284 мудрых цитаты про «благородство»

Собрали 284 цитаты на тему «благородство» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Благородство — это терпение среди нетерпеливых и нетерпение среди равнодушных.

   Благородство — это терпение среди нетерпеливых и нетерпение среди равнодушных.

   — Владимир Шойхер · книга
2. «

   — Почему ты не убил меня? Разве не хочешь отомстить за свою разрушенную страну? — Месть местью, но не пристало благородному воину отнимать жизнь у хворого супостата. Сойдёмся мы в бою не раньше, чем затянутся твои раны.

   — Почему ты не убил меня? Разве не хочешь отомстить за свою разрушенную страну? — Месть местью, но не пристало благородному воину отнимать жизнь у хворого супостата. Сойдёмся мы в бою не раньше, чем затянутся твои раны.

   — Джин Кисараги (Jin Kisaragi) · аниме
3. «

   Благородство без состояния — всё равно что золотые кружева на лохмотьях.

   Благородство без состояния — всё равно что золотые кружева на лохмотьях.

   — дон Джеромо · фильм
4. «

   Друзья часто упрекали меня в том, что я придаю слишком много значения внешности, — а я нахожу, что содержание необходимо обусловливает форму, и что гармонически развитая, благородная натура должна обладать постоянною тихою прелестью. Светская грация — наряд, духовная же — бессознательное благородство, распространяющееся на каждое слово, на каждое движение.

   Друзья часто упрекали меня в том, что я придаю слишком много значения внешности, — а я нахожу, что содержание необходимо обусловливает форму, и что гармонически развитая, благородная натура должна обладать постоянною тихою прелестью. Светская грация — наряд, духовная же — бессознательное благородство, распространяющееся на каждое слово, на каждое движение.

   — Георг Гервег
5. «

   Человек, работающий над собой с целью обрести бескорыстие, обычно ждет крупной награды.

   Человек, работающий над собой с целью обрести бескорыстие, обычно ждет крупной награды.

   — Авессалом Подводный · книга
6. «

   В то самое время, как описанное происходило в тюрьме, Иоанн сидел в своем тереме, мрачный и недовольный. Незнакомое ему чувство мало-помалу им овладело. Чувство это было невольное уважение к Серебряному, которого смелые поступки возмущали его самодержавное сердце, а между тем не подходили под собственные его понятия об измене. Доселе Иоанн встречал или явное своеволие, как в боярах, омрачавших своими раздорами время его малолетства, или гордое непокорство, как в Курбском, или же рабскую низкопоклонность, как во всех окружавших его в настоящее время. Но Серебряный не принадлежал ни к одному из этих разрядов. Он разделял убеждения своего века в божественной неприкосновенности прав Иоанна; он умственно подчинялся этим убеждениям и, более привыкший действовать, чем мыслить, никогда не выходил преднамеренно из повиновения царю, которого считал представителем божией воли на земле. Но несмотря на это, каждый раз, когда он сталкивался с явною несправедливостью, душа его вскипала негодованием, и врожденная прямота брала верх над правилами, принятыми на веру. Он тогда, сам себе на удивление и почти бессознательно, действовал наперекор этим правилам, и на деле выходило совсем не то, что они ему предписывали. Эта благородная непоследовательность противоречила всем понятиям Иоанна о людях и приводила в замешательство его знание человеческого сердца. Откровенность Серебряного, его неподкупное прямодушие и неспособность преследовать личные выгоды были очевидны для самого Иоанна. Он понимал, что Серебряный его не обманет, что можно на него вернее положиться, чем на кого-либо из присяжных опричников, и ему приходило желание приблизить его к себе и сделать из него свое орудие; но вместе с тем он чувствовал, что орудие это, само по себе надежное, может неожиданно ускользнуть из рук его, и при одной мысли о такой возможности расположение его к Серебряному обращалось в ненависть.

   В то самое время, как описанное происходило в тюрьме, Иоанн сидел в своем тереме, мрачный и недовольный. Незнакомое ему чувство мало-помалу им овладело. Чувство это было невольное уважение к Серебряному, которого смелые поступки возмущали его самодержавное сердце, а между тем не подходили под собственные его понятия об измене. Доселе Иоанн встречал или явное своеволие, как в боярах, омрачавших своими раздорами время его малолетства, или гордое непокорство, как в Курбском, или же рабскую низкопоклонность, как во всех окружавших его в настоящее время. Но Серебряный не принадлежал ни к одному из этих разрядов. Он разделял убеждения своего века в божественной неприкосновенности прав Иоанна; он умственно подчинялся этим убеждениям и, более привыкший действовать, чем мыслить, никогда не выходил преднамеренно из повиновения царю, которого считал представителем божией воли на земле. Но несмотря на это, каждый раз, когда он сталкивался с явною несправедливостью, душа его вскипала негодованием, и врожденная прямота брала верх над правилами, принятыми на веру. Он тогда, сам себе на удивление и почти бессознательно, действовал наперекор этим правилам, и на деле выходило совсем не то, что они ему предписывали. Эта благородная непоследовательность противоречила всем понятиям Иоанна о людях и приводила в замешательство его знание человеческого сердца. Откровенность Серебряного, его неподкупное прямодушие и неспособность преследовать личные выгоды были очевидны для самого Иоанна. Он понимал, что Серебряный его не обманет, что можно на него вернее положиться, чем на кого-либо из присяжных опричников, и ему приходило желание приблизить его к себе и сделать из него свое орудие; но вместе с тем он чувствовал, что орудие это, само по себе надежное, может неожиданно ускользнуть из рук его, и при одной мысли о такой возможности расположение его к Серебряному обращалось в ненависть.

   — Алексей Константинович Толстой · книга
7. «

   Любого человека судьба может загнать на дно. И любой может вырваться. Но… Аристократизм – это внутри. Благородство, умеренность, хороший вкус – если этого нет, то никогда и не появится. Жабу хоть золотом облепи, а все равно квакать будет.

   Любого человека судьба может загнать на дно. И любой может вырваться. Но… Аристократизм – это внутри. Благородство, умеренность, хороший вкус – если этого нет, то никогда и не появится. Жабу хоть золотом облепи, а все равно квакать будет.

   — Галина Гончарова · книга
8. «

   Кто сердцем добр, тот и в бедной одежде благороден.

   Кто сердцем добр, тот и в бедной одежде благороден.

   — Густав Фрейтаг
9. «

   Говори, что хочешь сказать, но облекай в благородную форму.

   Говори, что хочешь сказать, но облекай в благородную форму.

   — Мария Фариса · книга
10. «

    Благородство определяется поступками, а не происхождением.

    Благородство определяется поступками, а не происхождением.

    — Сэр Гвейн · сериал
11. «

    Человеку не нужно быть голубых кровей, чтобы быть королем, только чистое сердце.

    Человеку не нужно быть голубых кровей, чтобы быть королем, только чистое сердце.

    — Принцесса Фиона. · фильм
12. «

    Благородный муж способствует тому, чтобы в человеке побеждало всё, что есть в нём самого хорошего, а не плохое. Малый человек способствует обратному.

    Благородный муж способствует тому, чтобы в человеке побеждало всё, что есть в нём самого хорошего, а не плохое. Малый человек способствует обратному.

    — Конфуций
13. «

    Благородные образцы жизни ищут других миров.

    Благородные образцы жизни ищут других миров.

    — Мария Корелли · книга
14. «

    Благородный муж думает о долге, а мелкий человек о выгоде.

    Благородный муж думает о долге, а мелкий человек о выгоде.

    — Рудольф Баландин · книга
15. «

    Мозг — это самый благородный орган из всех существующих под небесами.

    Мозг — это самый благородный орган из всех существующих под небесами.

    — Роберт Бертон · книга
16. «

    Когда нам платят за благородный поступок, у нас его отнимают.

    Когда нам платят за благородный поступок, у нас его отнимают.

    — Николя де Шамфор
17. «

    Мужество и благородство — близкие родственники, которых нет в этом мире; они — близнецы, но их нет на Земле. После того как они убедились в неверности людей, они бежали от человеческого рода в край небытия. Человек, обладающий благородством, не считает разумным расставаться с этим своим ценным товаром, человек с мужеством не желает оставаться без этого ценного качества.

    Мужество и благородство — близкие родственники, которых нет в этом мире; они — близнецы, но их нет на Земле. После того как они убедились в неверности людей, они бежали от человеческого рода в край небытия. Человек, обладающий благородством, не считает разумным расставаться с этим своим ценным товаром, человек с мужеством не желает оставаться без этого ценного качества.

    — Алишер Навои
18. «

    Какими же мы бываем идиотами, когда мним себя особенно благородными.

    Какими же мы бываем идиотами, когда мним себя особенно благородными.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
19. «

    Сейчас вы стоите у перекрестка дорог. И в зависимости от вашей энергичности и мужественного поведения, в зависимости от истинной доброты и силы вашего благородства в этот момент, вы услышите тот или иной зов жизни.

    Сейчас вы стоите у перекрестка дорог. И в зависимости от вашей энергичности и мужественного поведения, в зависимости от истинной доброты и силы вашего благородства в этот момент, вы услышите тот или иной зов жизни.

    — Конкордия Антарова · книга
20. «

    Дух благородный зла избег, Сподобился спасенья; Кто жил, трудясь, стремясь весь век, - Достоин искупленья.

    Дух благородный зла избег, Сподобился спасенья; Кто жил, трудясь, стремясь весь век, - Достоин искупленья.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга