13 цитат персонажа «Сьюзи Сэлмон» без воды

Ниже 13 цитат персонажа «Сьюзи Сэлмон»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   После моей смерти милые кости создали новые связи, иногда едва уловимые, иногда полученные большой ценой, но всегда удивительные. Все это случилось после моей смерти, и я взглянула на мир по-новому, и увидела этот мир без себя.

   После моей смерти милые кости создали новые связи, иногда едва уловимые, иногда полученные большой ценой, но всегда удивительные. Все это случилось после моей смерти, и я взглянула на мир по-новому, и увидела этот мир без себя.

   — Милые кости (The Lovely Bones) · фильм
2. «

   У него были тёмно-серые глаза. Глядя с небес, я бросалась в них очертя голову.

   У него были тёмно-серые глаза. Глядя с небес, я бросалась в них очертя голову.

   — Элис Сиболд · книга
3. «

   Я вмиг превратилась в зловонное море, куда он влез, чтобы нагадить.

   Я вмиг превратилась в зловонное море, куда он влез, чтобы нагадить.

   — Элис Сиболд · книга
4. «

   Со времени моей смерти он вступал в каждый новый день, как на минное поле. Но, положа руку на сердце, день моей панихиды обещал быть не самым худшим.

   Со времени моей смерти он вступал в каждый новый день, как на минное поле. Но, положа руку на сердце, день моей панихиды обещал быть не самым худшим.

   — Элис Сиболд · книга
5. «

   ... Я отметила про себя одну из возможностей, которое дает небо. У меня появилось право выбора, и я предпочла сохранить в сердце нашу семью целиком.

   ... Я отметила про себя одну из возможностей, которое дает небо. У меня появилось право выбора, и я предпочла сохранить в сердце нашу семью целиком.

   — Элис Сиболд · книга
6. «

   У моего отца на письменном столе стоял стеклянный шар, а в нем — утопающий в снегу пингвин с красно-белым полосатым шарфиком на шее. Когда я была маленькой, папа сажал меня к себе на колени, придвигал поближе эту вещицу, переворачивал ее вверх дном, а потом резко опускал на подставку. И мы смотрели, как пингвина укутывают снежинки. А мне не давало покоя: пингвин там один-одинешенек, жалко его. Поделившись этой мыслью с отцом, я услышала в ответ: «Не горюй, Сюзи, ему не так уж плохо. Ведь он попал в идеальный мир».

   У моего отца на письменном столе стоял стеклянный шар, а в нем — утопающий в снегу пингвин с красно-белым полосатым шарфиком на шее. Когда я была маленькой, папа сажал меня к себе на колени, придвигал поближе эту вещицу, переворачивал ее вверх дном, а потом резко опускал на подставку. И мы смотрели, как пингвина укутывают снежинки. А мне не давало покоя: пингвин там один-одинешенек, жалко его. Поделившись этой мыслью с отцом, я услышала в ответ: «Не горюй, Сюзи, ему не так уж плохо. Ведь он попал в идеальный мир».

   — Элис Сиболд · книга
7. «

   В каждой избушке свои погремушки.

   В каждой избушке свои погремушки.

   — Элис Сиболд · книга
8. «

   — Я никогда не знала, что значит умереть. Я думала, это значит пропасть или застыть. — Это значит уйти. Она ушла.

   — Я никогда не знала, что значит умереть. Я думала, это значит пропасть или застыть. — Это значит уйти. Она ушла.

   — Сьюзи Сэлмон · фильм
9. «

   Попав на небеса, я первое время считала, что там всем без исключения видится одно и то же...

   Попав на небеса, я первое время считала, что там всем без исключения видится одно и то же...

   — Элис Сиболд · книга
10. «

    Отпущенный мне срок я потратила на любовь — против неё я оказалась бессильна, как не была бессильна даже перед лицом смерти; это было бессилие всего сущего, тёмный багрянец человеческой слабости, движение вслепую, когда на ощупь огибаешь углы, чтобы раскрыть объятия свету, — всё, без чего не бывает открытия неизведанного.

    Отпущенный мне срок я потратила на любовь — против неё я оказалась бессильна, как не была бессильна даже перед лицом смерти; это было бессилие всего сущего, тёмный багрянец человеческой слабости, движение вслепую, когда на ощупь огибаешь углы, чтобы раскрыть объятия свету, — всё, без чего не бывает открытия неизведанного.

    — Элис Сиболд · книга
11. «

    Помню, кaк нa день рождения мне подaрили фотоaппaрaт. Удивитeльно, кaк плeнкa способнa yдержaть мгновение. Я знaлa, кем бyдy, когдa вырaстy, — фотогрaфом-нaтyрaлистом. Извини, мaм! Я предстaвлялa, кaк взрослой бyдy «оxотиться» зa слонaми и носорогaми, но покa я должнa былa довольствовaться Грейс Taркинг. Зaбaвно, кaк рaзные вещи отклaдывaются в пaмяти.

    Помню, кaк нa день рождения мне подaрили фотоaппaрaт. Удивитeльно, кaк плeнкa способнa yдержaть мгновение. Я знaлa, кем бyдy, когдa вырaстy, — фотогрaфом-нaтyрaлистом. Извини, мaм! Я предстaвлялa, кaк взрослой бyдy «оxотиться» зa слонaми и носорогaми, но покa я должнa былa довольствовaться Грейс Taркинг. Зaбaвно, кaк рaзные вещи отклaдывaются в пaмяти.

    — Милые кости (The Lovely Bones) · фильм
12. «

    Глаза-океаны, а в них крушение.

    Глаза-океаны, а в них крушение.

    — Элис Сиболд · книга
13. «

    Теперь для меня жизнь — это вечное вчера.

    Теперь для меня жизнь — это вечное вчера.

    — Элис Сиболд · книга