32 цитаты персонажа «Вероника» — читать онлайн

Собрали 32 цитаты персонажа «Вероника» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Айя, знаешь, иногда людям, особенно очень молодым людям, кажется, что они любят кого-то очень-очень сильно. На самом же деле их Бессознательное цепляется за чей-то образ по одной единственной причине – потому, что этот человек недоступен. Так мы повторяем те «грабли», на которые наступали наши родители или другие близкие нам люди. Просто копируем те шаблоны, которые когда-то увидели и запомнили. Потому что так нам привычно, других примеров у нас нет или они не так сильно запомнились... В какой-то момент Саймон, возможно, поймет, что это наваждение – и не самое важное в жизни. Увидит, что есть другие люди, другие интересы. Сейчас он захвачен этим прекрасным образом, потому что еще очень юн и не видит настоящую причину своих чувств. Но с возрастом… — С возрастом и я пойму, что Саймон – лишь наваждение. Да? Это ты хочешь сказать, мама? — Я не знаю, дочка. Может быть, пройдет время, и Саймон наконец увидит и разглядит тебя. А может быть, этого так никогда и не случится. Мне не хотелось бы, чтобы вся твоя жизнь прошла в ожидании того момента, когда Саймон обратит на тебя внимание. — Я так понимаю, это тонкий намек на то, что я зря надеюсь? — Нет, милая, это прямой текст о том, что жизнь больше, чем юношеская влюбленность. И можно быть счастливой, несмотря на то, что кто-то не увлечен тобой.

   — Айя, знаешь, иногда людям, особенно очень молодым людям, кажется, что они любят кого-то очень-очень сильно. На самом же деле их Бессознательное цепляется за чей-то образ по одной единственной причине – потому, что этот человек недоступен. Так мы повторяем те «грабли», на которые наступали наши родители или другие близкие нам люди. Просто копируем те шаблоны, которые когда-то увидели и запомнили. Потому что так нам привычно, других примеров у нас нет или они не так сильно запомнились... В какой-то момент Саймон, возможно, поймет, что это наваждение – и не самое важное в жизни. Увидит, что есть другие люди, другие интересы. Сейчас он захвачен этим прекрасным образом, потому что еще очень юн и не видит настоящую причину своих чувств. Но с возрастом… — С возрастом и я пойму, что Саймон – лишь наваждение. Да? Это ты хочешь сказать, мама? — Я не знаю, дочка. Может быть, пройдет время, и Саймон наконец увидит и разглядит тебя. А может быть, этого так никогда и не случится. Мне не хотелось бы, чтобы вся твоя жизнь прошла в ожидании того момента, когда Саймон обратит на тебя внимание. — Я так понимаю, это тонкий намек на то, что я зря надеюсь? — Нет, милая, это прямой текст о том, что жизнь больше, чем юношеская влюбленность. И можно быть счастливой, несмотря на то, что кто-то не увлечен тобой.

   — Вероника
2. «

   ...спасибо тебе за то, что ты дал моей жизни смысл.

   ...спасибо тебе за то, что ты дал моей жизни смысл.

   — Пауло Коэльо · книга
3. «

   Вот зачем ты приехала на эту свою книжную выставку? Куда ни плюнь — в писателя попадешь. А тебе один — старый, другой — страшный, третий — злой, четвертый — бездарный. Между прочим, Пушкин был — страшный, Толстой — старый, а Лермонтов — злой. Если тебе ни один классик не подходит, как же ты современника найдешь?

   Вот зачем ты приехала на эту свою книжную выставку? Куда ни плюнь — в писателя попадешь. А тебе один — старый, другой — страшный, третий — злой, четвертый — бездарный. Между прочим, Пушкин был — страшный, Толстой — старый, а Лермонтов — злой. Если тебе ни один классик не подходит, как же ты современника найдешь?

   — Вероника · фильм
4. «

   — Мам, вы очень любящие родители – и ты, и Гор. Вы склонны преувеличивать опасность. Папа тоже так считает. — Папа так считает… — Вероника уронила голову на руки и тяжело выдохнула. Анита, испугавшись, обняла ее своими маленькими ручками. Айя тоже обняла их обеих. – Айя, твой папа не растил тебя, он не знает тебя, ему ничего не известно о жизни на Марсе. Почему же его мнение ты считаешь важным, а моё нет? — Просто его мнение совпадает с моим. — Вот как… Так просто! Во что ты хочешь верить, то и верно, да?

   — Мам, вы очень любящие родители – и ты, и Гор. Вы склонны преувеличивать опасность. Папа тоже так считает. — Папа так считает… — Вероника уронила голову на руки и тяжело выдохнула. Анита, испугавшись, обняла ее своими маленькими ручками. Айя тоже обняла их обеих. – Айя, твой папа не растил тебя, он не знает тебя, ему ничего не известно о жизни на Марсе. Почему же его мнение ты считаешь важным, а моё нет? — Просто его мнение совпадает с моим. — Вот как… Так просто! Во что ты хочешь верить, то и верно, да?

   — Вероника
5. «

   — Женщина не может быть счастливой без любви, — Айя поджала под себя коленки, как будто хотела превратиться в сжатый крошечный узелок, спрятаться в ракушку. — Тут ты права, Айя. Но любовь бывает разная. Знаешь, было время, когда я была счастлива просто вдвоем с тобой. Со мной рядом уже не было твоего отца и еще не было Гора. Но я была очень-очень счастлива, когда никто тебя у меня не отнимал, когда мы просто были вместе, вдвоем. Ели мороженое, играли, гуляли, рисовали. И никакой мужчина не мог бы заменить мне этого огромного счастья. — Но у меня-то нет детей… — Но у тебя есть семья, друзья, твои книги. Ты пишешь такие интересные книги! Сейчас у тебя такой возраст, что ты можешь себе позволить пробовать разное. Искать, что тебе понравится. В 20 лет самое время ошибаться, падать с небес на землю, снова вставать, снова идти и искать в жизни то, что будет радовать тебя. А любовь мужчины тоже придет, рано или поздно.

   — Женщина не может быть счастливой без любви, — Айя поджала под себя коленки, как будто хотела превратиться в сжатый крошечный узелок, спрятаться в ракушку. — Тут ты права, Айя. Но любовь бывает разная. Знаешь, было время, когда я была счастлива просто вдвоем с тобой. Со мной рядом уже не было твоего отца и еще не было Гора. Но я была очень-очень счастлива, когда никто тебя у меня не отнимал, когда мы просто были вместе, вдвоем. Ели мороженое, играли, гуляли, рисовали. И никакой мужчина не мог бы заменить мне этого огромного счастья. — Но у меня-то нет детей… — Но у тебя есть семья, друзья, твои книги. Ты пишешь такие интересные книги! Сейчас у тебя такой возраст, что ты можешь себе позволить пробовать разное. Искать, что тебе понравится. В 20 лет самое время ошибаться, падать с небес на землю, снова вставать, снова идти и искать в жизни то, что будет радовать тебя. А любовь мужчины тоже придет, рано или поздно.
6. «

   Айя смотрела, как Анита аккуратно раскладывала шарики по коробкам: в одну положила только синие шарики, в другую только зеленые, в третью только красные. Все желтые шарики остались в большой коробке. Анита минутку полюбовалась своим творением. Позвала маму и сестру, показала им пальчиком на результат своего труда. — Умница, — улыбнулась Вероника. – Вот это красный цвет. Это зеленый. А это желтый. А вот это какой? — Сиий, — заулыбалась Анита. — Правильно, молодец, это синий. Анита снова высыпала все шарики в коробку, перемешала ручками и принялась раскладывать. Теперь в одной коробке снова оказались только синие мячи, во второй зеленые вперемешку с красными, а в третьей вообще смесь из всех четырех цветов. — Знаешь, мама, когда я смотрю, как она играет, мне кажется, кто-то на небе точно также играет в нас. Берет наши души и перемешивает их как хочет. Ведь после смерти душа наверняка не умирает вместе с телом, правда? — Я не знаю, милая. — А я точно уверена. Душа не умирает, она куда-то возвращается. В какой-то резервуар. Вся целиком, со всеми её компонентами – с любовью и ревностью, со страхом и печалью, с горестями и мечтами. Много-много вот таких «шариков», и в каждом – что-то важное, какая-то часть личности человека. И вот, попадает это всё в какую-то огромную коробку – например, вот в такую же, с розовым бантом, – а потом кто-то берет и раскладывает все эти частички снова по маминым животам — и рождаются дети. Кто-то снова весь состоит из частичек себя прежнего. Кому-то достались красные и зеленые шарики – частично смешались компоненты двух когда-то существовавших личностей, а кто-то и вовсе весь, как мозаика, состоит из разноцветных частичек живших когда-то совершенно разных людей. — Любопытная теория, — улыбнулась Вероника. – Она могла бы объяснить возникновение раздвоения личности или проблемы с памятью. А еще тогда становится понятно, почему люди ищут и находят друг друга, влюбляются. Они стремятся воссоединиться? — Наверное, — Айя вздохнула. – Видимо, в нас с Саймоном слишком много общих частичек, раз я никак не могу прекратить мечтать о нем. И, похоже, третья часть этого внутреннего разноцветного богатства досталась Стефани…

   Айя смотрела, как Анита аккуратно раскладывала шарики по коробкам: в одну положила только синие шарики, в другую только зеленые, в третью только красные. Все желтые шарики остались в большой коробке. Анита минутку полюбовалась своим творением. Позвала маму и сестру, показала им пальчиком на результат своего труда. — Умница, — улыбнулась Вероника. – Вот это красный цвет. Это зеленый. А это желтый. А вот это какой? — Сиий, — заулыбалась Анита. — Правильно, молодец, это синий. Анита снова высыпала все шарики в коробку, перемешала ручками и принялась раскладывать. Теперь в одной коробке снова оказались только синие мячи, во второй зеленые вперемешку с красными, а в третьей вообще смесь из всех четырех цветов. — Знаешь, мама, когда я смотрю, как она играет, мне кажется, кто-то на небе точно также играет в нас. Берет наши души и перемешивает их как хочет. Ведь после смерти душа наверняка не умирает вместе с телом, правда? — Я не знаю, милая. — А я точно уверена. Душа не умирает, она куда-то возвращается. В какой-то резервуар. Вся целиком, со всеми её компонентами – с любовью и ревностью, со страхом и печалью, с горестями и мечтами. Много-много вот таких «шариков», и в каждом – что-то важное, какая-то часть личности человека. И вот, попадает это всё в какую-то огромную коробку – например, вот в такую же, с розовым бантом, – а потом кто-то берет и раскладывает все эти частички снова по маминым животам — и рождаются дети. Кто-то снова весь состоит из частичек себя прежнего. Кому-то достались красные и зеленые шарики – частично смешались компоненты двух когда-то существовавших личностей, а кто-то и вовсе весь, как мозаика, состоит из разноцветных частичек живших когда-то совершенно разных людей. — Любопытная теория, — улыбнулась Вероника. – Она могла бы объяснить возникновение раздвоения личности или проблемы с памятью. А еще тогда становится понятно, почему люди ищут и находят друг друга, влюбляются. Они стремятся воссоединиться? — Наверное, — Айя вздохнула. – Видимо, в нас с Саймоном слишком много общих частичек, раз я никак не могу прекратить мечтать о нем. И, похоже, третья часть этого внутреннего разноцветного богатства досталась Стефани…

   — Вероника
7. «

   Из одинокой женщины так просто сделать мишень, Гор. Даже ничего делать не надо. Достаточно просто не протянуть ей руки.

   Из одинокой женщины так просто сделать мишень, Гор. Даже ничего делать не надо. Достаточно просто не протянуть ей руки.
8. «

   — Гор, мы ходим по кругу. Ключ ко всему – любовь. Если она есть, ничего не страшно. — Вот как… Любовь… Но видишь ли, Ника, трудней всего, оказывается, любить именно тех, кому больше всего любви не хватает. Возможно ли вообще полюбить такого ребенка, как Эльза? — Ты же смог полюбить меня. В том обозленном на весь мир состоянии, не способную ни понять тебя, ни даже услышать. Всё равно полюбил. Видишь, а у Ирины, похоже, начинает получаться любить Эльзу. — Как ей это удается? Для меня это загадка… — Женское сердце, Гор. Может, по сравнению с любовью мужчин, именно женское чувство — это немного другой вид любви? Вы, мужчины, любите всё-таки за что-то. А мы просто потому, что чувствуем такую необходимость. Чувствуем, что внутри нас любовь есть и ее нужно кому-то отдать.

   — Гор, мы ходим по кругу. Ключ ко всему – любовь. Если она есть, ничего не страшно. — Вот как… Любовь… Но видишь ли, Ника, трудней всего, оказывается, любить именно тех, кому больше всего любви не хватает. Возможно ли вообще полюбить такого ребенка, как Эльза? — Ты же смог полюбить меня. В том обозленном на весь мир состоянии, не способную ни понять тебя, ни даже услышать. Всё равно полюбил. Видишь, а у Ирины, похоже, начинает получаться любить Эльзу. — Как ей это удается? Для меня это загадка… — Женское сердце, Гор. Может, по сравнению с любовью мужчин, именно женское чувство — это немного другой вид любви? Вы, мужчины, любите всё-таки за что-то. А мы просто потому, что чувствуем такую необходимость. Чувствуем, что внутри нас любовь есть и ее нужно кому-то отдать.

   — Горисвет
9. «

   Она знала, что луна слушает её сейчас и гордится собой, а звёзды ей завидуют.

   Она знала, что луна слушает её сейчас и гордится собой, а звёзды ей завидуют.

   — Пауло Коэльо · книга
10. «

    Не стыдись быть любимым. Я ничего не прошу, только позволь мне любить тебя, играть еще одну ночь на пианино, если у меня хватит на это сил. А за это я прошу тебя только об одном: если услышишь, как кто-нибудь станет говорить, что я умираю, иди прямо в мою палату. Позволь мне осуществить моё желание.

    Не стыдись быть любимым. Я ничего не прошу, только позволь мне любить тебя, играть еще одну ночь на пианино, если у меня хватит на это сил. А за это я прошу тебя только об одном: если услышишь, как кто-нибудь станет говорить, что я умираю, иди прямо в мою палату. Позволь мне осуществить моё желание.

    — Пауло Коэльо · книга
11. «

    — А что такое «истинное Я»? — Это то, чем вы являетесь, а не то, что с вами сделали.

    — А что такое «истинное Я»? — Это то, чем вы являетесь, а не то, что с вами сделали.

    — Пауло Коэльо · книга
12. «

    Если Бог существует — во что я, правда не верю, — Он должен знать, что есть предел силам человеческим, преде человеческому пониманию. Ведь разве не Он создал этот мир со своей безнадежной неразберихой, с его ложью, наживой, нищетой, отчужденностью, несправедливостью, одиночеством. Несомненно, Он действовал из лучших побуждений, но результаты оказались давольно-таки плачевными. Итак, если Бог есть, Он должен быть снисходителен к тем своим творениям, которые хотят пораньше покинуть эту Землю, а может быть, даже попросить у них прощения за то, что заставил ходить по ней.

    Если Бог существует — во что я, правда не верю, — Он должен знать, что есть предел силам человеческим, преде человеческому пониманию. Ведь разве не Он создал этот мир со своей безнадежной неразберихой, с его ложью, наживой, нищетой, отчужденностью, несправедливостью, одиночеством. Несомненно, Он действовал из лучших побуждений, но результаты оказались давольно-таки плачевными. Итак, если Бог есть, Он должен быть снисходителен к тем своим творениям, которые хотят пораньше покинуть эту Землю, а может быть, даже попросить у них прощения за то, что заставил ходить по ней.

    — Пауло Коэльо · книга
13. «

    Знаешь, счастье – это ведь не просто чувство такое. Это навык. Умение замечать в жизни хорошее, важное, светлое. Кому-то этот навык дан с рождения, а кто-то должен развивать его в себе. Порой долго, годами. Но дело того стоит.

    Знаешь, счастье – это ведь не просто чувство такое. Это навык. Умение замечать в жизни хорошее, важное, светлое. Кому-то этот навык дан с рождения, а кто-то должен развивать его в себе. Порой долго, годами. Но дело того стоит.
14. «

    Всё внутреннее — это иллюзия, а полагаясь на иллюзию, мы теряем путь. А всё внешнее — всего лишь сновидение внутренней иллюзии, и полагаться на него было бы вдвойне глупо.

    Всё внутреннее — это иллюзия, а полагаясь на иллюзию, мы теряем путь. А всё внешнее — всего лишь сновидение внутренней иллюзии, и полагаться на него было бы вдвойне глупо.

    — Дмитрий Алексеевич Калинин · книга
15. «

    — Почему ты не можешь общаться со мной так же, как со своими?! — Потому что ты лучшее, что есть моей жизни! Мы все в грязи купаемся каждый день, в болоте, говном себя измазываем с ног до головы. И я так же. Беру из большой кучи говна, черпаю и на себя, на себя вот так, чтобы ты чистенькая была! Чтоб хоть тебе туда не пришлось окунаться! А ты туда лезешь и лезешь, лезешь и лезешь! Как будто тебе...нравится это все. Я хочу, чтобы ты была другой, потому что я тебя очень люблю. Единственного на земле человека по-настоящему. А ты не понимаешь. Или делаешь вид, что не понимаешь. А может, ты и правда такая. Я устал...

    — Почему ты не можешь общаться со мной так же, как со своими?! — Потому что ты лучшее, что есть моей жизни! Мы все в грязи купаемся каждый день, в болоте, говном себя измазываем с ног до головы. И я так же. Беру из большой кучи говна, черпаю и на себя, на себя вот так, чтобы ты чистенькая была! Чтоб хоть тебе туда не пришлось окунаться! А ты туда лезешь и лезешь, лезешь и лезешь! Как будто тебе...нравится это все. Я хочу, чтобы ты была другой, потому что я тебя очень люблю. Единственного на земле человека по-настоящему. А ты не понимаешь. Или делаешь вид, что не понимаешь. А может, ты и правда такая. Я устал...

    — Вероника · сериал
16. «

    — Если ты такая умная, что же ты до сих пор одна? — Я одна? Да у меня, между прочим, целый гарем! Слава богу, могу себе позволить! На все случаи жизни: Геннадий для безопасности, Василий для домашней работы, Евгений для устных разговоров, Этичка, можно сказать, для удовольствия, ну и Эдик так, для красоты. — А что, не бывает так, чтобы один и на все руки? — Бывает, но очень дорого. Даже я еще не заработала.

    — Если ты такая умная, что же ты до сих пор одна? — Я одна? Да у меня, между прочим, целый гарем! Слава богу, могу себе позволить! На все случаи жизни: Геннадий для безопасности, Василий для домашней работы, Евгений для устных разговоров, Этичка, можно сказать, для удовольствия, ну и Эдик так, для красоты. — А что, не бывает так, чтобы один и на все руки? — Бывает, но очень дорого. Даже я еще не заработала.

    — Вероника · фильм
17. «

    — Мы пойдем в правильное место! Где мужчин, как грязи! Как угля в стране! — Что ты имеешь в виду? И при чем здесь уголь? — Уголь? Ну ты даешь! Мы же пойдем в «Лучший». А там у нас кто? — Легочный профиль. — А легочники кто? Это же санаторий от профсоюза угольщиков! Там шахтеры, которые дают стране угля.

    — Мы пойдем в правильное место! Где мужчин, как грязи! Как угля в стране! — Что ты имеешь в виду? И при чем здесь уголь? — Уголь? Ну ты даешь! Мы же пойдем в «Лучший». А там у нас кто? — Легочный профиль. — А легочники кто? Это же санаторий от профсоюза угольщиков! Там шахтеры, которые дают стране угля.

    — Лана Барсукова · книга
18. «

    Было так хорошо, что во всем мне видится любовь. Даже в глазах шизофреника.

    Было так хорошо, что во всем мне видится любовь. Даже в глазах шизофреника.

    — Пауло Коэльо · книга
19. «

    — Вечером созвонимся. — Сегодня вечером я уезжаю в Минск. — Ну тогда по е-мэйлу. Вы там, в Минске, знаете про е-мэйл? — Нет, у нас почтовые голуби. — Тогда завтра отправь мне голубя.

    — Вечером созвонимся. — Сегодня вечером я уезжаю в Минск. — Ну тогда по е-мэйлу. Вы там, в Минске, знаете про е-мэйл? — Нет, у нас почтовые голуби. — Тогда завтра отправь мне голубя.

    — Вероника · фильм
20. «

    — Хорошо хоть было? — ... не выспалась. — Еще не хватало, чтоб ты с мужиком выспалась!

    — Хорошо хоть было? — ... не выспалась. — Еще не хватало, чтоб ты с мужиком выспалась!

    — Вероника · фильм