94 цитаты персонажа «Сократ» со смыслом

94 цитаты персонажа «Сократ» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Никогда не нужно противостоять никому и ничему. Когда тебя толкают — тяни; когда тебя тянут — толкай.

   Никогда не нужно противостоять никому и ничему. Когда тебя толкают — тяни; когда тебя тянут — толкай.

   — Дэн Миллман · книга
2. «

   Воин не имеет отношение к совершенству или победе, или неуязвимости. Он полностью уязвим. Это единственная настоящая храбрость.

   Воин не имеет отношение к совершенству или победе, или неуязвимости. Он полностью уязвим. Это единственная настоящая храбрость.

   — Мирный воин (Peaceful Warrior) · фильм
3. «

   Нет, существует лишь одна правильная монета — разумение, и лишь в обмен на нее должно все отдавать; лишь в этом случае будут неподдельны и мужество, и рассудительность, и справедливость одним словом, подлинная добродетель: она сопряжена с разумением, все равно, сопутствуют ли ей удовольствия, страхи и все иное тому подобное или не сопутствуют. Если же все это отделить от разумения и обменивать друг на друга, как бы не оказалась пустою видимостью такая добродетель, поистине годная лишь для рабов, хилая и подложная. Между тем, истинное — это действительно очищение от всех [страстей], а рассудительность, справедливость, мужество и само разумение — средство такого очищения.

   Нет, существует лишь одна правильная монета — разумение, и лишь в обмен на нее должно все отдавать; лишь в этом случае будут неподдельны и мужество, и рассудительность, и справедливость одним словом, подлинная добродетель: она сопряжена с разумением, все равно, сопутствуют ли ей удовольствия, страхи и все иное тому подобное или не сопутствуют. Если же все это отделить от разумения и обменивать друг на друга, как бы не оказалась пустою видимостью такая добродетель, поистине годная лишь для рабов, хилая и подложная. Между тем, истинное — это действительно очищение от всех [страстей], а рассудительность, справедливость, мужество и само разумение — средство такого очищения.

   — Платон · книга
4. «

   Если уж я стану советовать, как захватить что-либо, то речь пойдет по меньшей мере обо всем мире.

   Если уж я стану советовать, как захватить что-либо, то речь пойдет по меньшей мере обо всем мире.

   — Анатолий Домбровский · книга
5. «

   Что за странная это вещь, друзья, — то, что люди зовут «приятным»! И как удивительно, на мой взгляд, относится оно к тому, что принято считать его противоположностью, — к мучительному! Вместе разом они в человеке не уживаются, но, если кто гонится за одним и его настигает, он чуть ли не против воли получает и второе: они словно срослись в одной вершине.

   Что за странная это вещь, друзья, — то, что люди зовут «приятным»! И как удивительно, на мой взгляд, относится оно к тому, что принято считать его противоположностью, — к мучительному! Вместе разом они в человеке не уживаются, но, если кто гонится за одним и его настигает, он чуть ли не против воли получает и второе: они словно срослись в одной вершине.

   — Платон · книга
6. «

   Лучший способ определить, куда ведет дорога — это запастись терпением и пройти по ней до конца.

   Лучший способ определить, куда ведет дорога — это запастись терпением и пройти по ней до конца.

   — Дэн Миллман · книга
7. «

   — Если мы не можем соединить две красоты, давай соединим две мудрости, — сказала Аспасия. — А куда девать твою красоту? Знаешь, мудрость приобретается, а красота — дар богов. Нельзя пренебрегать столь великим даром. Да и сильнее она, чем мудрость. Я это знаю, а ты это увидишь.

   — Если мы не можем соединить две красоты, давай соединим две мудрости, — сказала Аспасия. — А куда девать твою красоту? Знаешь, мудрость приобретается, а красота — дар богов. Нельзя пренебрегать столь великим даром. Да и сильнее она, чем мудрость. Я это знаю, а ты это увидишь.

   — Анатолий Домбровский · книга
8. «

   — Твой друг, который так щедро угощает нас, очень богат? — спросила Сократа Аспасия. — Критон? У него есть земля, скот — овцы, козы и коровы, — а еще обширные виноградники. Он весьма состоятельный человек. — Поэтому ты выбрал его себе в друзья? — Стыдно задавать такие вопросы человеку бедному. — Ты беден? — У меня нет доходного дома, мастерских, скота и виноградников, — ответил Сократ, — но у меня много друзей, среди них есть и богатые, как Критон, но славятся они прежде всего тем, что они умные и добрые люди, чем в первую очередь и дороги мне.

   — Твой друг, который так щедро угощает нас, очень богат? — спросила Сократа Аспасия. — Критон? У него есть земля, скот — овцы, козы и коровы, — а еще обширные виноградники. Он весьма состоятельный человек. — Поэтому ты выбрал его себе в друзья? — Стыдно задавать такие вопросы человеку бедному. — Ты беден? — У меня нет доходного дома, мастерских, скота и виноградников, — ответил Сократ, — но у меня много друзей, среди них есть и богатые, как Критон, но славятся они прежде всего тем, что они умные и добрые люди, чем в первую очередь и дороги мне.

   — Анатолий Домбровский · книга
9. «

   ... я хочу, чтобы Перикл влюбился, чтобы сердце его расцвело от этого сладкого чувства, чтобы он понял, как дороги могут быть друг другу люди и как может быть ужасна потеря, когда они лишаются друг друга, как много в жизни иного смысла, кроме того, что содержит в себе власть и подчинение, как много счастья в разделенной любви, а не только в победе и как нужно беречь всех, кто живет одновременно и рядом с тобой, не только для них беречь, для их благополучия, и не столько для них, но и для себя. Для себя — прежде всего.

   ... я хочу, чтобы Перикл влюбился, чтобы сердце его расцвело от этого сладкого чувства, чтобы он понял, как дороги могут быть друг другу люди и как может быть ужасна потеря, когда они лишаются друг друга, как много в жизни иного смысла, кроме того, что содержит в себе власть и подчинение, как много счастья в разделенной любви, а не только в победе и как нужно беречь всех, кто живет одновременно и рядом с тобой, не только для них беречь, для их благополучия, и не столько для них, но и для себя. Для себя — прежде всего.

   — Анатолий Домбровский · книга
10. «

    Но пожалуй, ты будешь изумлен, что среди всего прочего лишь это одно так просто и не терпит никаких исключений, как бывает во всех остальных случаях. Бесспорно, есть люди, которым лучше умереть, чем жить, и, размышляя о них — о тех, кому лучше умереть, — ты будешь озадачен, почему считается нечестивым, если такие люди сами окажут себе благодеяние, почему они обязаны ждать, пока их облагодетельствует кто-то другой.

    Но пожалуй, ты будешь изумлен, что среди всего прочего лишь это одно так просто и не терпит никаких исключений, как бывает во всех остальных случаях. Бесспорно, есть люди, которым лучше умереть, чем жить, и, размышляя о них — о тех, кому лучше умереть, — ты будешь озадачен, почему считается нечестивым, если такие люди сами окажут себе благодеяние, почему они обязаны ждать, пока их облагодетельствует кто-то другой.

    — Платон · книга
11. «

    — ... Ты говорил об умении. Я не умею делать то, что умеет Фидий или Софокл, но и они не умеют делать то, что умею я. Профессия — это умение. Ум же — другое. Ум — это способность в совершенстве овладеть своей профессией. Фидий, Софокл, Полигнот, Протагор, Геродот да и все другие, кто здесь, в совершенстве владеют своими профессиями — скульпторы, трагики, художники, философы, историки. Каждый совершенен в своем деле, стало быть, каждый умен. И ты тоже, — добавил Перикл к общему веселью, — если считаешь своей профессией умение задавать вопросы, ибо достиг в этом умении совершенства. Глупцы же ничего не умеют. — Значит, степень ума определяется совершенством в каком-то деле? Коли вор отлично ворует, а прачка в совершенстве овладела своей профессией, то они умные и могут считаться не глупее тебя? — спросил Сократ. Теперь все засмеялись в поддержку Сократа. — Нет, — сказал Перикл. — Я говорил о совершенстве в тех умениях, где каждый шаг требует обширных знаний и размышлений — так действуют скульпторы, архитекторы, художники, поэты, философы. У вора же и прачки — только навыки. И у болтуна — навыки, тогда как у оратора — ум. — Как же отличить болтуна от оратора? — Оратор убеждает народ силою доводов и истин, народ идет за ним, а глупца забрасывают тухлыми яйцами. — Случается, что и ораторов забрасывают тухлыми яйцами. — Да, когда им изменяет ум.

    — ... Ты говорил об умении. Я не умею делать то, что умеет Фидий или Софокл, но и они не умеют делать то, что умею я. Профессия — это умение. Ум же — другое. Ум — это способность в совершенстве овладеть своей профессией. Фидий, Софокл, Полигнот, Протагор, Геродот да и все другие, кто здесь, в совершенстве владеют своими профессиями — скульпторы, трагики, художники, философы, историки. Каждый совершенен в своем деле, стало быть, каждый умен. И ты тоже, — добавил Перикл к общему веселью, — если считаешь своей профессией умение задавать вопросы, ибо достиг в этом умении совершенства. Глупцы же ничего не умеют. — Значит, степень ума определяется совершенством в каком-то деле? Коли вор отлично ворует, а прачка в совершенстве овладела своей профессией, то они умные и могут считаться не глупее тебя? — спросил Сократ. Теперь все засмеялись в поддержку Сократа. — Нет, — сказал Перикл. — Я говорил о совершенстве в тех умениях, где каждый шаг требует обширных знаний и размышлений — так действуют скульпторы, архитекторы, художники, поэты, философы. У вора же и прачки — только навыки. И у болтуна — навыки, тогда как у оратора — ум. — Как же отличить болтуна от оратора? — Оратор убеждает народ силою доводов и истин, народ идет за ним, а глупца забрасывают тухлыми яйцами. — Случается, что и ораторов забрасывают тухлыми яйцами. — Да, когда им изменяет ум.

    — Анатолий Домбровский · книга
12. «

    Если истина и польза — одно и то же, если там больше истины, где больше пользы, и там меньше истины, где меньше пользы, если истина имеет степень истинности, то где та грань, после которой полезная ложь становится полезной истиной?

    Если истина и польза — одно и то же, если там больше истины, где больше пользы, и там меньше истины, где меньше пользы, если истина имеет степень истинности, то где та грань, после которой полезная ложь становится полезной истиной?

    — Анатолий Домбровский · книга
13. «

    Оставайся в настоящем. Ты ничего не можешь изменить в прошлом, а будущее никогда не будет приходить к тебе в точности таким, каким ты его представлял или ожидал увидеть.

    Оставайся в настоящем. Ты ничего не можешь изменить в прошлом, а будущее никогда не будет приходить к тебе в точности таким, каким ты его представлял или ожидал увидеть.

    — Дэн Миллман · книга
14. «

    Смерть — это трансформация. Немного более радикальная, чем половое созревание, но ничего такого, из-за чего стоит расстраиваться.

    Смерть — это трансформация. Немного более радикальная, чем половое созревание, но ничего такого, из-за чего стоит расстраиваться.

    — Мирный воин (Peaceful Warrior) · фильм
15. «

    Без дружбы никакое общение между людьми не имеет ценности.

    Без дружбы никакое общение между людьми не имеет ценности.

    — Игорь Кон · книга
16. «

    Будь счастлив сейчас, без причины... или ты никогда не будешь счастливым вообще.

    Будь счастлив сейчас, без причины... или ты никогда не будешь счастливым вообще.

    — Дэн Миллман · книга
17. «

    Мы все дураки, – ответил он, – просто немногие люди об этом знают, другие вообще не знают. Ты, кажется, из последних. Подай мне, пожалуйста, вот тот маленький ключ.

    Мы все дураки, – ответил он, – просто немногие люди об этом знают, другие вообще не знают. Ты, кажется, из последних. Подай мне, пожалуйста, вот тот маленький ключ.

    — Дэн Миллман · книга
18. «

    Иногда просто необходимо сойти с ума, чтобы привести в порядок чувства...

    Иногда просто необходимо сойти с ума, чтобы привести в порядок чувства...

    — Мирный воин (Peaceful Warrior) · фильм
19. «

    Время идти отсюда, мне — чтобы умереть, вам — чтобы жить, а кто из нас идет на лучшее, это ни для кого не ясно, кроме Бога.

    Время идти отсюда, мне — чтобы умереть, вам — чтобы жить, а кто из нас идет на лучшее, это ни для кого не ясно, кроме Бога.

    — Платон · книга
20. «

    — Не хочешь ли ты сказать, что готов стать моим учителем и наставником? — засмеялась Аспасия, представив в роли своего наставника и учителя этого некрасивого и бедного молодого человека. — Тебя что-то смущает? Моя уродливость и бедность? — догадался Сократ. Но в богатого и красивого ты влюбилась бы, меня же станешь только слушать.

    — Не хочешь ли ты сказать, что готов стать моим учителем и наставником? — засмеялась Аспасия, представив в роли своего наставника и учителя этого некрасивого и бедного молодого человека. — Тебя что-то смущает? Моя уродливость и бедность? — догадался Сократ. Но в богатого и красивого ты влюбилась бы, меня же станешь только слушать.

    — Анатолий Домбровский · книга