25 коротких цитат персонажа «Тирни Джеймс»

Ниже 25 цитат персонажа «Тирни Джеймс»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Все внушают, что нам под силу выманивать взрослых мужчин из супружеских постелей, лишать юношей рассудка и заставлять жен сходить с ума от ревности. Люди считают, что от нашей кожи исходит сильнейший афродизиак, пьянящий аромат юности, аромат девушки, готовой превратиться в женщину.

   Все внушают, что нам под силу выманивать взрослых мужчин из супружеских постелей, лишать юношей рассудка и заставлять жен сходить с ума от ревности. Люди считают, что от нашей кожи исходит сильнейший афродизиак, пьянящий аромат юности, аромат девушки, готовой превратиться в женщину.

   — Ким Лиггетт · книга
2. «

   – Ты боишься меня? Боишься моего волшебства? – Я боюсь не тебя. Я боюсь тех чувств, которые ты будишь во мне.

   – Ты боишься меня? Боишься моего волшебства? – Я боюсь не тебя. Я боюсь тех чувств, которые ты будишь во мне.

   — Ким Лиггетт · книга
3. «

   Я всегда выбираю правду, какой бы горькой она ни была.

   Я всегда выбираю правду, какой бы горькой она ни была.

   — Ким Лиггетт · книга
4. «

   Раньше я думала, что это и есть мое волшебство – дар видеть то, чего не видят другие, то, в чем они не хотят признаться даже самим себе. Но на самом деле, чтобы увидеть, достаточно просто открыть глаза. Мои же глаза всегда широко открыты.

   Раньше я думала, что это и есть мое волшебство – дар видеть то, чего не видят другие, то, в чем они не хотят признаться даже самим себе. Но на самом деле, чтобы увидеть, достаточно просто открыть глаза. Мои же глаза всегда широко открыты.

   — Ким Лиггетт · книга
5. «

   Я храню воспоминания о нём, словно краденые драгоценности, которые можно надевать лишь по особым случаям.

   Я храню воспоминания о нём, словно краденые драгоценности, которые можно надевать лишь по особым случаям.

   — Ким Лиггетт · книга
6. «

   Призраки могут причинить тебе зло, только если ты в них веришь.

   Призраки могут причинить тебе зло, только если ты в них веришь.

   — Ким Лиггетт · книга
7. «

   – В округе Гарнер считается, что нет ничего более опасного, чем женщина, которая говорит то, что думает. Хуже только женщина, которая делает что-то во вред мужчине. Именно это произошло с Евой, поэтому-то нас и изгнали из рая. Мы опасные создания, полные дьявольских замыслов. Если дать нам возможность, мы используем свое волшебство, чтобы ввести мужчин во грех, чтобы посеять зло. Поэтому они отправляют нас сюда. – Чтобы вы избавились от своего волшебства. – Нет. Чтобы сломить нас.

   – В округе Гарнер считается, что нет ничего более опасного, чем женщина, которая говорит то, что думает. Хуже только женщина, которая делает что-то во вред мужчине. Именно это произошло с Евой, поэтому-то нас и изгнали из рая. Мы опасные создания, полные дьявольских замыслов. Если дать нам возможность, мы используем свое волшебство, чтобы ввести мужчин во грех, чтобы посеять зло. Поэтому они отправляют нас сюда. – Чтобы вы избавились от своего волшебства. – Нет. Чтобы сломить нас.

   — Ким Лиггетт · книга
8. «

   Год благодати меняет людей, я видела это своими глазами. После него женщины обретают умение притворяться.

   Год благодати меняет людей, я видела это своими глазами. После него женщины обретают умение притворяться.

   — Ким Лиггетт · книга
9. «

   Пусть у нас нет волшебной силы, но мы не бессильны.

   Пусть у нас нет волшебной силы, но мы не бессильны.

   — Ким Лиггетт · книга
10. «

    Мы причиняем друг другу зло потому, что только так нам дозволено проявлять злость. Отберите у человека право выбора – и вот уже огонь разгорается у него внутри. Иногда мне кажется, что мы могли бы спалить весь мир – и нашей любовью, и нашей яростью, и всем, что лежит где-то посередине.

    Мы причиняем друг другу зло потому, что только так нам дозволено проявлять злость. Отберите у человека право выбора – и вот уже огонь разгорается у него внутри. Иногда мне кажется, что мы могли бы спалить весь мир – и нашей любовью, и нашей яростью, и всем, что лежит где-то посередине.

    — Ким Лиггетт · книга
11. «

    Глаза мои открыты, и теперь я вижу все.

    Глаза мои открыты, и теперь я вижу все.

    — Ким Лиггетт · книга
12. «

    Цветок никогда не бывает просто цветком.

    Цветок никогда не бывает просто цветком.

    — Ким Лиггетт · книга
13. «

    Всех нас гложет страх перед старостью и страх не родить мужьям сыновей. Страхи, о которых женщины не говорят вслух. Я видела, как из их тел наружу просачиваются боль и злость, заставляющие накидываться на таких же, как они сами. Видела, как они завидуют собственным дочерям. Как завидуют ветру, который свободен. Я думаю, если нас разрезать, внутри окажется бесконечный лабиринт со множеством поворотов, перегороженных плотинами и заканчивающихся тупиками. Сердце, внутри которого стоят такие высокие стены, не может биться свободно. Но сейчас, в окружении матушки и сестер, я понимаю, что мы представляем собой нечто куда большее… даже в наших маленьких жестах скрыт целый мир.

    Всех нас гложет страх перед старостью и страх не родить мужьям сыновей. Страхи, о которых женщины не говорят вслух. Я видела, как из их тел наружу просачиваются боль и злость, заставляющие накидываться на таких же, как они сами. Видела, как они завидуют собственным дочерям. Как завидуют ветру, который свободен. Я думаю, если нас разрезать, внутри окажется бесконечный лабиринт со множеством поворотов, перегороженных плотинами и заканчивающихся тупиками. Сердце, внутри которого стоят такие высокие стены, не может биться свободно. Но сейчас, в окружении матушки и сестер, я понимаю, что мы представляем собой нечто куда большее… даже в наших маленьких жестах скрыт целый мир.

    — Ким Лиггетт · книга
14. «

    Сдерживая слёзы, я гляжу на небо и киваю. Герти так благодарна, невероятно благодарна, но ей не следует благодарить кого-то просто за то, что он обращается с ней как с человеком. Никто не должен за это благодарить.

    Сдерживая слёзы, я гляжу на небо и киваю. Герти так благодарна, невероятно благодарна, но ей не следует благодарить кого-то просто за то, что он обращается с ней как с человеком. Никто не должен за это благодарить.

    — Ким Лиггетт · книга
15. «

    Мне стоит огромного труда не сорваться прямо сейчас, но я должна оставаться сильной. Достаточно одного – единственного проявления слабости, одной – единственной щели в броне – и я полностью утрачу самообладание и бессильно рухну на пол. Я позволю себе горевать только тогда, когда они поднесут спичку к моему костру. Но до тех пор я буду держаться.

    Мне стоит огромного труда не сорваться прямо сейчас, но я должна оставаться сильной. Достаточно одного – единственного проявления слабости, одной – единственной щели в броне – и я полностью утрачу самообладание и бессильно рухну на пол. Я позволю себе горевать только тогда, когда они поднесут спичку к моему костру. Но до тех пор я буду держаться.

    — Ким Лиггетт · книга
16. «

    Когда я была маленькой, каждая моя мысль ясно отображалась у меня на лице. Позже я научилась скрывать свои думы за милой улыбкой, но иногда, глядя на себя в зеркало, я вижу, какой ужас горит в моих глазах. И чем ближе я подходила к началу года благодати, тем жарче полыхал этот огонь. Порой мне кажется, что глаза мои так в нем и сгорят.

    Когда я была маленькой, каждая моя мысль ясно отображалась у меня на лице. Позже я научилась скрывать свои думы за милой улыбкой, но иногда, глядя на себя в зеркало, я вижу, какой ужас горит в моих глазах. И чем ближе я подходила к началу года благодати, тем жарче полыхал этот огонь. Порой мне кажется, что глаза мои так в нем и сгорят.

    — Ким Лиггетт · книга
17. «

    В этом месте мы все – и те, у кого есть покрывала, и те, у кого их нет, и грешные, и святые – равны перед лицом смерти.

    В этом месте мы все – и те, у кого есть покрывала, и те, у кого их нет, и грешные, и святые – равны перед лицом смерти.

    — Ким Лиггетт · книга
18. «

    Глаза мои открыты, и теперь я вижу все.

    Глаза мои открыты, и теперь я вижу все.

    — Ким Лиггетт · книга
19. «

    – Почему ты хочешь это сделать? – Я хочу увидеть тебя с распущенными волосами и лучами солнца на лице.

    – Почему ты хочешь это сделать? – Я хочу увидеть тебя с распущенными волосами и лучами солнца на лице.

    — Ким Лиггетт · книга
20. «

    Пускай меня изгонят, пускай высекут до полусмерти – лишь бы больше не приходилось молчать.

    Пускай меня изгонят, пускай высекут до полусмерти – лишь бы больше не приходилось молчать.

    — Ким Лиггетт · книга