— …Широ… не возражает. Ну… вперед. — Хей, у твоего брата нет никаких эксгибиционистских хобби, ясно? — Я не буду смотреть… Так что… нормально… Все так же, как я делала дома. — Хах? Нет, погоди, погоди, я всегда ждал, пока ты не уснешь, разве нет? — Когда ты делаешь много шуршаний и шума я просыпаюсь. — Ты… просыпалась каждый раз?!
— Что вы думаете о вашем мире? Легко ли в нем живется? — В этой игре нет ни цели, ни правил. Семь миллиардов игроков делают то, что им заблагорассудится. Мир наказывает тех, кто отстает или вырывается вперед. Ты не можешь пропустить свой ход... а будешь много болтать — станешь изгоем. Нет никаких характеристик. Хах! Мы даже не знаем, что это за жанр. Весь этот мир — просто одна неудачная игра.
И еще, прости за это. Просто моя сестра ненавидит принимать ванну. Она хнычет, что обнаженное тело одиннадцатилетней девочки тоже попадает под категорию R18, и поэтому не разрешает мне ее мыть, так что принимает ванну редко. И я решил воспользоваться ее вчерашними словами «если это не будет представлять опасности для рейтинга, то ладно».
— В конечном итоге, моя гениальная с рождения младшая сестренка специализируется на играх как таковых. — …И братик стал хорош только в грязных трюках. — Хей, не называй это грязными трюками. Использование стратегии и тактик тоже часть игр. — …Читерство… для трусов. — Все в порядке, если никто не заметил! Все так, как и в этом мире, верно?!
Шахматы — идеально сбалансированная игра, удачи в ней нет места. Теоретически, тут есть одна беспроигрышная тактика, однако она выполнима лишь в том случае, когда вы можете просчитать все возможные ходы на доске.
Обычно, когда главные герои рассказа попадают в другой мир, они изо всех сил пытаются вернуться обратно, верно? Почему же они хотят вернуться в такой мир?
В этом мире нет такого понятия, как удача. Правила, условия, психологическое состояние... Есть множество невидимых факторов, которые в совокупности приводят к непредсказуемому, но неизбежному результату. Победитель игры определяется даже прежде, чем она начнется. Случайностей не существует.
— Брат, тебе пришло письмо... Вдруг оно от друга. — Чьего друга? — Твоего. — Забавно. Кажется, моя сестрёнка сказала очень странную и саркастичную шутку.
Говорят, что люди могут изменяться, но правда ли это? Если я захочу полететь, у меня вырастут крылья? Сильно сомневаюсь. Мы не меняем себя. Мы меняем этот мир.
Уж не знаю, что ты требуешь от своего брата, контролирующего четырех персонажей на четырех разных экранах одновременно, но у меня нет свободных рук, чтобы проверить письмо.
— О! Отличная работа, спасибо... Кстати, который час? — Посмотрим… восемь часов ночи. — Что за новинка, моя маленькая сестренка, описывать восемь часов утра как ночь? Ладно, какой сегодня день? — …Кто знает… погоди… одна, две… четыре упаковки от «Доширака», это… четвертый день?
Литосфера. Поверхность планеты. Из-за того, что ты не знаешь этих слов, я смог стереть мантию и внешнее ядро, назвав их немногим раньше в нашем поединке. Ты не боишься и не уважаешь незнакомых. Поэтому ты слаба, Джибрил!