213 глубоких цитат про «Красивые цитаты на тему «человек, люди»»

213 цитат про «Красивые цитаты на тему «человек, люди»»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Атмосфера ночи, её таинственность и загадочность, возвращает нас в волшебную сказку, — которая понуждает нас переосмыслить смысл нашего существования.

   Атмосфера ночи, её таинственность и загадочность, возвращает нас в волшебную сказку, — которая понуждает нас переосмыслить смысл нашего существования.
2. «

   Есть люди, подобные именам, написанным на песке – один порыв ветра, и их уносит…

   Есть люди, подобные именам, написанным на песке – один порыв ветра, и их уносит…

   — Любовь с первого взгляда (Dil Se..) · фильм
3. «

   У каждого, кто когда-нибудь был или будет, есть песня. Она не похожа на песню, у которой есть автор. В ней особая мелодия и особые слова. И очень немногим дано пропеть свою собственную песню. Большинство из нас боятся, что голоса не хватит, или что слова слишком глупые, или слишком честные, или слишком странные. Та что вместо этого люди свои песни проживают.

   У каждого, кто когда-нибудь был или будет, есть песня. Она не похожа на песню, у которой есть автор. В ней особая мелодия и особые слова. И очень немногим дано пропеть свою собственную песню. Большинство из нас боятся, что голоса не хватит, или что слова слишком глупые, или слишком честные, или слишком странные. Та что вместо этого люди свои песни проживают.

   — Нил Гейман · книга
4. «

   Никакой гранит не бывает так твёрд, как ненависть; и никакая глина так не холодна, как жестокость.

   Никакой гранит не бывает так твёрд, как ненависть; и никакая глина так не холодна, как жестокость.

   — Урсула Ле Гуин · книга
5. «

   Правда нужнее солнца для людей.

   Правда нужнее солнца для людей.

   — Протоиерей Родион Путятин
6. «

   Я все время слушаю. Потому и задумываюсь. Сначала слушаю, что люди говорят, а потом начинаю понимать, что они чувствуют. Я их все время слышу, я их чувствую; люди бьют крыльями, точно птицы, залетевшие на чердак. Кончится тем, что поломают они себе крылья о пыльные стекла, а на волю так и не вырвутся.

   Я все время слушаю. Потому и задумываюсь. Сначала слушаю, что люди говорят, а потом начинаю понимать, что они чувствуют. Я их все время слышу, я их чувствую; люди бьют крыльями, точно птицы, залетевшие на чердак. Кончится тем, что поломают они себе крылья о пыльные стекла, а на волю так и не вырвутся.

   — Джон Стейнбек · книга
7. «

   No more be grieved at that which thou hast done: Roses have thorns, and silver fountains mud, Clouds and eclipses stain both moon and sun, And loathsome canker lives in sweetest bud.

   No more be grieved at that which thou hast done: Roses have thorns, and silver fountains mud, Clouds and eclipses stain both moon and sun, And loathsome canker lives in sweetest bud.

   — Уильям Шекспир
8. «

   Есть душа — будут слезы!

   Есть душа — будут слезы!
9. «

   Смертен любой человек — каждым умей дорожить, Видеть спеши красоту, знай, что не вечна она. Той любви не страшись, которую станешь дарить. Помни: раз полюбив, ты уже не будешь одна.

   Смертен любой человек — каждым умей дорожить, Видеть спеши красоту, знай, что не вечна она. Той любви не страшись, которую станешь дарить. Помни: раз полюбив, ты уже не будешь одна.

   — Лиза Джейн Смит · книга
10. «

    Люди все — паяцы на ярмарке — щекочущей иногда ярмарке человеческого тщеславия. Играть мышцами, деньгами, связями, законами, завтра. Это всё — вечер. И это всё позже. Сейчас солнце, ласкающееся к воде, к пашням, запах гвоздики и роз.

    Люди все — паяцы на ярмарке — щекочущей иногда ярмарке человеческого тщеславия. Играть мышцами, деньгами, связями, законами, завтра. Это всё — вечер. И это всё позже. Сейчас солнце, ласкающееся к воде, к пашням, запах гвоздики и роз.

    — Франц Вертфоллен · книга
11. «

    Мы лишь звездная пыль...

    Мы лишь звездная пыль...

    — Доктор Сёрл · фильм
12. «

    Возможно, кто-то удивится: разве можно влюбиться в жест? Но порой человек раскрывается перед нами за одно мгновение. Так, изучая песчинку, познаешь Вселенную. Не знаю, существует ли любовь с первого взгляда, но любовь, вспыхивающая в одно мгновение, точно существует.

    Возможно, кто-то удивится: разве можно влюбиться в жест? Но порой человек раскрывается перед нами за одно мгновение. Так, изучая песчинку, познаешь Вселенную. Не знаю, существует ли любовь с первого взгляда, но любовь, вспыхивающая в одно мгновение, точно существует.

    — Мэтт Хейг · книга
13. «

    Ты — человек. Это — истина. Знаешь об этом иль нет? Улыбка твоя — единственная. Мука твоя — единственная, Глаза — одни на весь свет.

    Ты — человек. Это — истина. Знаешь об этом иль нет? Улыбка твоя — единственная. Мука твоя — единственная, Глаза — одни на весь свет.

    — Василий Андреевич Симоненко
14. «

    Плацкартный вагон — это Россия в миниатюре. Здесь есть и военные, и мамочки с детьми, и студенты, которые едут на учёбу, вахтовики, которые едут домой. Мужчины, женщины, старики, дети… Есть даже своя власть — это проводница с ключом от туалета. Вагон поезда — это, наверное, самый справедливый, самый показательный срез нашего общества. Это такая маленькая страна на колёсах, которая несётся внутри большой страны.

    Плацкартный вагон — это Россия в миниатюре. Здесь есть и военные, и мамочки с детьми, и студенты, которые едут на учёбу, вахтовики, которые едут домой. Мужчины, женщины, старики, дети… Есть даже своя власть — это проводница с ключом от туалета. Вагон поезда — это, наверное, самый справедливый, самый показательный срез нашего общества. Это такая маленькая страна на колёсах, которая несётся внутри большой страны.

    — вахтовик Иван · фильм
15. «

    Наши жизни измеряются не годами, а жизнями тех людей, которых мы коснулись.

    Наши жизни измеряются не годами, а жизнями тех людей, которых мы коснулись.

    — Пит Мелларк · фильм
16. «

    Лейтенант Твардовский вынимает из кармана маленький томик и кладет его на землю, на муравьиную дорожку. Но это не заставит муравьев свернуть со своего вековечного пути. Они влезают на преграду и равнодушно, торопливо ползут по горьким словам, напечатанным на бумаге большими черными буквами: «ЕВРОПЕЙСКОЕ ВОСПИТАНИЕ». Они упорно тащат свои смешные травинки. Книга не заставит их сбиться с Пути, которым следовали до них миллионы других муравьев и который другие миллионы проложили. Сколько тысячелетий они уже трудятся и сколько тысячелетий предстоит еще трудиться этому смешному, трагическому и неутомимому племени? Сколько новых соборов воздвигнут они своему Богу, наградившему их таким хрупким телосложением и столь тяжелой ношей? Зачем бороться и молиться, надеяться и верить? Мир, в котором страдают и умирают люди, ничем не отличается от мира, в котором страдают и умирают муравьи: это жестокий и непостижимый мир, где главное — нести все дальше и дальше нелепую травинку или соломинку, все дальше и дальше, в поте лица своего и ценой своих кровавых слез, дальше и дальше! не останавливаясь даже для того, чтобы перевести дыхание и спросить, зачем…

    Лейтенант Твардовский вынимает из кармана маленький томик и кладет его на землю, на муравьиную дорожку. Но это не заставит муравьев свернуть со своего вековечного пути. Они влезают на преграду и равнодушно, торопливо ползут по горьким словам, напечатанным на бумаге большими черными буквами: «ЕВРОПЕЙСКОЕ ВОСПИТАНИЕ». Они упорно тащат свои смешные травинки. Книга не заставит их сбиться с Пути, которым следовали до них миллионы других муравьев и который другие миллионы проложили. Сколько тысячелетий они уже трудятся и сколько тысячелетий предстоит еще трудиться этому смешному, трагическому и неутомимому племени? Сколько новых соборов воздвигнут они своему Богу, наградившему их таким хрупким телосложением и столь тяжелой ношей? Зачем бороться и молиться, надеяться и верить? Мир, в котором страдают и умирают люди, ничем не отличается от мира, в котором страдают и умирают муравьи: это жестокий и непостижимый мир, где главное — нести все дальше и дальше нелепую травинку или соломинку, все дальше и дальше, в поте лица своего и ценой своих кровавых слез, дальше и дальше! не останавливаясь даже для того, чтобы перевести дыхание и спросить, зачем…

    — Ромен Гари · книга
17. «

    Нет в мире ничего чудесней человека: В нем бог и сатана соседствуют от века.

    Нет в мире ничего чудесней человека: В нем бог и сатана соседствуют от века.

    — Ангелус Силезиус
18. «

    Ночь льющихся волос кончается разлукой. Их роскошь удержать не может человек, Годами и весь век, лаская, беря в руки. Нельзя нырнуть, как в смерть, в поток волос навек.

    Ночь льющихся волос кончается разлукой. Их роскошь удержать не может человек, Годами и весь век, лаская, беря в руки. Нельзя нырнуть, как в смерть, в поток волос навек.

    — Анатоль Франс
19. «

    Человеческое существо значит в мире так же мало, как, например, опущенная в море рука, шевелящая пальцами. Выньте ее – и море снова сомкнет воды, будто ничего и не было.

    Человеческое существо значит в мире так же мало, как, например, опущенная в море рука, шевелящая пальцами. Выньте ее – и море снова сомкнет воды, будто ничего и не было.

    — Дэн Симмонс · книга
20. «

    Мудрый человек оставляет прошлое позади, словно пару башмаков, из которых вырос.

    Мудрый человек оставляет прошлое позади, словно пару башмаков, из которых вырос.

    — Адриана Трижиани · книга