Подборка персонажа: 18 цитат — «Северин»

Ниже 18 цитат персонажа «Северин»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Быть частью Ордена – не значит быть одним из них. Я не хочу быть с ними наравне, чтобы они смотрели мне в лицо. Мне нужно, чтобы они отводили взгляд и моргали от боли в глазах, словно посмотрели на солнце. Мне не хочется, чтобы они стояли напротив нас; они должны встать на колени.

   Быть частью Ордена – не значит быть одним из них. Я не хочу быть с ними наравне, чтобы они смотрели мне в лицо. Мне нужно, чтобы они отводили взгляд и моргали от боли в глазах, словно посмотрели на солнце. Мне не хочется, чтобы они стояли напротив нас; они должны встать на колени.

   — Рошани Чокши · книга
2. «

   Любовь не знает ни добродетели, ни заслуги. Она любит, и прощает, и терпит все потому, что иначе не может.

   Любовь не знает ни добродетели, ни заслуги. Она любит, и прощает, и терпит все потому, что иначе не может.

   — Леопольд фон Захер-Мазох · книга
3. «

   Лениво тянутся дни в маленьком карпатском курорте. Никого не видишь, никто тебя не видит. Скучно до того, что хоть садись идиллии сочинять. У меня здесь столько досуга, что я мог бы выставить целую галерею картин, мог бы снабдить театр новыми пьесами на целый сезон, для целой дюжины виртуозов написать концерты, трио и дуэты, но — о чем это я говорю! — в конце концов я успеваю только натянуть холст, разгладить листы бумаги, разлиновать нотные тетради, потому что я... ах! только без ложного стыда, друг Северин! Лги другим, но уж себя самого обмануть тебе не удастся. Итак, я ни что иное, как дилетант: дилетант и в живописи, и в поэзии, и в музыке, и еще в кое-каких из тех так называемых бесхлебных искусств, которые в наши дни обеспечивают своим жрецам доходы министра и даже владетельного князька; но прежде всего я — дилетант в жизни. Жил я до сих пор так же, как писал картины и книги, то есть никогда не уходил дальше грунтовки, планировки, первого акта, первой строфы. Бывают вот такие люди, которые вечно только начинают и никогда не доводят до конца, и я — один из таких людей.

   Лениво тянутся дни в маленьком карпатском курорте. Никого не видишь, никто тебя не видит. Скучно до того, что хоть садись идиллии сочинять. У меня здесь столько досуга, что я мог бы выставить целую галерею картин, мог бы снабдить театр новыми пьесами на целый сезон, для целой дюжины виртуозов написать концерты, трио и дуэты, но — о чем это я говорю! — в конце концов я успеваю только натянуть холст, разгладить листы бумаги, разлиновать нотные тетради, потому что я... ах! только без ложного стыда, друг Северин! Лги другим, но уж себя самого обмануть тебе не удастся. Итак, я ни что иное, как дилетант: дилетант и в живописи, и в поэзии, и в музыке, и еще в кое-каких из тех так называемых бесхлебных искусств, которые в наши дни обеспечивают своим жрецам доходы министра и даже владетельного князька; но прежде всего я — дилетант в жизни. Жил я до сих пор так же, как писал картины и книги, то есть никогда не уходил дальше грунтовки, планировки, первого акта, первой строфы. Бывают вот такие люди, которые вечно только начинают и никогда не доводят до конца, и я — один из таких людей.

   — Леопольд фон Захер-Мазох · книга
4. «

   – У тебя холодные руки. Какой же из тебя любовник, с такими-то руками? – Настолько хороший, что никто не обращает внимания на холод рук.

   – У тебя холодные руки. Какой же из тебя любовник, с такими-то руками? – Настолько хороший, что никто не обращает внимания на холод рук.

   — Рошани Чокши · книга
5. «

   За свои желания приходится платить. Проблема в том, что у меня слишком много желаний.

   За свои желания приходится платить. Проблема в том, что у меня слишком много желаний.

   — Рошани Чокши · книга
6. «

   – Ты говорил, что будет легко! Что все пройдет «как во сне»! – Кошмары – тоже часть сна.

   – Ты говорил, что будет легко! Что все пройдет «как во сне»! – Кошмары – тоже часть сна.

   — Рошани Чокши · книга
7. «

   Если вы злитесь, то используйте эту злость как горючее, которое можно пустить в дело.

   Если вы злитесь, то используйте эту злость как горючее, которое можно пустить в дело.

   — Рошани Чокши · книга
8. «

   Панику можно поднять и сидя в пижаме перед ноутбуком.

   Панику можно поднять и сидя в пижаме перед ноутбуком.

   — 007: Координаты «Скайфолл» (Skyfall) · фильм
9. «

   – Значит, Падший Дом хотел понять, как работают боги? – Нет, – сказал Северин, с пугающей улыбкой, исказившей его рот. – Они хотели стать богами.

   – Значит, Падший Дом хотел понять, как работают боги? – Нет, – сказал Северин, с пугающей улыбкой, исказившей его рот. – Они хотели стать богами.

   — Рошани Чокши · книга
10. «

    Иногда для того, чтобы уничтожить тех, кто тебе ненавистен, нужно притвориться одним из них.

    Иногда для того, чтобы уничтожить тех, кто тебе ненавистен, нужно притвориться одним из них.

    — Рошани Чокши · книга
11. «

    – Я симпатичный? Только честно. – «Симпатичный» – неподходящее слово. Может, «ошеломительный»? Скажу так: от тебя просто невозможно оторвать взгляд. – Ах. Как от солнца? – Как от ужасной катастрофы.

    – Я симпатичный? Только честно. – «Симпатичный» – неподходящее слово. Может, «ошеломительный»? Скажу так: от тебя просто невозможно оторвать взгляд. – Ах. Как от солнца? – Как от ужасной катастрофы.

    — Рошани Чокши · книга
12. «

    Любовь не знает ни добродетели, ни заслуги. Она любит, прощает и терпит все, потому что иначе не может.

    Любовь не знает ни добродетели, ни заслуги. Она любит, прощает и терпит все, потому что иначе не может.

    — Леопольд фон Захер-Мазох · книга
13. «

    – Благодарите всех богов, которых вы только знаете, за Лайлу и Зофью, потому что вы двое, – Северин указал на Энрике и Гипноса, – абсолютно бесполезны. Возмущенный Гипнос положил руку на грудь. – Я был напуган. Ты знаешь, что страх делает с цветом лица? – Просвети меня. Гипнос растерянно моргнул. – Ну, я не знаю наверняка, но ничего хорошего, поверь мне.

    – Благодарите всех богов, которых вы только знаете, за Лайлу и Зофью, потому что вы двое, – Северин указал на Энрике и Гипноса, – абсолютно бесполезны. Возмущенный Гипнос положил руку на грудь. – Я был напуган. Ты знаешь, что страх делает с цветом лица? – Просвети меня. Гипнос растерянно моргнул. – Ну, я не знаю наверняка, но ничего хорошего, поверь мне.

    — Рошани Чокши · книга
14. «

    Все стоящие вещи – опасные.

    Все стоящие вещи – опасные.

    — Рошани Чокши · книга
15. «

    – Подумайте, что это значит для нас. Мы можем получить все, что хотели. Энрике устало провел рукой по лицу. – Ты когда-нибудь слышал о мотыльках, которые смотрели на огонь и думали: «Как красиво блестит!», а потом сгорали в пламени? – Слышал. – Хорошо. Я просто уточнил, на всякий случай.

    – Подумайте, что это значит для нас. Мы можем получить все, что хотели. Энрике устало провел рукой по лицу. – Ты когда-нибудь слышал о мотыльках, которые смотрели на огонь и думали: «Как красиво блестит!», а потом сгорали в пламени? – Слышал. – Хорошо. Я просто уточнил, на всякий случай.

    — Рошани Чокши · книга
16. «

    – Стоит мне только вздохнуть, и твой инженер уже готова объявить мне войну. – Ну так задержи дыхание.

    – Стоит мне только вздохнуть, и твой инженер уже готова объявить мне войну. – Ну так задержи дыхание.

    — Рошани Чокши · книга
17. «

    – Так я хочу. – Превосходно. Это слова мужчины. Вот вам моя рука.

    – Так я хочу. – Превосходно. Это слова мужчины. Вот вам моя рука.

    — Леопольд фон Захер-Мазох · книга
18. «

    Кто позволяет себя хлестать — тот заслуживает того, чтобы его хлестали.

    Кто позволяет себя хлестать — тот заслуживает того, чтобы его хлестали.

    — Леопольд фон Захер-Мазох · книга