34 известных цитаты персонажа «Януш Леон Вишневский»

Собрали 34 цитаты персонажа «Януш Леон Вишневский» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Вопреки распространенному мнению, мужчины обожают тех женщин, которые бросают им вызов.

   Вопреки распространенному мнению, мужчины обожают тех женщин, которые бросают им вызов.

   — Януш Леон Вишневский · книга
2. «

   Я рассматриваю Бога, как первого программиста, хорошего программиста, который написал первую программу и запустил её. Но в этой программе есть ошибки, приведённые в действие.

   Я рассматриваю Бога, как первого программиста, хорошего программиста, который написал первую программу и запустил её. Но в этой программе есть ошибки, приведённые в действие.

   — Януш Леон Вишневский · книга
3. «

   Счастье — самая относительная вещь во Вселенной.

   Счастье — самая относительная вещь во Вселенной.

   — Януш Леон Вишневский · книга
4. «

   Сегодня меня мучит, что я плохо распланировал своё время, что слишком много его посвятил себе.

   Сегодня меня мучит, что я плохо распланировал своё время, что слишком много его посвятил себе.

   — Януш Леон Вишневский · книга
5. «

   Вам случается ходить на прогулки в других городах и с другими мужчинами? Вам нравится, когда он ищет Вашу руку, чтобы нежно сжать её в своей, или Вы просто протягиваете ему её, чтобы не рисковать и не столкнуться с разочарованием, что он вообще мог бы не искать Вашей руки?

   Вам случается ходить на прогулки в других городах и с другими мужчинами? Вам нравится, когда он ищет Вашу руку, чтобы нежно сжать её в своей, или Вы просто протягиваете ему её, чтобы не рисковать и не столкнуться с разочарованием, что он вообще мог бы не искать Вашей руки?

   — Януш Леон Вишневский · книга
6. «

   Жан-Пьер считает, что самым эффективным афродизиаком является «загадка новой, другой женщины», причём не обязательно более молодой. Достаточно и того, что она просто другая. По возрасту она может годиться тебе в дочери, но может быть и её матерью. Иной шёпот, иной запах, иное прикосновение, иные вздохи, иные слияния и иные разговоры вечером или утром.

   Жан-Пьер считает, что самым эффективным афродизиаком является «загадка новой, другой женщины», причём не обязательно более молодой. Достаточно и того, что она просто другая. По возрасту она может годиться тебе в дочери, но может быть и её матерью. Иной шёпот, иной запах, иное прикосновение, иные вздохи, иные слияния и иные разговоры вечером или утром.

   — Януш Леон Вишневский · книга
7. «

   Нет ничего хуже для мужчины, которому изменили, чем парализующая мысль, что его женщина восхищается другим мужчиной. Тем более что он прекрасно понимает: восхищение у женщин, как правило, эмоционально более окрашено. Как же так? Кто-то оказался лучше меня?! Лучше меня?!!

   Нет ничего хуже для мужчины, которому изменили, чем парализующая мысль, что его женщина восхищается другим мужчиной. Тем более что он прекрасно понимает: восхищение у женщин, как правило, эмоционально более окрашено. Как же так? Кто-то оказался лучше меня?! Лучше меня?!!

   — Януш Леон Вишневский · книга
8. «

   Мой отец говорил мне, что политик — это такой человек, который умеет только правдоподобно врать, и больше ничего. «Учись, не то политиком станешь», — добавлял он.

   Мой отец говорил мне, что политик — это такой человек, который умеет только правдоподобно врать, и больше ничего. «Учись, не то политиком станешь», — добавлял он.

   — Януш Леон Вишневский · книга
9. «

   В жизни не бывает — и об этом прекрасно знает каждый дирижер — двух одинаковых концертов. Даже если партитура одна и та же, если оркестр состоит из тех же самых музыкантов, а концерт состоялся в том же самом концертном зале. Каждый концерт другой: иногда у нас от счастья на глазах выступают слезы, иногда нам хочется кричать от счастья, а иногда счастье лишает нас дара речи.

   В жизни не бывает — и об этом прекрасно знает каждый дирижер — двух одинаковых концертов. Даже если партитура одна и та же, если оркестр состоит из тех же самых музыкантов, а концерт состоялся в том же самом концертном зале. Каждый концерт другой: иногда у нас от счастья на глазах выступают слезы, иногда нам хочется кричать от счастья, а иногда счастье лишает нас дара речи.

   — Януш Леон Вишневский · книга
10. «

    Маленькие мальчики прекрасно знают, что яблоки из чужого сада вкуснее. Так почему же у взрослых мальчиков должно быть по-другому? Мужчины до конца жизни остаются мальчишками. Маленьких мальчиков от больших отличает только стоимость их игрушек.

    Маленькие мальчики прекрасно знают, что яблоки из чужого сада вкуснее. Так почему же у взрослых мальчиков должно быть по-другому? Мужчины до конца жизни остаются мальчишками. Маленьких мальчиков от больших отличает только стоимость их игрушек.

    — Януш Леон Вишневский · книга
11. «

    Когда мужчина изменяет женщине с другой женщиной, то для обманутой изменяется настоящее и будущее. Когда же он изменяет ей с мужчиной, то для неё изменяется и прошлое, не так ли?

    Когда мужчина изменяет женщине с другой женщиной, то для обманутой изменяется настоящее и будущее. Когда же он изменяет ей с мужчиной, то для неё изменяется и прошлое, не так ли?

    — Януш Леон Вишневский · книга
12. «

    Не могу понять, как мужчины могут делить постель с женщинами, которые обладают прелестными телами, но внутренне безобразны.

    Не могу понять, как мужчины могут делить постель с женщинами, которые обладают прелестными телами, но внутренне безобразны.

    — Януш Леон Вишневский · книга
13. «

    Потому что на самом деле каждый человек, в сущности, одинок. Не важно, есть у него близкие или нет. Человек в одиночку переживает свои страхи, даже если кто-то другой в это время держит его за руку. Он сам плачет, даже если кто-то другой вытирает его слезы. И если сейчас у него есть кто-то, кому он может доверить самые свои большие тайны, то вовсе нет гарантии, что так будет до конца жизни. А в конце человек и так уходит в одиночестве...

    Потому что на самом деле каждый человек, в сущности, одинок. Не важно, есть у него близкие или нет. Человек в одиночку переживает свои страхи, даже если кто-то другой в это время держит его за руку. Он сам плачет, даже если кто-то другой вытирает его слезы. И если сейчас у него есть кто-то, кому он может доверить самые свои большие тайны, то вовсе нет гарантии, что так будет до конца жизни. А в конце человек и так уходит в одиночестве...

    — Януш Леон Вишневский · книга
14. «

    То, что я знаю женщин, вовсе не означает, что я бабник.

    То, что я знаю женщин, вовсе не означает, что я бабник.

    — Януш Леон Вишневский · книга
15. «

    Время – это самый дорогой подарок, какой только можно получить от другого человека.

    Время – это самый дорогой подарок, какой только можно получить от другого человека.

    — Януш Леон Вишневский · книга
16. «

    ... Вы хотите уподобиться серой мыши — гермафродиту. Вы просто хотите сделаться незначительной, маленькой, несущественной. Какое отчаяние толкает вас к тому, чтобы перестать быть женщиной? Я не знаю, какое, но знаю, что ни один мужчина, даже тот, который умер, не хотел бы этого. Потому что вы слишком красивы.

    ... Вы хотите уподобиться серой мыши — гермафродиту. Вы просто хотите сделаться незначительной, маленькой, несущественной. Какое отчаяние толкает вас к тому, чтобы перестать быть женщиной? Я не знаю, какое, но знаю, что ни один мужчина, даже тот, который умер, не хотел бы этого. Потому что вы слишком красивы.

    — Януш Леон Вишневский · книга
17. «

    Если бы мне не хотелось сказать что-то самому себе, я бы этого не сказал никому другому.

    Если бы мне не хотелось сказать что-то самому себе, я бы этого не сказал никому другому.

    — Януш Леон Вишневский · книга
18. «

    Бросай всё и приезжай сюда. Коты уже знают тебя. Я рассказал им о тебе...

    Бросай всё и приезжай сюда. Коты уже знают тебя. Я рассказал им о тебе...

    — Януш Леон Вишневский · книга
19. «

    Я неестественно часто бываю счастлив в таких местах, где вроде бы и не должен быть счастлив.

    Я неестественно часто бываю счастлив в таких местах, где вроде бы и не должен быть счастлив.

    — Януш Леон Вишневский · книга
20. «

    Если бы мне пришлось расписать философов по месяцам, то к ноябрю я приписал бы Шопенгауэра и Ницше. Никто больше так не подходит к ноябрьскому дождю и грусти, как эти двое.

    Если бы мне пришлось расписать философов по месяцам, то к ноябрю я приписал бы Шопенгауэра и Ницше. Никто больше так не подходит к ноябрьскому дождю и грусти, как эти двое.

    — Януш Леон Вишневский · книга