19 цитат персонажа «Уильям Джеймс Генри» для размышлений

19 цитат персонажа «Уильям Джеймс Генри» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мы дети Адама. В нашей природе оборачиваться и смотреть в лицо безликому.

   Мы дети Адама. В нашей природе оборачиваться и смотреть в лицо безликому.

   — Рик Янси · книга
2. «

   Говорят, бог взирает на нас сверху, как падальщик, который парит над проклятой серой землёй. Вдалеке есть бог. Вонь от человечества не поднимается так высоко. Наши предательства, наши зависти, наши страхи — все они поднимаются не выше наших макушек.

   Говорят, бог взирает на нас сверху, как падальщик, который парит над проклятой серой землёй. Вдалеке есть бог. Вонь от человечества не поднимается так высоко. Наши предательства, наши зависти, наши страхи — все они поднимаются не выше наших макушек.

   — Рик Янси · книга
3. «

   — Что ты сейчас делаешь? — спросил он. — Ничего, сэр. — Извини меня, но ведь ты мог бы делать это практически в любом месте? — Да, сэр. Я… Я буду это делать, сэр. — Что? Что ты будешь делать? — Ничего… Я буду ничего не делать в каком-то другом месте.

   — Что ты сейчас делаешь? — спросил он. — Ничего, сэр. — Извини меня, но ведь ты мог бы делать это практически в любом месте? — Да, сэр. Я… Я буду это делать, сэр. — Что? Что ты будешь делать? — Ничего… Я буду ничего не делать в каком-то другом месте.

   — Рик Янси · книга
4. «

   Поэт не перестаёт быть поэтом только оттого, что перестаёт писать стихи.

   Поэт не перестаёт быть поэтом только оттого, что перестаёт писать стихи.

   — Рик Янси · книга
5. «

   Возможно, это наша судьба, проклятие человечества, — никогда не знать и не понимать друг друга. Мы создаём своё мнение о другом человеке, основываясь на его словах и поступках, и получается хрупкая конструкция, почти мираж, существующий только в нашем сознании.

   Возможно, это наша судьба, проклятие человечества, — никогда не знать и не понимать друг друга. Мы создаём своё мнение о другом человеке, основываясь на его словах и поступках, и получается хрупкая конструкция, почти мираж, существующий только в нашем сознании.

   — Рик Янси · книга
6. «

   Путь тёмен, дорога извилиста. Так легко заблудиться, если не знаешь, куда идти, легко начать ходить кругами, легко оказаться снова там, откуда вышел.

   Путь тёмен, дорога извилиста. Так легко заблудиться, если не знаешь, куда идти, легко начать ходить кругами, легко оказаться снова там, откуда вышел.

   — Рик Янси · книга
7. «

   На этой серой земле у нас нет имён. Мы скелеты, отражающие в жёлтом глазу. Наши кости иссушены и выбелены прямо под кожей, наши пустые глазницы разглядывают голодных ворон. В этом царстве теней наши оловянные голоса скребутся как крыло мухи по неподвижному воздуху. Наш язык — это язык слабоумных, тарабарщина идиотов. Корень и лоза могли бы сказать больше, чем мы.

   На этой серой земле у нас нет имён. Мы скелеты, отражающие в жёлтом глазу. Наши кости иссушены и выбелены прямо под кожей, наши пустые глазницы разглядывают голодных ворон. В этом царстве теней наши оловянные голоса скребутся как крыло мухи по неподвижному воздуху. Наш язык — это язык слабоумных, тарабарщина идиотов. Корень и лоза могли бы сказать больше, чем мы.

   — Рик Янси · книга
8. «

   Мужчина должен властвовать над своими страстями, иначе они станут властвовать над ним — если конечно, они у него есть. В этом и заключается камень преткновения, центральный вопрос, главная проблема.

   Мужчина должен властвовать над своими страстями, иначе они станут властвовать над ним — если конечно, они у него есть. В этом и заключается камень преткновения, центральный вопрос, главная проблема.

   — Рик Янси · книга
9. «

   Мы часто мстим, когда прошло, уже много времени, тем кто ни в чём не виноват, кто всего лишь напоминает нам наших обидчиков. Мы грешим, причиняя им тот же вред, что причиняли нам, и тем самым до бесконечности преодолеваем боль, испытанную нами, передавая её дальше и дальше по цепочке.

   Мы часто мстим, когда прошло, уже много времени, тем кто ни в чём не виноват, кто всего лишь напоминает нам наших обидчиков. Мы грешим, причиняя им тот же вред, что причиняли нам, и тем самым до бесконечности преодолеваем боль, испытанную нами, передавая её дальше и дальше по цепочке.

   — Рик Янси · книга
10. «

    В своих городах мы отрешились от смерти, задвинули её в пыльный угол, но в пустыне она всегда рядом. Это любовница, которая творит жизнь. Чувственные объятия хищника и жертвы, оргазменный предсмертный крик, последний спазматический всплеск крови, даже безмолвное оплодотворение земли упавшим деревом и разлагающимися листьями — всё это ласки возлюбленных, непременное условие жизни.

    В своих городах мы отрешились от смерти, задвинули её в пыльный угол, но в пустыне она всегда рядом. Это любовница, которая творит жизнь. Чувственные объятия хищника и жертвы, оргазменный предсмертный крик, последний спазматический всплеск крови, даже безмолвное оплодотворение земли упавшим деревом и разлагающимися листьями — всё это ласки возлюбленных, непременное условие жизни.

    — Рик Янси · книга
11. «

    Есть вещи слишком ужасные, чтобы их вспоминать, и слишком прекрасные, чтобы их воскресить.

    Есть вещи слишком ужасные, чтобы их вспоминать, и слишком прекрасные, чтобы их воскресить.

    — Рик Янси · книга
12. «

    Мы все, за неимением лучшего слова, монстрологи. Наша дичь разнится в зависимости от нашего возраста, пола, интересов и сил. Кто-то охотится на самые простые и глупые вещи — новейшее электронное устройство, продвижение по службе, первого красавца или красавицу школы. Другие падки на славу, власть, богатство. Некоторые, более благородные души ищут божественных откровений, знаний или же блага для всего человечества.

    Мы все, за неимением лучшего слова, монстрологи. Наша дичь разнится в зависимости от нашего возраста, пола, интересов и сил. Кто-то охотится на самые простые и глупые вещи — новейшее электронное устройство, продвижение по службе, первого красавца или красавицу школы. Другие падки на славу, власть, богатство. Некоторые, более благородные души ищут божественных откровений, знаний или же блага для всего человечества.

    — Рик Янси · книга
13. «

    Ребёнок беззащитен перед болезнью родителя, он не может видеть, как тот лежит в постели и страдает. Родители — они же как солнце над головой — всегда были, есть и будут, ребёнок себе и представить не может по-другому. Если слёг отец, где гарантия, что завтра солнце не упадёт в океан?

    Ребёнок беззащитен перед болезнью родителя, он не может видеть, как тот лежит в постели и страдает. Родители — они же как солнце над головой — всегда были, есть и будут, ребёнок себе и представить не может по-другому. Если слёг отец, где гарантия, что завтра солнце не упадёт в океан?

    — Рик Янси · книга
14. «

    Истинная красота, Красота с большой буквы, ужасна — она ставит нас на место, она заставляет нас осознавать своё уродство. Она — бесценный трофей.

    Истинная красота, Красота с большой буквы, ужасна — она ставит нас на место, она заставляет нас осознавать своё уродство. Она — бесценный трофей.

    — Рик Янси · книга
15. «

    Нет одиночества более сильного, чем рядом с человеком, который не видит тебя в упор, занятый собственными делами.

    Нет одиночества более сильного, чем рядом с человеком, который не видит тебя в упор, занятый собственными делами.

    — Рик Янси · книга
16. «

    Нечто в нас тоскует по неописуемому, недостижимому... тому, что может быть зримо.

    Нечто в нас тоскует по неописуемому, недостижимому... тому, что может быть зримо.

    — Рик Янси · книга
17. «

    Чудовища, владеющие нашим сознанием, — не более чем наши собственные страхи и фантазии.

    Чудовища, владеющие нашим сознанием, — не более чем наши собственные страхи и фантазии.

    — Рик Янси · книга
18. «

    Может быть, мужчины и более сильный пол, но женщины сделаны из гораздо более крепкого материала!

    Может быть, мужчины и более сильный пол, но женщины сделаны из гораздо более крепкого материала!

    — Рик Янси · книга
19. «

    Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем.

    Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем.

    — Рик Янси · книга