16 сильных цитат персонажа «Шерри Стрингфилд (Sherry Stringfield)»

16 цитат персонажа «Шерри Стрингфилд (Sherry Stringfield)» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Почти у каждого из нас разум затуманен своими представлениями о добре и зле, определёнными ожиданиями. Взять хотя бы любовь: многие хотят найти родственную душу и создать с этим человеком глубокую связь. Этот инстинкт, эта древнейшая потребность порой вынуждает нас слепо бросаться в объятия, надеясь, что поиски благополучно завершены и можно вкушать плоды личного рая. Однако в конце концов многие понимают, что принимали желаемо за действительное и разочаровываются в любви. Начинают обвинять кого угодно, но только не свою торопливость и неразборчивость. В каком-то смысле это их озлобляет. Но ещё большую опасность такие люди составляют для тех пар, которые, преодолев бесчисленные испытания, смогли стать счастливыми: эти ожесточённые субъекты, возможно бессознательно, пытаются напустить туман на отношения, внести раздор, чтобы в итоге, тщательно скрывая злорадство и удовольствие, заявить, что все любовные связи лишь повод не платить за секс. Понимаешь? Чужая зависть старается разлучить тех, кто действительно удовлетворён супружеством. Бесы прежде всего стараются перепахать души, засеянные семенами любви и счастья, их раздражают улыбки и радостный смех. Стереть с чужого лица умиротворение, внести печать и злобу — вот для них ценная победа. Поэтому никогда не распространяйся о личной жизни с теми, кто испытал горести любви. Особенно не рассказывай, если по-настоящему счастлива. Можешь спровоцировать зависть, ревность и желание доказать тебе, что ты ошибаешься и любви нет. Они начнут бомбардировать ваши отношения. А даже самая неприступная крепость от постоянной осады рано или поздно даст трещину

   Почти у каждого из нас разум затуманен своими представлениями о добре и зле, определёнными ожиданиями. Взять хотя бы любовь: многие хотят найти родственную душу и создать с этим человеком глубокую связь. Этот инстинкт, эта древнейшая потребность порой вынуждает нас слепо бросаться в объятия, надеясь, что поиски благополучно завершены и можно вкушать плоды личного рая. Однако в конце концов многие понимают, что принимали желаемо за действительное и разочаровываются в любви. Начинают обвинять кого угодно, но только не свою торопливость и неразборчивость. В каком-то смысле это их озлобляет. Но ещё большую опасность такие люди составляют для тех пар, которые, преодолев бесчисленные испытания, смогли стать счастливыми: эти ожесточённые субъекты, возможно бессознательно, пытаются напустить туман на отношения, внести раздор, чтобы в итоге, тщательно скрывая злорадство и удовольствие, заявить, что все любовные связи лишь повод не платить за секс. Понимаешь? Чужая зависть старается разлучить тех, кто действительно удовлетворён супружеством. Бесы прежде всего стараются перепахать души, засеянные семенами любви и счастья, их раздражают улыбки и радостный смех. Стереть с чужого лица умиротворение, внести печать и злобу — вот для них ценная победа. Поэтому никогда не распространяйся о личной жизни с теми, кто испытал горести любви. Особенно не рассказывай, если по-настоящему счастлива. Можешь спровоцировать зависть, ревность и желание доказать тебе, что ты ошибаешься и любви нет. Они начнут бомбардировать ваши отношения. А даже самая неприступная крепость от постоянной осады рано или поздно даст трещину
2. «

   Дети, вытерпевшие горести и насилие, чаще всего используют только тёмные оттенки, словно их восприятие заблокировалось и восторг, экспрессия исчезает с их радара.

   Дети, вытерпевшие горести и насилие, чаще всего используют только тёмные оттенки, словно их восприятие заблокировалось и восторг, экспрессия исчезает с их радара.
3. «

   До чего же жутко: привычный поход в супермаркет может стать той самой точкой опоры Архимеда, способной перевернуть мир индивида... Непреложная аксиома, которую не допускаешь в сознание в будни, отмахиваешь, ибо данная вероятность выбивает из колеи. Вгоняет в депрессию. И лучше не допускать подобных рассуждений, иначе неизвестно в какую манию они выльются.

   До чего же жутко: привычный поход в супермаркет может стать той самой точкой опоры Архимеда, способной перевернуть мир индивида... Непреложная аксиома, которую не допускаешь в сознание в будни, отмахиваешь, ибо данная вероятность выбивает из колеи. Вгоняет в депрессию. И лучше не допускать подобных рассуждений, иначе неизвестно в какую манию они выльются.
4. «

   Каждая большая потеря сопровождается маленькой выгодой, которую порой сразу не удаётся разглядеть.

   Каждая большая потеря сопровождается маленькой выгодой, которую порой сразу не удаётся разглядеть.
5. «

   Решиться — это далеко не самое трудное. Намного сложнее уживаться с собственным выбором.

   Решиться — это далеко не самое трудное. Намного сложнее уживаться с собственным выбором.
6. «

   В критический момент человек нуждается в поддержке, любви и стабильности.

   В критический момент человек нуждается в поддержке, любви и стабильности.
7. «

   Воистину, первый шаг, призванный стать краеугольным камнем, самый каверзный — всегда остаётся осадок, что другой вариант приведёт к лучшему результату.

   Воистину, первый шаг, призванный стать краеугольным камнем, самый каверзный — всегда остаётся осадок, что другой вариант приведёт к лучшему результату.
8. «

   Недостоверная информация опаснее эпидемии: она распространяется по всему миру со звуковой скоростью, внедряется в мозг, зомбирует и программирует заражать ядовитыми спорами других. А самое ужасное — практически не лечится.

   Недостоверная информация опаснее эпидемии: она распространяется по всему миру со звуковой скоростью, внедряется в мозг, зомбирует и программирует заражать ядовитыми спорами других. А самое ужасное — практически не лечится.
9. «

   Глубоко в подсознание вгрызается психический террор, который, будто запущенный в пруд камень, расходится по поверхности жизни пагубными последствиями. Прикрываем травму защитной кольчугой и забываем об этом, списывая свою манеру держаться на неисправимый характер.

   Глубоко в подсознание вгрызается психический террор, который, будто запущенный в пруд камень, расходится по поверхности жизни пагубными последствиями. Прикрываем травму защитной кольчугой и забываем об этом, списывая свою манеру держаться на неисправимый характер.
10. «

    Просто помни, что среди тех, кто пытается тебя поносить на весь свет, есть личности, стремящиеся привлечь внимание в первую очередь к самому себе. Люди всегда будут впадать в экстаз при виде своих имен где-либо, ведь это своеобразное доказательство их существования.

    Просто помни, что среди тех, кто пытается тебя поносить на весь свет, есть личности, стремящиеся привлечь внимание в первую очередь к самому себе. Люди всегда будут впадать в экстаз при виде своих имен где-либо, ведь это своеобразное доказательство их существования.
11. «

    Такова уж природа воспоминаний. Они, как крохотные острые булавки, ранят тебя, когда ты меньше всего ожидаешь: самый простой знак — реплика, жест, визуальная элемент — может стать спусковым механизмом, из-за чего однажды перенесённое унижение, этот монстр прошлого негодования и дискомфорта приобретает вселенский масштаб и начинает заслонять горизонт.

    Такова уж природа воспоминаний. Они, как крохотные острые булавки, ранят тебя, когда ты меньше всего ожидаешь: самый простой знак — реплика, жест, визуальная элемент — может стать спусковым механизмом, из-за чего однажды перенесённое унижение, этот монстр прошлого негодования и дискомфорта приобретает вселенский масштаб и начинает заслонять горизонт.
12. «

    — Ты случаем не гомофобка? — я с любопытством взглянула на Анжи. — А ты сама гетеро? Би? Или лесби? — Я не знаю, к какому отряду принадлежу, — смутившись, призналась она. — В жизни, которую помню, у меня не было интимной связи вообще ни с кем. — Да ладно?! А как же твой обожатель? Тот парень, который оплачивал твоего адвоката? Все думали, что ты с ним спала, поэтому он и помогал тебе. — Ошибаетесь. Я с Хоакином даже не целовалась. — Ахереть! Просто ахереть! Как же так? Неужели в этом мире остались те, кто бескорыстно помогает другим? — Остались и их много, поверь мне. — Как я могу верить девушке, которая даже не знает, кто она по ориентации?

    — Ты случаем не гомофобка? — я с любопытством взглянула на Анжи. — А ты сама гетеро? Би? Или лесби? — Я не знаю, к какому отряду принадлежу, — смутившись, призналась она. — В жизни, которую помню, у меня не было интимной связи вообще ни с кем. — Да ладно?! А как же твой обожатель? Тот парень, который оплачивал твоего адвоката? Все думали, что ты с ним спала, поэтому он и помогал тебе. — Ошибаетесь. Я с Хоакином даже не целовалась. — Ахереть! Просто ахереть! Как же так? Неужели в этом мире остались те, кто бескорыстно помогает другим? — Остались и их много, поверь мне. — Как я могу верить девушке, которая даже не знает, кто она по ориентации?

    — Шерри Стрингфилд (Sherry Stringfield)
13. «

    Даже именинник не получает целый торт, лишь кусок. И между тем несказанно счастлив.

    Даже именинник не получает целый торт, лишь кусок. И между тем несказанно счастлив.
14. «

    Между двумя людьми неизбежно появляется дистанция, когда один из них целенаправленно бьёт стрелой в затянувшуюся рану.

    Между двумя людьми неизбежно появляется дистанция, когда один из них целенаправленно бьёт стрелой в затянувшуюся рану.
15. «

    Алкоголем никогда ничего не заканчивается, он, наоборот, играет роль своеобразного трамплина для авантюр.

    Алкоголем никогда ничего не заканчивается, он, наоборот, играет роль своеобразного трамплина для авантюр.
16. «

    Нам всегда сложно поверить в собственное счастье. Нас не учат ему. Даже не готовят. Открой любую книгу, фильм — везде герои страдают, мучаются от предательств, измен и уже израненные, с кровоточащей душой пытаются жизнь дальше, подозрительно поглядывают на всех подряд, ожидая новой порции боли. Но, конечно, потом на их пути появляется упрямый человек, который пробивает броню и практически заставляет насильно себя любить. Подобная схема внушается нам под корку, из-за чего подсознательно ждём, когда на нашем горизонте покажется настойчивый субъект, который и начнёт взламывать душевную крепость.

    Нам всегда сложно поверить в собственное счастье. Нас не учат ему. Даже не готовят. Открой любую книгу, фильм — везде герои страдают, мучаются от предательств, измен и уже израненные, с кровоточащей душой пытаются жизнь дальше, подозрительно поглядывают на всех подряд, ожидая новой порции боли. Но, конечно, потом на их пути появляется упрямый человек, который пробивает броню и практически заставляет насильно себя любить. Подобная схема внушается нам под корку, из-за чего подсознательно ждём, когда на нашем горизонте покажется настойчивый субъект, который и начнёт взламывать душевную крепость.