764 мудрых цитаты про «Бог»

Собрали 764 цитаты на тему «Бог» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Душа человека — своеобразный сплав бога и зверя, арена борьбы двух начал: одно — частичное, ограниченное, эгоистическое, а другое — всеобщее, бесконечное и беспристрастное.

   Душа человека — своеобразный сплав бога и зверя, арена борьбы двух начал: одно — частичное, ограниченное, эгоистическое, а другое — всеобщее, бесконечное и беспристрастное.

   — Бертран Рассел
2. «

   Вы верите в обезьяну в человеке, а я — в Бога, который есть в каждом человеке.

   Вы верите в обезьяну в человеке, а я — в Бога, который есть в каждом человеке.

   — Пастор Шлаг · сериал
3. «

   Для вас я атеист, а для Бога — конструктивная оппозиция.

   Для вас я атеист, а для Бога — конструктивная оппозиция.

   — Вуди Аллен
4. «

   Перед Богом мы все одинаково умны и одинаково глупы.

   Перед Богом мы все одинаково умны и одинаково глупы.

   — Альберт Эйнштейн
5. «

   — Вы прольёте кровь в святом месте? — Боги не будут против. Они пролили крови больше, чем все мы взятые.

   — Вы прольёте кровь в святом месте? — Боги не будут против. Они пролили крови больше, чем все мы взятые.

   — Его Воробейшество · сериал
6. «

   — Святых трогать не надо <…>. Святые держат нейтралитет. — Не всегда, — сказал Равик. — В тяжелые времена у Бога всегда есть какой-то шанс. Не раз я уже видела здесь атеистов за молитвой. <…> А вам разве не приходилось молиться, когда вас брали за горло?

   — Святых трогать не надо <…>. Святые держат нейтралитет. — Не всегда, — сказал Равик. — В тяжелые времена у Бога всегда есть какой-то шанс. Не раз я уже видела здесь атеистов за молитвой. <…> А вам разве не приходилось молиться, когда вас брали за горло?

   — Эрих Мария Ремарк · книга
7. «

   Я никогда не почувствую себя обязанным верить, что тот самый бог, который наградил нас чувством, разумом и интеллектом предназначил нам отказаться от использования всего этого.

   Я никогда не почувствую себя обязанным верить, что тот самый бог, который наградил нас чувством, разумом и интеллектом предназначил нам отказаться от использования всего этого.

   — Галилео Галилей
8. «

   — Стало быть, тот Бог есть же, по-вашему? — Его нет, но он есть. В камне боли нет, но в страхе от камня есть боль. Бог есть боль страха смерти. Кто победит боль и страх, тот сам станет Бог. Тогда новая жизнь, тогда новый человек, все новое...

   — Стало быть, тот Бог есть же, по-вашему? — Его нет, но он есть. В камне боли нет, но в страхе от камня есть боль. Бог есть боль страха смерти. Кто победит боль и страх, тот сам станет Бог. Тогда новая жизнь, тогда новый человек, все новое...

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
9. «

   Одна часть меня постоянно переживает, что я обычный неудачник, в то время как другая мнит себя Господом Богом.

   Одна часть меня постоянно переживает, что я обычный неудачник, в то время как другая мнит себя Господом Богом.

   — Джон Леннон
10. «

    Всегда обращайся к чужим богам. Они выслушают тебя вне очереди.

    Всегда обращайся к чужим богам. Они выслушают тебя вне очереди.

    — Станислав Ежи Лец
11. «

    Если мы будем внимательны, то заметим, что перед тем, как мы можем куда-нибудь «вляпаться», Бог нас неоднократно предупреждает.

    Если мы будем внимательны, то заметим, что перед тем, как мы можем куда-нибудь «вляпаться», Бог нас неоднократно предупреждает.
12. «

    Убивать должно быть приятно самому Богу. Он все время этим занимается. А разве мы не созданы по Его образу и подобию?

    Убивать должно быть приятно самому Богу. Он все время этим занимается. А разве мы не созданы по Его образу и подобию?

    — Ганнибал Лектер · сериал
13. «

    — Чувство вины — это все равно что мешок тяжелых кирпичей, да сбрось-ка их с плеч их долой… А для кого ты таскаешь все эти кирпичи? Для Бога? В самом деле, для Бога? Так позволь открыть тебе маленький секрет про нашего Бога. Ему нравиться наблюдать, он большой проказник: он дает человеку инстинкт, дарит этот экстраординарный подарок, а потом, ради развлечения для своего ролика космических трюков, устанавливает противоположные правила игры. Это самый жестокий розыгрыш за все минувшие века: смотри — но не смей трогать, трогай — но не пробуй на вкус, пробуй — но не смей глотать… И пока ты прыгаешь с одной ноги на другую, что делает он? — хохочет, так что его мерзкая задница вот-вот лопнет от натуги, и он — закомплексованный ханжа и садист, он просто рэкетир, и поклоняться такому Богу — никогда. — Лучше царствовать в Аду, чем служить на небесах? — А почему нет? Здесь, на земле, я погружен в ее заботы с сотворения Мира, я приветствовал каждую новинку, которую мечтал заполучить человек, я помогал ему во всем и никогда не осуждал. Более того, я никогда не отвергал его, несмотря на все его недостатки; я фанатично влюблен в человека; я гуманист, быть может, последний на Земле. Кто станет отрицать, если только он не выжил из ума, что двадцатый век был исключительно моим веком! Ведь этот век, Кевин, от альфы до омеги, мой; я достиг апогея силы; теперь мой звездный час, наш звездный час…

    — Чувство вины — это все равно что мешок тяжелых кирпичей, да сбрось-ка их с плеч их долой… А для кого ты таскаешь все эти кирпичи? Для Бога? В самом деле, для Бога? Так позволь открыть тебе маленький секрет про нашего Бога. Ему нравиться наблюдать, он большой проказник: он дает человеку инстинкт, дарит этот экстраординарный подарок, а потом, ради развлечения для своего ролика космических трюков, устанавливает противоположные правила игры. Это самый жестокий розыгрыш за все минувшие века: смотри — но не смей трогать, трогай — но не пробуй на вкус, пробуй — но не смей глотать… И пока ты прыгаешь с одной ноги на другую, что делает он? — хохочет, так что его мерзкая задница вот-вот лопнет от натуги, и он — закомплексованный ханжа и садист, он просто рэкетир, и поклоняться такому Богу — никогда. — Лучше царствовать в Аду, чем служить на небесах? — А почему нет? Здесь, на земле, я погружен в ее заботы с сотворения Мира, я приветствовал каждую новинку, которую мечтал заполучить человек, я помогал ему во всем и никогда не осуждал. Более того, я никогда не отвергал его, несмотря на все его недостатки; я фанатично влюблен в человека; я гуманист, быть может, последний на Земле. Кто станет отрицать, если только он не выжил из ума, что двадцатый век был исключительно моим веком! Ведь этот век, Кевин, от альфы до омеги, мой; я достиг апогея силы; теперь мой звездный час, наш звездный час…

    — Кевин Ломакс · фильм
14. «

    Бог никогда не заставляет нас делать то, чего Он хочет. Он говорит, что Ему нужно, и все. Потом Бог отходит в сторону и смотрит, что получится.

    Бог никогда не заставляет нас делать то, чего Он хочет. Он говорит, что Ему нужно, и все. Потом Бог отходит в сторону и смотрит, что получится.

    — Стивен Кинг · книга
15. «

    ... Бог всё-таки есть. Просто какое-то время он отсутствовал.

    ... Бог всё-таки есть. Просто какое-то время он отсутствовал.

    — Януш Леон Вишневский · книга
16. «

    Он дерзок. Он торжествует. Он пурпуром догорает. Пусть Бога не существует, — Но Он меня покарает.

    Он дерзок. Он торжествует. Он пурпуром догорает. Пусть Бога не существует, — Но Он меня покарает.

    — Вера Полозкова
17. «

    Бог поглядел Бобу в глаза. Он выглядел удрученным. — Просто заткнись на минутку, парень. Давай четко определим одну вещь. Каждый чертов раз, когда я спускаюсь сюда, какие-то скоты грузят меня насчет того, что я, блядь, должен или не должен делать. Либо это, либо я вынужден вступать в какой то философский, мать его, дискурс с каким-то маленьким придурком студентом о природе самого себя, уровне моего всемогущества и всем этом дерьме. Я извлекаю из этого немного пользы, пресыщенный всем этим самооправданием; вы, мудаки, еще не доросли критиковать меня! Я сделал вас, идиотов, по моему образу и подобию. Вы это все натворили, вы, вашу мать, и разбирайтесь. Этот кретин Ницше вообще облажался, когда сказал, что я умер. Я не умер; я просто послал все на хуй. Мне больше делать нечего, чем решать проблемы каждого козла. Всем остальным наплевать, так почему должен вмешиваться я?

    Бог поглядел Бобу в глаза. Он выглядел удрученным. — Просто заткнись на минутку, парень. Давай четко определим одну вещь. Каждый чертов раз, когда я спускаюсь сюда, какие-то скоты грузят меня насчет того, что я, блядь, должен или не должен делать. Либо это, либо я вынужден вступать в какой то философский, мать его, дискурс с каким-то маленьким придурком студентом о природе самого себя, уровне моего всемогущества и всем этом дерьме. Я извлекаю из этого немного пользы, пресыщенный всем этим самооправданием; вы, мудаки, еще не доросли критиковать меня! Я сделал вас, идиотов, по моему образу и подобию. Вы это все натворили, вы, вашу мать, и разбирайтесь. Этот кретин Ницше вообще облажался, когда сказал, что я умер. Я не умер; я просто послал все на хуй. Мне больше делать нечего, чем решать проблемы каждого козла. Всем остальным наплевать, так почему должен вмешиваться я?

    — Ирвин Уэлш · книга
18. «

    Бог, которого я представляю — не всемогущий и всезнающий Отец, а Ребенок с безграничной силой.

    Бог, которого я представляю — не всемогущий и всезнающий Отец, а Ребенок с безграничной силой.
19. «

    Ты, Всевышний, по-моему, жаден и стар. Ты наносишь рабу за ударом удар. Рай — награда безгрешным за их послушание. Дал бы что-нибудь мне не в награду, а в дар!

    Ты, Всевышний, по-моему, жаден и стар. Ты наносишь рабу за ударом удар. Рай — награда безгрешным за их послушание. Дал бы что-нибудь мне не в награду, а в дар!

    — Омар Хайям
20. «

    Бог, которого можно понять, уже не Бог.

    Бог, которого можно понять, уже не Бог.

    — Уильям Сомерсет Моэм