24 цитаты про «Жизненные цитаты про честь», которые стоит перечитать

Тема «Жизненные цитаты про честь» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 24 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Понятие о чести — наиболее сильный стимул нравственности, чем всякие уложения о наказаниях.

   Понятие о чести — наиболее сильный стимул нравственности, чем всякие уложения о наказаниях.

   — Анри Клод де Рувруа Сен-Симон
2. «

   Ведь и честь — не что иное, как высшая форма тщеславия. <...> Снобы тщеславны. Но ведь тщеславны и герои.

   Ведь и честь — не что иное, как высшая форма тщеславия. <...> Снобы тщеславны. Но ведь тщеславны и герои.

   — Джером Клапка Джером · книга
3. «

   Когда тебе за тридцать, а не семнадцать, начинаешь ценить в людях определенные морально-этические качества, а не материальные показатели. Все чаще личность превращается в мешок, кто-то в мешок с деньгами, а кто-то в мешок с фекалиями. В моем окружении место только надежным людям, честным и принципиальным, с сильным духом и четкими идеалами. Если человек не сдержит свое обещание – не будет ему веры никогда. Если спешит на помощь в любое время дня и ночи – это показательнее любых слов. В одной из прошлых жизней я наверняка была мушкетером, потому что до сих пор ценю такие понятия, как честь и достоинство.

   Когда тебе за тридцать, а не семнадцать, начинаешь ценить в людях определенные морально-этические качества, а не материальные показатели. Все чаще личность превращается в мешок, кто-то в мешок с деньгами, а кто-то в мешок с фекалиями. В моем окружении место только надежным людям, честным и принципиальным, с сильным духом и четкими идеалами. Если человек не сдержит свое обещание – не будет ему веры никогда. Если спешит на помощь в любое время дня и ночи – это показательнее любых слов. В одной из прошлых жизней я наверняка была мушкетером, потому что до сих пор ценю такие понятия, как честь и достоинство.

   — Александра Макарова · книга
4. «

   Честь? А что это за чертовщина? Каждый судит по-своему. Её не выпьешь. Ее не трахнешь. Чем у тебя ее больше, тем тебе хуже; а если ее вовсе нет, тебе ничуть не жалко.

   Честь? А что это за чертовщина? Каждый судит по-своему. Её не выпьешь. Ее не трахнешь. Чем у тебя ее больше, тем тебе хуже; а если ее вовсе нет, тебе ничуть не жалко.

   — Джо Аберкромби · книга
5. «

   Слова бесчестны и ничтожны — коль благовидности в поступках нет.

   Слова бесчестны и ничтожны — коль благовидности в поступках нет.
6. «

   — Мертвым всё равно. С последним вздохом приходит конец всем долгам. — Но честь остается.

   — Мертвым всё равно. С последним вздохом приходит конец всем долгам. — Но честь остается.

   — Джеймс Клеменс · книга
7. «

   Должны отдать мы королю Жизнь и именье, но не честь: Она наследие души, В душе ж отчет даём мы богу.

   Должны отдать мы королю Жизнь и именье, но не честь: Она наследие души, В душе ж отчет даём мы богу.

   — Педро Кальдерон де ла Барка · книга
8. «

   В этом мире осталось мало людей, способных отдать свою жизнь ради чести и права называться человеком. Для этого нужно обладать немалой отвагой... Вы всего лишь пытаетесь выживать, как животные, и для этого вам не нужны ни честь, ни достоинство.

   В этом мире осталось мало людей, способных отдать свою жизнь ради чести и права называться человеком. Для этого нужно обладать немалой отвагой... Вы всего лишь пытаетесь выживать, как животные, и для этого вам не нужны ни честь, ни достоинство.
9. «

   И Фёдор, с верным чутьём высокой души, узнающей другую высокую душу, не ошибается в Шуйском, когда не требует от него ни клятвы, ни целования иконы, а говорит: Скажи по чести мне. По чести только, И слова твоего с меня довольно!

   И Фёдор, с верным чутьём высокой души, узнающей другую высокую душу, не ошибается в Шуйском, когда не требует от него ни клятвы, ни целования иконы, а говорит: Скажи по чести мне. По чести только, И слова твоего с меня довольно!

   — Алексей Константинович Толстой
10. «

    Люди хотят для себя богатства и славы; если то и другое нельзя обрести честно, следует их избегать. Люди страшатся бедности и безвестности; если того и другого нельзя избежать, не теряя чести, следует их принять.

    Люди хотят для себя богатства и славы; если то и другое нельзя обрести честно, следует их избегать. Люди страшатся бедности и безвестности; если того и другого нельзя избежать, не теряя чести, следует их принять.

    — Конфуций
11. «

    Я историю расскажу. Притчу. О Ханселе. Вот Хансель, вот тринадцатый век, когда прусов орден крестил. Хансель очень любит орден, очень любит Христа, меня – ландмайстера своего очень любит. Я даю ему людей и отправляю отстроить мне на соединении двух рек крепость. Это очень важное место, прибыльное, можно хорошее богатство поднять на одной переправе только. Проходит время. Я не могу каждый день с Ханселем созваниваться. Допустим переправа эта очень далеко в языческих землях. Там не только крепость отстроить нужно, там всю инфраструктуру продумать надо, налогообложение, пошлины – вот это всё. Еще и прусы дикие нападают, их тоже надо усмирять. И ничего тут во времени не отодвинешь, ты не скажешь диким прусам, что прут резать тебя – подождите, я тут сейчас с пошлинами разберусь, потом повоюем. Торговцам ты тоже не скажешь – эй, вы тут пока заморозьтесь, я с прусами разберусь, и до вас руки дойдут. Проходит пять лет, я, наконец, добираюсь до Ханселя. Что я вижу? Четыре дохлые свиньи, сопливых теток и чахлый частокольчик. Почему? А потому что у Ханселя всё – фюрер, всё – мы. Мы – орден, мы – фюрер, но не я, Хансель, сделаю. Потому что он научиться хотел. А его что-то и не научили – как это крепости строить, налоги организовывать, людей собирать, он же в орден учиться пришел, а его не научили. Предложений от меня товарищи ждут? Вы когда об организации шестидесяти миллионов говорите, не о фюрере думать надо и не о партии, и не о том, что вас когда-нибудь фея крестная научит. Своей башкой думать надо. И если мне кто из вас говорить будет: нам с тобой, Франц, так там планы должны быть или хотя бы зачатки планов, а не энтузиазм пусть твердый, но голый. Не «мы с тобой, а теперь ну-ка давай, я жду от тебя предложений». Вот такое у меня предложение – это первый шаг. Потому что если я буду что-то строить, то не таких людях, не на Ханселях. Ясно?

    Я историю расскажу. Притчу. О Ханселе. Вот Хансель, вот тринадцатый век, когда прусов орден крестил. Хансель очень любит орден, очень любит Христа, меня – ландмайстера своего очень любит. Я даю ему людей и отправляю отстроить мне на соединении двух рек крепость. Это очень важное место, прибыльное, можно хорошее богатство поднять на одной переправе только. Проходит время. Я не могу каждый день с Ханселем созваниваться. Допустим переправа эта очень далеко в языческих землях. Там не только крепость отстроить нужно, там всю инфраструктуру продумать надо, налогообложение, пошлины – вот это всё. Еще и прусы дикие нападают, их тоже надо усмирять. И ничего тут во времени не отодвинешь, ты не скажешь диким прусам, что прут резать тебя – подождите, я тут сейчас с пошлинами разберусь, потом повоюем. Торговцам ты тоже не скажешь – эй, вы тут пока заморозьтесь, я с прусами разберусь, и до вас руки дойдут. Проходит пять лет, я, наконец, добираюсь до Ханселя. Что я вижу? Четыре дохлые свиньи, сопливых теток и чахлый частокольчик. Почему? А потому что у Ханселя всё – фюрер, всё – мы. Мы – орден, мы – фюрер, но не я, Хансель, сделаю. Потому что он научиться хотел. А его что-то и не научили – как это крепости строить, налоги организовывать, людей собирать, он же в орден учиться пришел, а его не научили. Предложений от меня товарищи ждут? Вы когда об организации шестидесяти миллионов говорите, не о фюрере думать надо и не о партии, и не о том, что вас когда-нибудь фея крестная научит. Своей башкой думать надо. И если мне кто из вас говорить будет: нам с тобой, Франц, так там планы должны быть или хотя бы зачатки планов, а не энтузиазм пусть твердый, но голый. Не «мы с тобой, а теперь ну-ка давай, я жду от тебя предложений». Вот такое у меня предложение – это первый шаг. Потому что если я буду что-то строить, то не таких людях, не на Ханселях. Ясно?

    — Франц Вертфоллен · книга
12. «

    Достоинство следует сохранить до конца.

    Достоинство следует сохранить до конца.

    — Мария Антуанетта
13. «

    Где нет благородства, — там подлость в чести!

    Где нет благородства, — там подлость в чести!
14. «

    Если кому-то легче дать, чем объяснить, то не дать — это уже дело чести.

    Если кому-то легче дать, чем объяснить, то не дать — это уже дело чести.

    — Галина Гончарова · книга
15. «

    Рыцарь — это человек! Он без страха и упрека. Он в сраженьях целый век Против злобы и порока.

    Рыцарь — это человек! Он без страха и упрека. Он в сраженьях целый век Против злобы и порока.

    — Петя Васечкин · фильм
16. «

    Не отдавайте честь кому попало, — могут не вернуть.

    Не отдавайте честь кому попало, — могут не вернуть.

    — Михаил Пелливерт
17. «

    Если честь и добродетель действительно существуют, то они конечно неподкупны! Личный же опыт научил меня, что я могу купить все. Чувства, называемые большинством людей добродетелью и честью страшно условны — стоит предложить должную сумму денег, и они превращаются в нечто другое; это любопытно? — не правда ли, чрезвычайно любопытно?

    Если честь и добродетель действительно существуют, то они конечно неподкупны! Личный же опыт научил меня, что я могу купить все. Чувства, называемые большинством людей добродетелью и честью страшно условны — стоит предложить должную сумму денег, и они превращаются в нечто другое; это любопытно? — не правда ли, чрезвычайно любопытно?

    — Мария Корелли · книга
18. «

    Честь, имеющая цену — не имеет ценности. Друг, что не продаётся, редко в жизни даётся.

    Честь, имеющая цену — не имеет ценности. Друг, что не продаётся, редко в жизни даётся.
19. «

    Честь – у смелости слуга.

    Честь – у смелости слуга.

    — Михаил Сафарбекович Гуцериев
20. «

    Мораль и честь семьи — вот принципы мои!

    Мораль и честь семьи — вот принципы мои!

    — Король Людовик XIII · фильм