212 глубоких цитат про «чудовища, монстры»

Собрали 212 цитат на тему «чудовища, монстры» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Монстры – это мы. Глубоко внутри у нас сохранилась часть мозга рептилии, которая убивает, и ей всё равно.

   Монстры – это мы. Глубоко внутри у нас сохранилась часть мозга рептилии, которая убивает, и ей всё равно.

   — Джон Карпентер
2. «

   А царю, видать, неловко (Козерога не признал!): «Запрягите-ка коровку!» — Бледным слугам приказал.

   А царю, видать, неловко (Козерога не признал!): «Запрягите-ка коровку!» — Бледным слугам приказал.

   — Юрий Николаевич Аделунг
3. «

   В непонятном вам присуще видеть монстров.

   В непонятном вам присуще видеть монстров.
4. «

   Мой учитель Вильгельм погиб от рук монстров много лет назад. Я хочу продолжить его дело, чтобы он мог мной гордиться.

   Мой учитель Вильгельм погиб от рук монстров много лет назад. Я хочу продолжить его дело, чтобы он мог мной гордиться.

   — Клирик Жермен · игра
5. «

   Раньше он был наполовину человеком, наполовину монстром, но теперь он 100% монстр!

   Раньше он был наполовину человеком, наполовину монстром, но теперь он 100% монстр!

   — Эя Родригес · фильм
6. «

   Если подкармливаешь чудовище, молись, чтобы оно не стало больше тебя.

   Если подкармливаешь чудовище, молись, чтобы оно не стало больше тебя.

   — Харли Сантос · сериал
7. «

   Тот, кто борется с монстрами, не сможет уберечь себя, чтобы самому не стать монстром.

   Тот, кто борется с монстрами, не сможет уберечь себя, чтобы самому не стать монстром.

   — Фридрих Вильгельм Ницше
8. «

   Я с отвращением посмотрела на его наглую рожу. Ни капли раскаяния, ни капли смущения, только львиная доля уверенности в себе, приправленная полным отсутствием моральных ценностей.

   Я с отвращением посмотрела на его наглую рожу. Ни капли раскаяния, ни капли смущения, только львиная доля уверенности в себе, приправленная полным отсутствием моральных ценностей.

   — Екатерина Севастьянова · книга
9. «

   Толпа – это безмозглый монстр, лишённый разума и воли, который пожирает всё на своем пути. И мы вынуждены подчиняться этой безликой толпе, потому что действует принцип «приказывает большинство».

   Толпа – это безмозглый монстр, лишённый разума и воли, который пожирает всё на своем пути. И мы вынуждены подчиняться этой безликой толпе, потому что действует принцип «приказывает большинство».

   — Дарио Салас Соммэр · книга
10. «

    Мы совершенно не хотим думать о том, что монстров, которых мы боимся, порождает общество, которое состоит из нас, а не из кого-то ещё.

    Мы совершенно не хотим думать о том, что монстров, которых мы боимся, порождает общество, которое состоит из нас, а не из кого-то ещё.

    — Изабель Юппер
11. «

    – Прекрасная, – шепчет Дьявол, – смертельно прекрасная. Ты не представляешь, как несправедлив мир, за который ты борешься. Человечностью обладают отнюдь не люди, а монстры, потому что сожалеют о содеянном. Люди же наслаждаются, им нет никакого дела до твоих терзаний, моя дорогая. Ты можешь каждый день спасать их и их души, но они не скажут тебе спасибо. Они не умеют. На земле живут демоны. Не в аду.

    – Прекрасная, – шепчет Дьявол, – смертельно прекрасная. Ты не представляешь, как несправедлив мир, за который ты борешься. Человечностью обладают отнюдь не люди, а монстры, потому что сожалеют о содеянном. Люди же наслаждаются, им нет никакого дела до твоих терзаний, моя дорогая. Ты можешь каждый день спасать их и их души, но они не скажут тебе спасибо. Они не умеют. На земле живут демоны. Не в аду.

    — Эшли Дьюал · книга
12. «

    Пойдем туда, Сэм! Конечно, нам на пути встретятся кошмарные чудовища, но, как гласит старое японское хокку:

    Пойдем туда, Сэм! Конечно, нам на пути встретятся кошмарные чудовища, но, как гласит старое японское хокку:

    — ИНЕРТАН · игра
13. «

    Гермиона — не маленькая девочка. Она знала, что самые опасные монстры скрываются под личиной обычных прохожих, но ей всё ещё было тяжело смириться с этим фактом.

    Гермиона — не маленькая девочка. Она знала, что самые опасные монстры скрываются под личиной обычных прохожих, но ей всё ещё было тяжело смириться с этим фактом.

    — Гермиона Грейнджер
14. «

    В русалках больше рыбьего, чем плотского, и верхняя их — телесная — часть плавно перетекает в чешую. Вместо волос у них, в отличие от сирен, голубоватые отростки, а рты их могут растягиваться до размеров небольшой лодки, позволяя заглатывать акул целиком. У русалок темно-синие тела и плавники вдоль рук и позвоночника. Они одновременно и люди, и рыбы, не получившие красоты ни от первых, ни от вторых. Как и все чудовища, они могут быть смертельно опасны, но там, где сирены соблазняют и убивают, русалки сами поддаются людскому очарованию.

    В русалках больше рыбьего, чем плотского, и верхняя их — телесная — часть плавно перетекает в чешую. Вместо волос у них, в отличие от сирен, голубоватые отростки, а рты их могут растягиваться до размеров небольшой лодки, позволяя заглатывать акул целиком. У русалок темно-синие тела и плавники вдоль рук и позвоночника. Они одновременно и люди, и рыбы, не получившие красоты ни от первых, ни от вторых. Как и все чудовища, они могут быть смертельно опасны, но там, где сирены соблазняют и убивают, русалки сами поддаются людскому очарованию.

    — Александра Кристо · книга
15. «

    Можно уничтожать чудовищ и монстров, но не стоит обращать оружие против себе подобных.

    Можно уничтожать чудовищ и монстров, но не стоит обращать оружие против себе подобных.

    — Галина Гончарова · книга
16. «

    Ускользнул от монстра, встав на скользкую дорожку.

    Ускользнул от монстра, встав на скользкую дорожку.
17. «

    — Вау! Что это такое? — Это тоже существа Гримм, дорогуша. — Выглядит потрясающе! Давайте завалим их? — Боюсь, твоя пушка только разозлит Гримм такого размера. — Но что если они атакуют нас? — Не волнуйся — эти гиганты не подойдут к нам. Не все Гримм безмозглы, Руби. Даже может быть, что не все они всё ещё безмозглые. Существа, которых ты видишь, на столько превосходят побеждённых тобой особей, что наверняка прожили уже не одну сотню лет. Между убийствами людей и атаками границ они делали одну и ту же важную вещь — учились. Приспособились осознавать, что умрут, если нападут на крупные приграничные поселения. То, чего им не хватает в силе, они восполняют в воле. Они знают, что убийство одного человека привлечёт других... — Тогда почему они так близко к городу? Что они здесь делают? — Ждут.

    — Вау! Что это такое? — Это тоже существа Гримм, дорогуша. — Выглядит потрясающе! Давайте завалим их? — Боюсь, твоя пушка только разозлит Гримм такого размера. — Но что если они атакуют нас? — Не волнуйся — эти гиганты не подойдут к нам. Не все Гримм безмозглы, Руби. Даже может быть, что не все они всё ещё безмозглые. Существа, которых ты видишь, на столько превосходят побеждённых тобой особей, что наверняка прожили уже не одну сотню лет. Между убийствами людей и атаками границ они делали одну и ту же важную вещь — учились. Приспособились осознавать, что умрут, если нападут на крупные приграничные поселения. То, чего им не хватает в силе, они восполняют в воле. Они знают, что убийство одного человека привлечёт других... — Тогда почему они так близко к городу? Что они здесь делают? — Ждут.

    — Руби Роуз (Ruby Rose) · мультфильм
18. «

    — Что за херню я только что натворила, Кармен? Что это было? — Трубка всё усугубила. И ещё такое случается, когда ты одна против целого мира. Ты же хотела убить монстра, да? Того, кто одолел и унизил тебя. И ты дралась, дралась, пока не забыла, какого хрена ты дерешься, а потом ты просыпаешься и... — ... И монстр — это ты!

    — Что за херню я только что натворила, Кармен? Что это было? — Трубка всё усугубила. И ещё такое случается, когда ты одна против целого мира. Ты же хотела убить монстра, да? Того, кто одолел и унизил тебя. И ты дралась, дралась, пока не забыла, какого хрена ты дерешься, а потом ты просыпаешься и... — ... И монстр — это ты!

    — Грисельда Бланко · сериал
19. «

    Чудовище спит долго, много лет. Глубоко-глубоко, в самом углу своей пещеры. Долго-долго жизнь обходит его стороной. Чудовище грезит о том, как пробудится. Спит оно так давно, что само существование его предано забвению. Быть может, поначалу жители королевства еще помнили об этой ужасной твари. Но со временем воспоминания поблекли, обратились в смутные предания. И сейчас, когда люди напрочь забыли обо всем, настала пора Чудовищу снова открыть глаза.

    Чудовище спит долго, много лет. Глубоко-глубоко, в самом углу своей пещеры. Долго-долго жизнь обходит его стороной. Чудовище грезит о том, как пробудится. Спит оно так давно, что само существование его предано забвению. Быть может, поначалу жители королевства еще помнили об этой ужасной твари. Но со временем воспоминания поблекли, обратились в смутные предания. И сейчас, когда люди напрочь забыли обо всем, настала пора Чудовищу снова открыть глаза.

    — Мехтильда Глейзер · книга
20. «

    Чудовище — божество в глазах труса.

    Чудовище — божество в глазах труса.

    — графиня Мария Марбург · сериал