124 цитаты про «аристократия» — коротко и по делу

124 цитаты про «аристократия»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Джейго Росс: во всех отношениях — антипод Страйка. Владелец доверительного фонда; прекрасный арийский принц, рожденный, чтобы занять уготованное судьбой и семьей место под солнцем; вобравший в себя уверенность двенадцати поколений родовой аристократии.

   Джейго Росс: во всех отношениях — антипод Страйка. Владелец доверительного фонда; прекрасный арийский принц, рожденный, чтобы занять уготованное судьбой и семьей место под солнцем; вобравший в себя уверенность двенадцати поколений родовой аристократии.

   — Роберт Гэлбрейт · книга
2. «

   Аристократия и демократия — сестры, которые различаются воспитанием, состоянием и манерами.

   Аристократия и демократия — сестры, которые различаются воспитанием, состоянием и манерами.

   — Пьер Буаст
3. «

   При дворах имперской аристократии невинных не было — были, как гласит пословица, только дураки и те, кто использует дураков в своих интересах.

   При дворах имперской аристократии невинных не было — были, как гласит пословица, только дураки и те, кто использует дураков в своих интересах.

   — Дэвид Гейдер · книга
4. «

   Мы росли, как царевич Сиддхартха, не видя ничего печального и безобразного. Но однажды воскресным вечером, возвращаясь из бабушкиной летней резиденции домой, мы проезжали в экипаже по окраинным улицам города. Я видела грязные домишки, разбитые стекла в окнах, кое-как заставленных ящиками; грязные оборванные ребятишки бежали за экипажем, выпрашивая копеечку; я видела болезненного вида злобных женщин и пьяных мужчин, они валялись в пыли или стояли посреди улицы, ругались или орали песни. Всем этим я была глубоко потрясена. Я молилась Богу и давала обет помочь этим людям, когда вырасту большая. У нашего дома зимой сидел старик с двумя маленькими детьми и просил милостыню. Я решилась обратиться к матери: «У нас чулан пустой, мы могли бы их приютить; пожалуйста, сделай так». Она ответила: «Мы не можем взять к себе всех бедных». — «Я не говорю обо всех, я говорю об этих». И я так и не поняла доводов матери против моего предложения.

   Мы росли, как царевич Сиддхартха, не видя ничего печального и безобразного. Но однажды воскресным вечером, возвращаясь из бабушкиной летней резиденции домой, мы проезжали в экипаже по окраинным улицам города. Я видела грязные домишки, разбитые стекла в окнах, кое-как заставленных ящиками; грязные оборванные ребятишки бежали за экипажем, выпрашивая копеечку; я видела болезненного вида злобных женщин и пьяных мужчин, они валялись в пыли или стояли посреди улицы, ругались или орали песни. Всем этим я была глубоко потрясена. Я молилась Богу и давала обет помочь этим людям, когда вырасту большая. У нашего дома зимой сидел старик с двумя маленькими детьми и просил милостыню. Я решилась обратиться к матери: «У нас чулан пустой, мы могли бы их приютить; пожалуйста, сделай так». Она ответила: «Мы не можем взять к себе всех бедных». — «Я не говорю обо всех, я говорю об этих». И я так и не поняла доводов матери против моего предложения.

   — Маргарита Сабашникова · книга
5. «

   Простолюдины – самые умные, аристократы – самые глупые!

   Простолюдины – самые умные, аристократы – самые глупые!

   — Мао Цзэдун
6. «

   Господа, я прошу всех представителей дворянских фамилий (в любом поколении) заранее представляться соответствующим образом, чтобы нам легче было соблюдать нормы этикета, не унижая достоинства благородных сословий.

   Господа, я прошу всех представителей дворянских фамилий (в любом поколении) заранее представляться соответствующим образом, чтобы нам легче было соблюдать нормы этикета, не унижая достоинства благородных сословий.

   — Константин Семин
7. «

   Аристократизм, либерализм, прогресс, принципы, — говорил между тем Базаров, — подумаешь, сколько иностранных... И бесполезных слов! Русскому человеку они даром не нужны.

   Аристократизм, либерализм, прогресс, принципы, — говорил между тем Базаров, — подумаешь, сколько иностранных... И бесполезных слов! Русскому человеку они даром не нужны.

   — Иван Сергеевич Тургенев · книга
8. «

   Нелюдимая красавица — воистину подлинная аристократка.

   Нелюдимая красавица — воистину подлинная аристократка.

   — Дмитрий Грунтовский · книга
9. «

   Философия предполагает возможность того, что ты ошибаешься, а настоящий аристократ, сэр, знает, что он всегда прав. Это не тщеславие, изволите видеть, это врожденная абсолютная уверенность. Порой аристократы бывают безумны, как мартовские зайцы, но при этом они абсолютно и несомненно безумны.

   Философия предполагает возможность того, что ты ошибаешься, а настоящий аристократ, сэр, знает, что он всегда прав. Это не тщеславие, изволите видеть, это врожденная абсолютная уверенность. Порой аристократы бывают безумны, как мартовские зайцы, но при этом они абсолютно и несомненно безумны.

   — Терри Пратчетт · книга
10. «

    Сейчас каждый сам себе придумывает титулы.

    Сейчас каждый сам себе придумывает титулы.

    — Юрий Никитин · книга
11. «

    Борьба с классом аристократов всегда заканчивается созданием классовой аристократии.

    Борьба с классом аристократов всегда заканчивается созданием классовой аристократии.

    — Владимир Леонтьевич Гавеля · книга
12. «

    Мой отец был сапожником, а мать — служанкой, но мне хотелось добиться куда большего... Я усердно учился, но это ничего не значит. Коль ты не отпрыск знатного рода, то для дворян всегда будешь человеком низшего сорта. Так скажи мне, Эцио, кто настоящие аристократы Венеции? Люди вроде Карло Гримальди и Марко Барбариго? Нет! Я считаю, это мы: воры, наемники и шлюхи. Пока мы спасаем Венецию и ее жителей, дворяне мечтают использовать их себе на забаву...

    Мой отец был сапожником, а мать — служанкой, но мне хотелось добиться куда большего... Я усердно учился, но это ничего не значит. Коль ты не отпрыск знатного рода, то для дворян всегда будешь человеком низшего сорта. Так скажи мне, Эцио, кто настоящие аристократы Венеции? Люди вроде Карло Гримальди и Марко Барбариго? Нет! Я считаю, это мы: воры, наемники и шлюхи. Пока мы спасаем Венецию и ее жителей, дворяне мечтают использовать их себе на забаву...

    — Антонио де Магианис · игра
13. «

    Будь по-вашему, берите его себе; но знайте, что человек, с таким рвением вами спасаемый, в один прекрасный день нанесет делу аристократии, которое вы вместе со мной отстаивали, смертельный удар, ведь этот Цезарь стоит не одного Мария.

    Будь по-вашему, берите его себе; но знайте, что человек, с таким рвением вами спасаемый, в один прекрасный день нанесет делу аристократии, которое вы вместе со мной отстаивали, смертельный удар, ведь этот Цезарь стоит не одного Мария.

    — Луций Корнелий Сулла
14. «

    История — это кладбище аристократий.

    История — это кладбище аристократий.

    — Вильфредо Парето
15. «

    Меня с рождения учили говорить так, как принято, делать то, что принято, и поступать так, как от меня ожидают.

    Меня с рождения учили говорить так, как принято, делать то, что принято, и поступать так, как от меня ожидают.

    — Эмилия Остен · книга
16. «

    Эти разговоры естественным образом стали интересной темой для аристократов, любящих поговорить о других.

    Эти разговоры естественным образом стали интересной темой для аристократов, любящих поговорить о других.
17. «

    В обычном житейском обиходе она совсем не признает религии. Она просто считает ее полезной в интересах своей касты.

    В обычном житейском обиходе она совсем не признает религии. Она просто считает ее полезной в интересах своей касты.

    — Стендаль · книга
18. «

    — Люди с большими домами не всегда самые гостеприимные, да, Росс? — Как и хорошо воспитанные не всегда обладают самыми чистыми помыслами.

    — Люди с большими домами не всегда самые гостеприимные, да, Росс? — Как и хорошо воспитанные не всегда обладают самыми чистыми помыслами.

    — Уинстон Грэхем · книга
19. «

    Петербург был скрытен и сдержан, как истинный аристократ, он не открывался никому сразу и весь, в нем было слишком много неожиданного и неповторимого, и Огюст вскоре понял, что надо вначале суметь понравиться городу, чтобы он захотел в ответ понравиться тебе. И он смотрел и смотрел, читал и читал книгу – летопись Петербурга на таком знакомом ему языке архитектуры и начинал понимать суть его правильности, ибо его создавали не столетия, лепили не прихоти баронов и князей, меняли не выдумки эпох; нет – его создала мысль человека, широким шагом вступившего в новый век, решившегося столкнуть оседающую глыбу прошедших веков, не боясь, что она сметет и раздавит его; и мысль этого человека, могучая и созидательная, создала столицу народа, едва не утратившего себя среди рвущих его на части иноземцев, веками пытавшихся навязать ему свою волю и свои законы…

    Петербург был скрытен и сдержан, как истинный аристократ, он не открывался никому сразу и весь, в нем было слишком много неожиданного и неповторимого, и Огюст вскоре понял, что надо вначале суметь понравиться городу, чтобы он захотел в ответ понравиться тебе. И он смотрел и смотрел, читал и читал книгу – летопись Петербурга на таком знакомом ему языке архитектуры и начинал понимать суть его правильности, ибо его создавали не столетия, лепили не прихоти баронов и князей, меняли не выдумки эпох; нет – его создала мысль человека, широким шагом вступившего в новый век, решившегося столкнуть оседающую глыбу прошедших веков, не боясь, что она сметет и раздавит его; и мысль этого человека, могучая и созидательная, создала столицу народа, едва не утратившего себя среди рвущих его на части иноземцев, веками пытавшихся навязать ему свою волю и свои законы…

    — Ирина Измайлова · книга
20. «

    Когда господа в опасности, они вас отлично знают; когда опасность миновала, они с вами и не знакомы.

    Когда господа в опасности, они вас отлично знают; когда опасность миновала, они с вами и не знакомы.

    — Виктор Гюго · книга