488 цитат: всё о «человечество»

Собрали 488 цитат на тему «человечество» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Мы едим пищу, которую выращивают другие люди. Мы носим одежду, которую сшили другие люди. Мы говорим на языках, которые были придуманы другими людьми. Мы используем математику, но ее тоже развивали другие люди… Я думаю, мы все постоянно это говорим. Это прекрасный повод создать что-нибудь такое, что могло бы стать полезным человечеству.

   Мы едим пищу, которую выращивают другие люди. Мы носим одежду, которую сшили другие люди. Мы говорим на языках, которые были придуманы другими людьми. Мы используем математику, но ее тоже развивали другие люди… Я думаю, мы все постоянно это говорим. Это прекрасный повод создать что-нибудь такое, что могло бы стать полезным человечеству.

   — Стив Джобс
2. «

   Есть две отвратительные поговорки: «Моя хата с краю!» и «Своя рубашка ближе к телу!» Если бы все думали так, человечество до сих пор жило бы в пещерах, одевалось в звериные шкуры и разговаривало ударами дубины!

   Есть две отвратительные поговорки: «Моя хата с краю!» и «Своя рубашка ближе к телу!» Если бы все думали так, человечество до сих пор жило бы в пещерах, одевалось в звериные шкуры и разговаривало ударами дубины!

   — Александра Бруштейн · книга
3. «

   Знаешь, душенька, если бы сбывалось все, на что мы рассчитываем, то, скорее всего, человечеству настала бы хана. Потому что злой расчет какого-нибудь козла в одну секунду смог бы уничтожить продукт многовекового созидания человечества. Поэтому в мире все сбалансировано. Рассчитываешь на максимальную прибыль, получаешь гораздо меньшую. Рассчитываешь на минимальный тюремный срок, а огребаешь на всю катушку. Так что, детка, во всем хорошем лучше рассчитывать на минимум, а в поганом — на максимум. Если в обоих случаях так и получится, то хотя бы не будет разочарований. А ежели выйдет наоборот, тогда тебе фейерверк, цветы, красивая песня и шампанское на опохмелку. Понятно?

   Знаешь, душенька, если бы сбывалось все, на что мы рассчитываем, то, скорее всего, человечеству настала бы хана. Потому что злой расчет какого-нибудь козла в одну секунду смог бы уничтожить продукт многовекового созидания человечества. Поэтому в мире все сбалансировано. Рассчитываешь на максимальную прибыль, получаешь гораздо меньшую. Рассчитываешь на минимальный тюремный срок, а огребаешь на всю катушку. Так что, детка, во всем хорошем лучше рассчитывать на минимум, а в поганом — на максимум. Если в обоих случаях так и получится, то хотя бы не будет разочарований. А ежели выйдет наоборот, тогда тебе фейерверк, цветы, красивая песня и шампанское на опохмелку. Понятно?

   — Андрей Ракута · книга
4. «

   Если все человечество произошло от обезьян, то рыжие – от кошек.

   Если все человечество произошло от обезьян, то рыжие – от кошек.

   — Роберт Хайнлайн · книга
5. «

   Если бы мысли и силы человечества перестали тратиться на войну, мы за одно поколение смогли бы положить конец нищете во всем мире.

   Если бы мысли и силы человечества перестали тратиться на войну, мы за одно поколение смогли бы положить конец нищете во всем мире.

   — Бертран Рассел
6. «

   ...зарождалась война, и смертью кончались споры. Выходит, что человек и есть эта самая точка опоры?

   ...зарождалась война, и смертью кончались споры. Выходит, что человек и есть эта самая точка опоры?
7. «

   Это пустяки, что много людей и много умов, — у человечества один разум, и он начинает мутиться.

   Это пустяки, что много людей и много умов, — у человечества один разум, и он начинает мутиться.

   — Леонид Николаевич Андреев · книга
8. «

   Учение Муад'Диба стало ристалищем схоластики, суеверий и разврата. Он же учил умеренной жизни, философии, с которой человек мог противостоять тяготам вечно изменчивой вселенной. Человечество, учил Муад'Диб, развивается, и процесс этот не кончится никогда, поскольку зиждется он на изменчивых принципах, известных одной лишь вечности. Но как, скажите вы мне, может развращенный ум пользоваться такой сущностью?

   Учение Муад'Диба стало ристалищем схоластики, суеверий и разврата. Он же учил умеренной жизни, философии, с которой человек мог противостоять тяготам вечно изменчивой вселенной. Человечество, учил Муад'Диб, развивается, и процесс этот не кончится никогда, поскольку зиждется он на изменчивых принципах, известных одной лишь вечности. Но как, скажите вы мне, может развращенный ум пользоваться такой сущностью?

   — Фрэнк Герберт · книга
9. «

   Мы стали единственным видом в истории планеты, который смог в одиночку радикально её изменить. Мы уже не ждём, что ответственность за завтрашний день возьмут на себя какие-то высшие существа. Мы сами творим своё будущее. Куда мы направимся теперь?

   Мы стали единственным видом в истории планеты, который смог в одиночку радикально её изменить. Мы уже не ждём, что ответственность за завтрашний день возьмут на себя какие-то высшие существа. Мы сами творим своё будущее. Куда мы направимся теперь?

   — Юваль Ной Харари · книга
10. «

    Живя только для себя, человек чувствует себя среди чужих и врагов, и благо каждого мешает его благу. Живя для других, человек чувствует себя среди друзей, и благо каждого есть его собственное благо.

    Живя только для себя, человек чувствует себя среди чужих и врагов, и благо каждого мешает его благу. Живя для других, человек чувствует себя среди друзей, и благо каждого есть его собственное благо.

    — Артур Шопенгауэр
11. «

    Мне достаточно знать, что мир безобразен, и вовсе не хочется ещё и видеть это воочию.

    Мне достаточно знать, что мир безобразен, и вовсе не хочется ещё и видеть это воочию.

    — Мюриель Барбери · книга
12. «

    Человечество страдает, наполовину раздавленное бременем прогресса, которого оно достигло.

    Человечество страдает, наполовину раздавленное бременем прогресса, которого оно достигло.

    — Анри Бергсон
13. «

    Как можно не видеть, что человеческий мир не есть что-то зыбкое, что он жаждет как можно более твердой плоскости, потому что рискует при любом нарушении порядка распасться совсем!

    Как можно не видеть, что человеческий мир не есть что-то зыбкое, что он жаждет как можно более твердой плоскости, потому что рискует при любом нарушении порядка распасться совсем!

    — Роберт Музиль · книга
14. «

    Всё, что я когда-либо делал — я делал для человечества; ради мира, в котором не будет унижения и притеснения бедных со стороны богатых.

    Всё, что я когда-либо делал — я делал для человечества; ради мира, в котором не будет унижения и притеснения бедных со стороны богатых.

    — Никола Тесла
15. «

    Меня пугают гигантские города. Они ведь чудовищные мышеловки на случай ядерной войны, и правительствам не мешало бы это предвидеть. Я не говорю о прямом поражении ядерными ракетами или бомбами. Каждому очевидно, что люди, как нарочно, собраны, чтобы стать перед всеобщей и быстрой смертью.

    Меня пугают гигантские города. Они ведь чудовищные мышеловки на случай ядерной войны, и правительствам не мешало бы это предвидеть. Я не говорю о прямом поражении ядерными ракетами или бомбами. Каждому очевидно, что люди, как нарочно, собраны, чтобы стать перед всеобщей и быстрой смертью.

    — Иван Антонович Ефремов · книга
16. «

    Я думаю о том, что если история человечества внушает и сейчас больше опасений, нежели светлых надежд, то нельзя забывать, какой ничтожный промежуток времени представляет собой ушедшее прошлое по сравнению с бесконечностью будущего. Мир еще молод. Мне нравится — даже если я не слишком в этом убежден — представлять себе движение человечества не в виде параболы, которая подобно лично моей, уходит в будущее, более или менее снижаясь, а скорее в виде спирали, которая, все больше и больше расширяясь, движется вверх...

    Я думаю о том, что если история человечества внушает и сейчас больше опасений, нежели светлых надежд, то нельзя забывать, какой ничтожный промежуток времени представляет собой ушедшее прошлое по сравнению с бесконечностью будущего. Мир еще молод. Мне нравится — даже если я не слишком в этом убежден — представлять себе движение человечества не в виде параболы, которая подобно лично моей, уходит в будущее, более или менее снижаясь, а скорее в виде спирали, которая, все больше и больше расширяясь, движется вверх...

    — Титта Руффо · книга
17. «

    Что такое человечество? Мы едва можем ответить на этот вопрос: известная ступень существования, определенный этап эволюции, произвольное творение Бога... Разве человек на начальной ступени эволюции не был простым камнем, разве за ним не стоит в прошлом длинный ряд промежуточных состояний флоры и фауны? Является ли он в настоящее время полностью завершенным существом или что-нибудь изменится в истории его развития? Это вечное движение будет ли иметь конец? Где находятся пружины этих громадных часов?

    Что такое человечество? Мы едва можем ответить на этот вопрос: известная ступень существования, определенный этап эволюции, произвольное творение Бога... Разве человек на начальной ступени эволюции не был простым камнем, разве за ним не стоит в прошлом длинный ряд промежуточных состояний флоры и фауны? Является ли он в настоящее время полностью завершенным существом или что-нибудь изменится в истории его развития? Это вечное движение будет ли иметь конец? Где находятся пружины этих громадных часов?

    — Игорь Иванович Гарин · книга
18. «

    – Оказывается, у меня больше товарищей по несчастью, чем я думал. – По несчастью? – А как еще назвать тех, кого подвергают мукам, не оставляя никакого выбора? – Звучит как строгая дефиниция рода людского.

    – Оказывается, у меня больше товарищей по несчастью, чем я думал. – По несчастью? – А как еще назвать тех, кого подвергают мукам, не оставляя никакого выбора? – Звучит как строгая дефиниция рода людского.

    — Джон Фаулз · книга
19. «

    Вы зря сердитесь, Сергей, это у вас человеческое. Попробуйте как-нибудь взглянуть на человечество со стороны, это бывает полезно для понимания. Очень интересная штука – человечество со стороны.

    Вы зря сердитесь, Сергей, это у вас человеческое. Попробуйте как-нибудь взглянуть на человечество со стороны, это бывает полезно для понимания. Очень интересная штука – человечество со стороны.

    — Александр Громов · книга
20. «

    Это мир заменяемых; что может быть смешней твоего протеста. Они разместят чужой, если ты не пришлёшь им текста. Он найдёт посговорчивей, если ты не перезвонишь ему. Это однородный мир: в нём не существует избранных – как и лишних. Не приходится прав отстаивать, губ раскатывать. Ладно не убедишь – но ты даже не разозлишь их. Раньше без тебя обходились как-то ведь. Миф о собственной исключительности, возникший Из-за сложной организации нервной деятельности.

    Это мир заменяемых; что может быть смешней твоего протеста. Они разместят чужой, если ты не пришлёшь им текста. Он найдёт посговорчивей, если ты не перезвонишь ему. Это однородный мир: в нём не существует избранных – как и лишних. Не приходится прав отстаивать, губ раскатывать. Ладно не убедишь – но ты даже не разозлишь их. Раньше без тебя обходились как-то ведь. Миф о собственной исключительности, возникший Из-за сложной организации нервной деятельности.

    — Вера Полозкова