам нет равных в жестокости, когда дело касается их товарок.

   — Джордж Мартин · книга
5. «

   Надеюсь, однажды ты полюбишь кого-то. Полюбишь так сильно, что, закрыв глаза, ты будешь видеть её лицо. Я желаю тебе этого. Я хочу, чтобы ты узнал, каково это — любить всем сердцем. Прежде чем я заберу её у тебя…

   Надеюсь, однажды ты полюбишь кого-то. Полюбишь так сильно, что, закрыв глаза, ты будешь видеть её лицо. Я желаю тебе этого. Я хочу, чтобы ты узнал, каково это — любить всем сердцем. Прежде чем я заберу её у тебя…
6. «

   Любовь — это яд, Санса. Да, он сладок, но убивает не хуже любого другого.

   Любовь — это яд, Санса. Да, он сладок, но убивает не хуже любого другого.

   — Джордж Мартин · книга
7. «

   — Я — регент Джоффри, и я послала ему королевский приказ! — А он взял и не послушался. У него большая армия — он может себе это позволить.

   — Я — регент Джоффри, и я послала ему королевский приказ! — А он взял и не послушался. У него большая армия — он может себе это позволить.

   — Джордж Мартин · книга
8. «

   — Какой она была? — Ты никогда не спрашивала о ней, ни разу. Почему? — Поначалу, будучи одна, просто произнося её имя, я как будто снова вдыхала в неё жизнь. Я думала, что если не буду упоминать её, она просто исчезнет для тебя. Поняв, что этого не случится, я не спрашивала от злости. Я не хотела доставлять тебе удовольствия думать, что мне не всё равно. И в итоге мне стало ясно, что моя злость ничего не значит для тебя. Насколько я могу судить, тебе это нравилось. — Так почему сейчас? — Какой вред способен нанести нам призрак Лианны Старк, кроме того, который мы сами нанесли друг другу уже сотню раз подряд?

   — Какой она была? — Ты никогда не спрашивала о ней, ни разу. Почему? — Поначалу, будучи одна, просто произнося её имя, я как будто снова вдыхала в неё жизнь. Я думала, что если не буду упоминать её, она просто исчезнет для тебя. Поняв, что этого не случится, я не спрашивала от злости. Я не хотела доставлять тебе удовольствия думать, что мне не всё равно. И в итоге мне стало ясно, что моя злость ничего не значит для тебя. Насколько я могу судить, тебе это нравилось. — Так почему сейчас? — Какой вред способен нанести нам призрак Лианны Старк, кроме того, который мы сами нанесли друг другу уже сотню раз подряд?

   — Серсея Ланнистер · сериал
9. «

   Пока Эйрис Таргариен сидел на Железном Троне, твой отец был мятежником и изменником. Когда ты займешь трон, правдой станут твои слова.

   Пока Эйрис Таргариен сидел на Железном Троне, твой отец был мятежником и изменником. Когда ты займешь трон, правдой станут твои слова.
10. «

    — Ты тоже хочешь быть любимой, Санса? — Кто же не хочет. — Я вижу, расцвет не прибавил тебе ума.

    — Ты тоже хочешь быть любимой, Санса? — Кто же не хочет. — Я вижу, расцвет не прибавил тебе ума.

    — Джордж Мартин · книга
11. «

    Любой, кто не из нашей семьи — наш враг.

    Любой, кто не из нашей семьи — наш враг.
12. «

    — Что до тебя, Тирион, то ты лучше послужил бы нам на поле битвы. — Нет уж, спасибо. Довольно с меня полей битвы. На стуле я сижу лучше, чем на лошади, и предпочитаю кубок вина боевому топору. А как же барабанный гром, спросите вы, и солнце, блистающее на броне, и великолепные скакуны, которые ржут и рвутся в бой? Но от барабанов у меня болит голова, в доспехах, блистающих на солнце, я поджариваюсь, точно гусь в праздник урожая, а великолепные скакуны засирают всё как есть. Впрочем, я не жалуюсь. После гостеприимства, оказанного мне в Долине Аррен, барабаны, конское дерьмо и мухи кажутся просто блаженством.

    — Что до тебя, Тирион, то ты лучше послужил бы нам на поле битвы. — Нет уж, спасибо. Довольно с меня полей битвы. На стуле я сижу лучше, чем на лошади, и предпочитаю кубок вина боевому топору. А как же барабанный гром, спросите вы, и солнце, блистающее на броне, и великолепные скакуны, которые ржут и рвутся в бой? Но от барабанов у меня болит голова, в доспехах, блистающих на солнце, я поджариваюсь, точно гусь в праздник урожая, а великолепные скакуны засирают всё как есть. Впрочем, я не жалуюсь. После гостеприимства, оказанного мне в Долине Аррен, барабаны, конское дерьмо и мухи кажутся просто блаженством.

    — Джордж Мартин · книга
13. «

    — Почему без обуви? — Потому что я отдал её тому, кто больше в ней нуждался. Мы все так делаем. Это не даёт нам забыть, кто мы такие.

    — Почему без обуви? — Потому что я отдал её тому, кто больше в ней нуждался. Мы все так делаем. Это не даёт нам забыть, кто мы такие.

    — Серсея Ланнистер · сериал
14. «

    — Что ты делаешь? — Молюсь. — Ты просто идеал. Молишься... О чём ты молишься? — Чтобы боги смилостивились над нами. — Над всеми? — Да, Королева. — Даже надо мной? — Конечно, Королева. — Даже над Джоффри? — Джоффри мой... — Замолчи, дурочка. Она просит богов смилостивиться над нами... Боги жестоки, на то они и боги. Мой отец так говорил, когда поймал меня за молитвой. Я помню, как умерла моя мать. Я была глупа. Я не понимала, что смерть окончательна. Я думала, что если усердно молиться, то боги вернут мне мать.

    — Что ты делаешь? — Молюсь. — Ты просто идеал. Молишься... О чём ты молишься? — Чтобы боги смилостивились над нами. — Над всеми? — Да, Королева. — Даже надо мной? — Конечно, Королева. — Даже над Джоффри? — Джоффри мой... — Замолчи, дурочка. Она просит богов смилостивиться над нами... Боги жестоки, на то они и боги. Мой отец так говорил, когда поймал меня за молитвой. Я помню, как умерла моя мать. Я была глупа. Я не понимала, что смерть окончательна. Я думала, что если усердно молиться, то боги вернут мне мать.

    — Серсея Ланнистер · сериал
15. «

    — Ты должен стать Десницей Короля. — Обойдусь без этой чести. Дни у них слишком длинны, а жизни уж больно коротки.

    — Ты должен стать Десницей Короля. — Обойдусь без этой чести. Дни у них слишком длинны, а жизни уж больно коротки.

    — Серсея Ланнистер · сериал
16. «

    Преданные наемники — такая же редкость, как шлюхи-девственницы.

    Преданные наемники — такая же редкость, как шлюхи-девственницы.

    — Джордж Мартин · книга
17. «

    Слишком часто порочные богачи недостижимы для правосудия.

    Слишком часто порочные богачи недостижимы для правосудия.
18. «

    Когда дело доходит до мечей, даже королева — всего лишь женщина.

    Когда дело доходит до мечей, даже королева — всего лишь женщина.

    — Джордж Мартин · книга
19. «

    — Я предупреждала вас, что у Джоффа твёрдый характер. — Между твёрдым характером и глупостью лежит большое расстояние.

    — Я предупреждала вас, что у Джоффа твёрдый характер. — Между твёрдым характером и глупостью лежит большое расстояние.

    — Джордж Мартин · книга
20. «

    Мы убиваем наших лошадей, когда они ломают ноги, и собак, когда они слепнут, а вот оказать такую же милость искалеченным детям у нас духу не хватает.

    Мы убиваем наших лошадей, когда они ломают ноги, и собак, когда они слепнут, а вот оказать такую же милость искалеченным детям у нас духу не хватает.

    — Джордж Мартин · книга