11 фраз персонажа «Шейн Карпентер» для дневника

Собрали 11 цитат персонажа «Шейн Карпентер» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Как добрались, сэр? — Ночью он выглядел измотанным, но не волнуйся. Ничего, приятель, мы приведём тебя в чувство. — Спасибо, сэр. — «Сэр»? Слушай, мы же оба сержанты. Называй меня по имени, вот и всё. Меня зовут Морган Дюваль, это — капрал Пеши... — Здраствуйте, сэр! — ...младший капрал Тир... — Доброе утро, сэр! — ...а его мы зовём «Ремешком». — Это потому что я — тощий! — Как ремешок, сэр. У вас броня сползает, давайте помогу?

   — Как добрались, сэр? — Ночью он выглядел измотанным, но не волнуйся. Ничего, приятель, мы приведём тебя в чувство. — Спасибо, сэр. — «Сэр»? Слушай, мы же оба сержанты. Называй меня по имени, вот и всё. Меня зовут Морган Дюваль, это — капрал Пеши... — Здраствуйте, сэр! — ...младший капрал Тир... — Доброе утро, сэр! — ...а его мы зовём «Ремешком». — Это потому что я — тощий! — Как ремешок, сэр. У вас броня сползает, давайте помогу?

   — Морган Дюваль · игра
2. «

   — Ты принимал лекарство, боец? Посмотри на меня! — Да... Я в порядке. — Ах ты сукин сын! Ты нас в гроб загнать хочешь? — Я в порядке! — Сюда смотри! Ни в каком ты не в порядке. Значит так — на борт не садишься, на задание не идёшь. Отправляйся к себе и жди. Вернусь — разберусь с тобой. — Морган, да нормально с ним всё! — Ты ещё спасибо мне скажешь, Карпентер. Обуза в бою тебе ни к чему. Уж поверь, приятель.

   — Ты принимал лекарство, боец? Посмотри на меня! — Да... Я в порядке. — Ах ты сукин сын! Ты нас в гроб загнать хочешь? — Я в порядке! — Сюда смотри! Ни в каком ты не в порядке. Значит так — на борт не садишься, на задание не идёшь. Отправляйся к себе и жди. Вернусь — разберусь с тобой. — Морган, да нормально с ним всё! — Ты ещё спасибо мне скажешь, Карпентер. Обуза в бою тебе ни к чему. Уж поверь, приятель.

   — Морган Дюваль · игра
3. «

   — Гэбриел, твои парни не очень-то со мной приветливы. Ты можешь что-нибудь сделать? Они по-английски говорят? — Шейн, мы благодарны тебе за то, что ты сменил свои взгляды. Но, пожалуйста, не забывай о содеянном тобой, потому что эти люди, уверяю тебя, об этом не забудут. Да, они говорят по-английски, но они сами решат, когда им с тобой разговаривать.

   — Гэбриел, твои парни не очень-то со мной приветливы. Ты можешь что-нибудь сделать? Они по-английски говорят? — Шейн, мы благодарны тебе за то, что ты сменил свои взгляды. Но, пожалуйста, не забывай о содеянном тобой, потому что эти люди, уверяю тебя, об этом не забудут. Да, они говорят по-английски, но они сами решат, когда им с тобой разговаривать.

   — Шейн Карпентер · игра
4. «

   — Поздравляю, друг мой! В моей стране всегда будут рады видеть героя. — Похоже, они сделали всю работу за нас. Думаю, уничтожить перевозчик было самым безопасным. Жаль, что мы не можем воспользоваться им сами. — Верно. Но эта машина — не самое мощное оружие, что было в руках «Ментэл». — Ты это о чём? — Позитивность и оптимизм — вот истинная мощь, что помогает сплотить людей и обустроить государство. Не кажется ли тебе, что если их наркотик может придать моим людям эти качества, то не так уж он и плох? Просто он попал не в те руки, я же помножу его на свободную волю. — Что? — Ха-ха! Не беспокойся так, друг мой. Оружие опасно лишь в руках настоящих мерзавцев. «Ментэл» — просто животные, а мы — нет. Так ведь?

   — Поздравляю, друг мой! В моей стране всегда будут рады видеть героя. — Похоже, они сделали всю работу за нас. Думаю, уничтожить перевозчик было самым безопасным. Жаль, что мы не можем воспользоваться им сами. — Верно. Но эта машина — не самое мощное оружие, что было в руках «Ментэл». — Ты это о чём? — Позитивность и оптимизм — вот истинная мощь, что помогает сплотить людей и обустроить государство. Не кажется ли тебе, что если их наркотик может придать моим людям эти качества, то не так уж он и плох? Просто он попал не в те руки, я же помножу его на свободную волю. — Что? — Ха-ха! Не беспокойся так, друг мой. Оружие опасно лишь в руках настоящих мерзавцев. «Ментэл» — просто животные, а мы — нет. Так ведь?

   — Гэбриэл Мерино · игра
5. «

   — Эй, Карпентер! Чем занимаешься? — Иду к месту встречи. Как думаешь, пилот протянет до тех пор, пока мы его не найдём? — На твоём месте, я бы куда больше беспокоился о грузе. В любом случае надо поторапливаться. — Понял. — Всё куда проще, если у тебя в крови доза Нектара! Уколись, приятель!

   — Эй, Карпентер! Чем занимаешься? — Иду к месту встречи. Как думаешь, пилот протянет до тех пор, пока мы его не найдём? — На твоём месте, я бы куда больше беспокоился о грузе. В любом случае надо поторапливаться. — Понял. — Всё куда проще, если у тебя в крови доза Нектара! Уколись, приятель!

   — Морган Дюваль · игра
6. «

   — Шейн, ты ещё помнишь, как делаются гранаты с Нектаром? — Да. Нужно просто снять распределитель с убитого солдата и закрепить его на гранате. — Хорошо. Здесь это может пригодиться.

   — Шейн, ты ещё помнишь, как делаются гранаты с Нектаром? — Да. Нужно просто снять распределитель с убитого солдата и закрепить его на гранате. — Хорошо. Здесь это может пригодиться.

   — Гэбриэл Мерино · игра
7. «

   — Эй, Карпентер! Ну и как тебе нравится Нектар? Лучше уж так, чем кофе литрами хлестать. — Отлично! Я чувствую себя просто превосходно! Мои чувства обострились до предела! — Эй, полегче, приятель, а то штампы закончатся. Кстати, если ты до сих пор не пробовал, советую прицелиться, приняв Нектар.

   — Эй, Карпентер! Ну и как тебе нравится Нектар? Лучше уж так, чем кофе литрами хлестать. — Отлично! Я чувствую себя просто превосходно! Мои чувства обострились до предела! — Эй, полегче, приятель, а то штампы закончатся. Кстати, если ты до сих пор не пробовал, советую прицелиться, приняв Нектар.

   — Морган Дюваль · игра
8. «

   — Разведка засекла «Кожанного Плаща» на медеплавильном заводе к северо-востоку от нас. Я вас высажу к югу от точки. Вы должны найти его и взять в плен. — Поймать этого урода? Я не хочу, чтобы он пустил меня на свой плащ! — Смотри, как бы он к тебе не прикипел, Пеши. — Вы считаете меня гомиком?! — Не называйте его гомиком, сэр.

   — Разведка засекла «Кожанного Плаща» на медеплавильном заводе к северо-востоку от нас. Я вас высажу к югу от точки. Вы должны найти его и взять в плен. — Поймать этого урода? Я не хочу, чтобы он пустил меня на свой плащ! — Смотри, как бы он к тебе не прикипел, Пеши. — Вы считаете меня гомиком?! — Не называйте его гомиком, сэр.

   — Морган Дюваль · игра
9. «

   — Я его взял! — Держи его, буду через минуту. Если заговорит — выбей ему зубы. Конец связи. — Полагаю, мне лучше помолчать. — Заткнись! — Это был твой старший офицер? — Заткнись!... Он — сержант. — Сержант? Как ты? А он, похоже, за главного. Странная эта штука — война: на ней мы слушаемся тех, кому в иное время и руки бы не подали. — Заткнись, «Кожаный Плащ», или зубов не досчитаешься! — Ха! Ты так веришь их пропаганде? Глотаешь, что скажут, и не задумываешься? И что тебе наплели? Что я людей ем? Что у меня плащ из человеческой кожи? Ну, нравится? Стопроцентный хлопок. Знаешь, какое самое мощное оружие армии? — Пули? — Вера. Вера тех, кто воюет. Если твои бойцы не верят в своё дело, зачем им вообще браться за оружие? Вот тебя и кормят байками о врагах, чтобы ты их ненавидел. Чтобы стрелял в них, не сомневаясь. Чтобы считал себя героем. — Ты это о чём?! — Друг мой, на каждой войне есть два лагеря. Ты уверен, что воюешь за правых?

   — Я его взял! — Держи его, буду через минуту. Если заговорит — выбей ему зубы. Конец связи. — Полагаю, мне лучше помолчать. — Заткнись! — Это был твой старший офицер? — Заткнись!... Он — сержант. — Сержант? Как ты? А он, похоже, за главного. Странная эта штука — война: на ней мы слушаемся тех, кому в иное время и руки бы не подали. — Заткнись, «Кожаный Плащ», или зубов не досчитаешься! — Ха! Ты так веришь их пропаганде? Глотаешь, что скажут, и не задумываешься? И что тебе наплели? Что я людей ем? Что у меня плащ из человеческой кожи? Ну, нравится? Стопроцентный хлопок. Знаешь, какое самое мощное оружие армии? — Пули? — Вера. Вера тех, кто воюет. Если твои бойцы не верят в своё дело, зачем им вообще браться за оружие? Вот тебя и кормят байками о врагах, чтобы ты их ненавидел. Чтобы стрелял в них, не сомневаясь. Чтобы считал себя героем. — Ты это о чём?! — Друг мой, на каждой войне есть два лагеря. Ты уверен, что воюешь за правых?

   — Шейн Карпентер · игра
10. «

    — Я знал... Понял, как только тебя увидел, приятель. Ты не хищник. Ты — мясо, как и они. Взгляни на себя: ты муравей под моим микроскопом, свинья под моим ножом. Но хороший кусок мяса сперва нужно подвесить — перед тем, как его съедят, он обязательно должен истечь кровью. Так что готовься. — Прекрати! Они нам не враги! — Да пошёл ты, предатель! Если ты так думаешь, значит ты — наш враг, недоносок!

    — Я знал... Понял, как только тебя увидел, приятель. Ты не хищник. Ты — мясо, как и они. Взгляни на себя: ты муравей под моим микроскопом, свинья под моим ножом. Но хороший кусок мяса сперва нужно подвесить — перед тем, как его съедят, он обязательно должен истечь кровью. Так что готовься. — Прекрати! Они нам не враги! — Да пошёл ты, предатель! Если ты так думаешь, значит ты — наш враг, недоносок!

    — Морган Дюваль · игра
11. «

    — Ты чем до войны занимался? — В колледже учился. Только что закончил. Раньше и оружия-то в руках не держал. — ...и пошёл в армию? — Да. Радио, телевизор, Интернет — везде было полно плохих новостей. Даже слишком много. И я однажды себя спросил: что толку волноваться о несовершенстве мира, если сам не хочешь его изменить? Я почувствовал укол вины. — Ты захотел стать героем? — Ага. Но я знал, что на волю случая тут полагаться нельзя. Я видел рекламу «Ментэл», отчёты по телеку. Репортажи. «Хорошие люди, делающие хорошее дело в плохих местах. Прибывающие в нужное место и в нужное время.» Всего-то нужно просто выполнять их приказы — и тогда я стал бы «хорошим»... Стал бы «героем». — У тебя ещё осталась такая возможность... пока. Но до сегодняшнего дня ты позволял другим решать за себя, что — хорошо, а что — плохо. Ты отдавал себя на откуп чужой морали, а истинная мораль — внутри. Даже когда действуешь по чужому приказу, в соответствии с чужой моралью, отвечать за свои поступки нужно будет всё равно тебе, когда придёт время. — А когда придёт время? — Вину и раскаяние мы чувствуем не просто так, а из страха, что кто-то знает о содеянном. Из страха, что однажды нам придётся держать за это ответ. Говорят, что у каждого внутри есть карта, на которой указан верный путь. Следуй этому пути, друг мой, и тебе не придётся искать оправдания, когда придёт твоё время.

    — Ты чем до войны занимался? — В колледже учился. Только что закончил. Раньше и оружия-то в руках не держал. — ...и пошёл в армию? — Да. Радио, телевизор, Интернет — везде было полно плохих новостей. Даже слишком много. И я однажды себя спросил: что толку волноваться о несовершенстве мира, если сам не хочешь его изменить? Я почувствовал укол вины. — Ты захотел стать героем? — Ага. Но я знал, что на волю случая тут полагаться нельзя. Я видел рекламу «Ментэл», отчёты по телеку. Репортажи. «Хорошие люди, делающие хорошее дело в плохих местах. Прибывающие в нужное место и в нужное время.» Всего-то нужно просто выполнять их приказы — и тогда я стал бы «хорошим»... Стал бы «героем». — У тебя ещё осталась такая возможность... пока. Но до сегодняшнего дня ты позволял другим решать за себя, что — хорошо, а что — плохо. Ты отдавал себя на откуп чужой морали, а истинная мораль — внутри. Даже когда действуешь по чужому приказу, в соответствии с чужой моралью, отвечать за свои поступки нужно будет всё равно тебе, когда придёт время. — А когда придёт время? — Вину и раскаяние мы чувствуем не просто так, а из страха, что кто-то знает о содеянном. Из страха, что однажды нам придётся держать за это ответ. Говорят, что у каждого внутри есть карта, на которой указан верный путь. Следуй этому пути, друг мой, и тебе не придётся искать оправдания, когда придёт твоё время.

    — Гэбриэл Мерино · игра